Умирающий изнутри - Роберт Силверберг

Спасения нет. На следующий день она приносит карты.

– Они известны, как карты Зенера, – объясняет она, подняв карты вверх и развернув их веером словно дикий Били Хичкок, показывающий «стрит». Дэвид никогда прежде не видел такого комплекта, хотя они были знакомы ему по колоде, которой пользовались его родители в их бесконечной игре в канасту.

– Их придумали двадцать пять лет назад в университете Дюк доктор Карл Е.3енер и доктор Дж. Б. Райн. Их называют также «ЭСВ карты». Кто мне скажет, что значит ЭСВ?

Рука Нормана Геймлиха взметнулась в воздух:

– Экстрасенсорное восприятие, мисс Мюллер!

– Очень хорошо, Норман. – Она начинает рассеянно тасовать карты. Ее глаза, в которых обычно отсутствует всякое выражение, блестят с интенсивностью игрока в Лас-Вегасе. Она говорит:

– Колода состоит из двадцати пяти карт, разделенных на пять мастей или символов. Пять карт отмечены звездочкой, пять – кружком, пять – квадратом, пять – волнистыми линиями и пять – крестом или знаком плюс. – Она передает пачку Барбаре Штейн, еще одной своей любимице и просит ее нарисовать символы на доске. – Смысл в том, что экзаменуемый смотрит на оборотную сторону каждой карты и пытается назвать символ, изображенный на лицевой стороне. Тест можно проводить различными путями. Иногда сначала карту смотрит экзаменатор, что дает испытуемому шанс уловить правильный ответ из его мыслей. Иногда испытуемому разрешают потрогать карту, прежде чем угадать символ. Иногда он гадает вслепую, а иногда ему можно смотреть на обратную сторону каждой карты. Хотя, как это делается, не имеет значения, основная цель остается той же: определить символ, который он не видит, используя свои экстрасенсорные способности. Эстел, предположим, что испытуемый вообще не имеет экстрасенсорных сил, а действует, руководствуясь чистой догадкой. Сколько можно ожидать правильных ответов из двадцати пяти карт?

Эстел, захваченная врасплох, краснеет и покрывается пятнами:

– Э… двенадцать с половиной?

Кислая мина мисс Мюллер. Поворот к более умной, счастливой двойняшке:

– Беверли?

– Пять, мисс Мюллер.

– Верно. Всегда есть один шанс из пяти при угадывании правильной масти, поэтому пять верных ответов из 25 – все, что может принести одна удача.

Конечно, результаты никогда не бывают такими чистыми. Один раз вы можете получить пять верных ответов, другой раз – шесть, потом – пять, потом, может быть, семь, а потом, возможно, только три, но в среднем, после длинной серии опытов, должно получиться пять. Это, если действует чистый случай. На самом же деле в опытах Райна некоторые группы субъектов имели в среднем 6,5 или 7 попаданий из 25. Райн считает, что это можно объяснить только экстрасенсорным восприятием. У некоторых испытуемых были и лучшие результаты. Однажды мужчина назвал правильно девять карт подряд. Через несколько дней он назвал 15, а затем 21 карту из 25. Странность случившегося просто поразительна. Кто из вас думает, что это лишь удача?

Поднялась примерно треть рук в классе. Некоторые из них принадлежали к тупицам, которые не смогли понять, что надо высказать симпатию к излюбленному предмету учителя. Некоторые были неисправимыми скептиками, которые презирали эти циничные манипуляции. Одна рука была рукой Дэвида Селига. Он пытался принять защитную окраску.

Мисс Мюллер сказала:

– Давайте проведем сегодня несколько опытов. Виктор, ты будешь нашим первым подопытным. Выйди вперед.

Нервно усмехаясь, Виктор Шмиц вразвалку вышел к доске. Он стоял около стола мисс Мюллер, а она все перемешивала карты. Затем, быстро взглянув на верхнюю карту, она пододвинула ее к нему.

– Какой знак? – спросила она.

– Круг?

– Посмотрим. Класс, ничего не говорите. – Она передала карту Барбаре Штейн, попросив ее сделать отметку под нужным знаком на доске. Барбара пометила квадрат. Мисс Мюллер взглянула на следующую карту. «Звезда», подумал Дэвид. Барбара пометила звезду.

– Волны, – сказал Виктор.

– Плюс.

«Квадрат, тупица!» Квадрат.

– Круг.

– Круг.

– Круг. – Внезапный возглас волнения от попадания Виктора. Мисс Мюллер, сверкая глазами, призвала к тишине.

– Звезда. – «Волны». Барбара отметила волны.

– Квадрат. – «Квадрат», – согласился Дэвид.

– Квадрат. – Еще один возглас.

Виктор покончил с колодой. Мисс Мюллер подвела итог: четыре верных попадания. Не слишком удачно. Она провела с ним второй раунд. Пять.

Порядок. Виктор, ты, может, и сексуальный, но не телепат. Мисс Мюллер обвела класс глазами. Другой объект? «Только не я, – молил Дэвид. – Боже, только не я». Она вызвала Шелдона Файнберга. Он попал в первый раз – пять, второй – шесть. Прилично, но не потрясает. Затем Элис Коген. Четыре и четыре. Каменистая почва, мисс Мюллер. У Дэвида все время выходило 25 из 25, но он был единственный, кто знал об этом.

– Следующий? – сказала мисс Мюллер. Дэвид съежился на стуле. Сколько еще до звонка? – Норман Геймлих.

Норман подошел к учительскому столу. Она посмотрела карту. Дэвид просканировал ее, уловив изображение звезды. Перебравшись в мозг Нормана, Дэвид с изумлением обнаружил там отблеск изображения, звезда округлилась до круга, затем снова стала звездой. Что это? Неужели этот отвратительный Геймлих обладает силой?

– Круг, – пробормотал Норман. Но в следующий раз он попал – волны – и еще один – квадрат. Кажется он улавливал эманации, смутные и неясные, но все же улавливал из мозга мисс Мюллер. У жирного Гемлиха были следы дара.

Но только следы; Дэвид, сканирующий его разум и разум учительницы, видел, что образы становились все туманнее и совсем исчезли к десятой карте.

Норман выдохся. Все же у него было семь попаданий, лучший результат.

«Звонок, – молил Дэвид. – Звонок, звонок, звонок!» Прошло двадцать минут.

Небольшая передышка. Мисс Мюллер раздала листки для теста. Она собиралась опросить сразу весь класс.

– Я буду называть номера от одного до двадцати пяти, а вы пишите знаки, которые «видите». Готовы? Один.

Дэвид увидел круг и написал «Волны».

Звезда. «Квадрат».

Волны. «Круг».

Звезда. «Волны».

Когда тест близился к завершению, ему пришло в голову, что он совершил тактическую ошибку, перепутав все. Для маскировки надо было написать два-три верных ответа. Но было уже слишком поздно. Оставалось всего четыре номера; если бы он угадал несколько из них, после того как перепутал все предыдущие, это выглядело бы подозрительно. И он продолжал ошибаться.

Мисс Мюллер попросила:

– А теперь поменяйтесь листками с соседом и пометьте ответы. Готовы?

Номер один: круг. Номер два: звезда. Номер три: волны. Номер четыре…