Я тебя нашёл (СИ) - Калисто ла Фей

музыки и искусств. Друзьями парня, что был найден мёртвым в бандитском районе. Они окружили девушку и начали угрожать. До рукоприкладства дело не дошло, их спугнул мужчина, намекнувший, что с переломанными руками тяжело играть на инструментах. Представился приезжим и новичком в городе…

— Брюнет?

— Что? Нет, волосы русо-рыжего цвета, а что?

— Ничего, продолжай.

Так как Талия у нас любительница прийти на помощь, она любезно предложила показать город и в знак благодарности отплатить ужином. Мужчина галантно отказался, ведь не пристало леди угощать джентльмена. На ужин согласился, но за его счёт. А так как леди не замужняя, то одна она посещать подобные заведения в вечернее время не имеет права.

— Ты же пойдёшь со мной?

Вы когда-нибудь смотрели в глаза щеночку, который просит еды? Вот так на меня смотрела Талия.

— Ещё есть варианты ответов?

— Эрика, ну пожалуйста!

— Ладно, ладно, у меня сейчас кактус зацветёт! Прекрати так смотреть.

Договорились встретиться у входа в студенческое крыло в семь вечера. Выхватив из шкафа брючный костюм, направилась в прачечную.

Пересекая академический сад, услышала тошнотворные хихиканья и охи-вздохи. В окружении десятка студенток сидел новоиспечённый преподаватель.

А вот и садовник в виноградной лозе. С его-то внешностью чему я удивляюсь?

Решив не попадаться на глаза, свернула на аллею и ускорила шаг.

* * *

— Джулиан!

Где носит этот южный ветер?

В магистратскую секцию не пустил, ещё и дедулей пригрозил. Бурланды так легко не сдаются. Уже уходя, почувствовала дрожь, как в ледяную воду окунулась.

Магическая волна?

Я начала прислушиваться к отголоскам магии, но ничего не почувствовала, словно ничего и не было. Показалось? Брр, холодно-то как. Пойду-ка я понежусь в ванной.

Надела комбинезон из чёрного бархата, выпрямила волосы и собрала в высокий хвост. Накинула на плечи изумрудного цвета шёлковый платок. Подкрасила губы, с помощью заклинания сделала ресницы чёрного цвета и немного удлинила.

Этот фокус показала нам Фейт. Как-то, экспериментируя на ускоренном росте цветов, она окрасила один в чёрный и удлинила на десятки метров. Заклинание подкорректировали, и теперь оно работало идеально. Я была готова.

Для кого стараюсь? Я всё равно иду подмогой. Переманивать на себя мужское внимание не собираюсь.

Посмотрела в зеркало. Последний раз я была на свидании три года назад, ничем хорошим это не кончилось, потом поползли слухи, и всё стало ещё хуже.

Я стараюсь для себя! Я умная, добрая, смелая, талантливая, красивая, я замечательная.

Мы шли по вечернему городу. Здания и дорога за день накалились, а ветер, видимо, забыл, что он существует. Пахло пылью и раскалённым камнем.

— Талия, не хочу тебя расстраивать, задавая такой вопрос, но почему ты согласилась поужинать?

— Я, — видно было, что говорить давалось ей с трудом, — я просто насмотрелась на своих сестёр в поместье, на их пустые глаза, ни одна из них своего спутника жизни не выбирала, и мне это тоже не грозит. Знаешь, это просто ужин, просто посидеть в компании с мужчиной, который тебе приятен, понимаешь?

— Ты спрашиваешь у человека, который на свидание ходил пару раз и с одним человеком?

— Я знаю человека, кого вообще ни разу не звали на них.

Мы обе вздохнули. Почему ей так не везёт? Сколько себя помню, Фейт всегда была одна, для мужчин она словно туман, прозрачный и не стоящий внимания.

Широкие резные дубовые двери, перед входом клумбы, кованые ограды. Заведение мужчина выбрал недешёвое. Я вошла за Талией следом, из-за стола встал высокий мужчина, широкоплечий, словно гора. Недлинные волосы светло-рыжего оттенка зачёсаны назад, коротко-стриженная рыжая борода делала массивную челюсть треугольной формы. Мужественное волевое лицо. Глаза цвета дедушкиного элитного коньяка, спокойные — ничего больше не прочитать, — белая кожа с веснушками, про таких говорят, поцелованный солнцем. На вид добряк, но всё же не простой.

Напротив него в высоком кресле сидел ещё кто-то. По широкой ладони, держащей пустой стакан, поняла, что это мужчина.

А Талия говорила, что нас будет трое.

— Добрый вечер, Талия, доброго и вам, миледи, мое имя Бастиан, а это мой брат…

Что там гора вещала, я не слышала, я просто упёрлась взглядом в глаза чернее ночи и скалящуюся улыбку.

Малакай!

Нам галантно отодвинули стулья, благо стол был круглым и мы расселись не рядом друг с другом.

Повисло молчание. Мужчины заказали виски.

— Красного вина? — предложил нам брюнет.

— Пожалуй, его.

Из разговора поняла, что Бастиан учитель фехтования и проводит тренировки для солдат. На братьев они не похожи, слишком разные. Как солнце и ночь. Повисло недолгое молчание, пока нам сервировали стол. Первой заговорила Талия, обращаясь ко мне:

— Ты говорила, что тебя мучает один и тот же кошмар. Что тебе снится?

Сильный пол обратил на меня внимание.

— Мне снится зимняя ночь, метель, воющие собаки, и тень, что следует за мною и шепчет что-то, но я не могу разобрать.

Мужчины напряглись, я посмотрела поочередно на одного, потом на другого, лица их были каменными.

— То есть тебе снится Дикая Охота?

Бастиан подавился, смотря в свой бокал, и пробормотал что-то вроде, что виски паршивый и заказать лучше что-то другое.

— Это миф, Талия. Дикой Охоты не существует.

— Но пурга и вой — предвестники жатвы.

Мужчины слушали и не вмешивались в диалог, иногда переглядываясь друг с другом.

— У нас зима каждый год, а собак в городе развелось немерено. Да, люди пропадают, одних находят пьяными и заледенелыми, других — в оврагах со свёрнутой шеей, третьих — изнасилованными и задушенными. Кого-то не находят вовсе. Причина этому житейская, а не мифическая.

— Но кошмар не может сниться просто так в течение долгого времени.

Я посмотрела на Малакая, он же встретил равнодушным взглядом, дескать: «Чего тебе?»

— Я думаю, что это всё из-за артефакта.

— С чего у тебя такие мысли? — крутя бокал в руке и заставляя танцевать янтарную жидкость, уточнил брюнет.

Не хотелось говорить, да он ведь всё равно узнает. Агриппа целый день меня преследовал, все уши прожужжал, чтобы я отдала диск артефактору.

— Я не уверена, точнее думаю, что я связала себя и создателя артефакта кровными узами.

Тут подавился уже Малакай.

— Действительно, паршивый виски. Принесите бренди, — обратился он к проходящему мимо официанту.

— Но это невозможно! — прощебетала Талия. — Этот диск очень древний, сколько ему лет, триста, пятьсот? Человек не может столько жить.

— Я думаю этому артефакту гораздо больше лет.

В диалог вмешался Малакай, раздражённый и злой.

— И раз он очень древний, ты не придумала ничего лучше, чем провести кровавый ритуал некромантии?

Что злиться-то? Ну, подумаешь, рубанула по запястью, немного запачкала