Попаданец 2 (СИ) - Молчанов Всеволод

Казалось бы, что теперь то уже все в порядке и можно передохнуть от новых сюрпризов, но сегодня перед ним положили два десятка листов бумаги, которые он очень внимательно и не менее удивленно изучал. Нет, виной этому совсем не материал, ему уже привозили несколько десятков чистых листов в качестве подарка и демонстрации продукции, которая распространяется в ближайшие несколько лет только через купца. Тогда он здорово расстроился, что согласился на подобную сделку, хотя она и помогла решить несколько его проблем. Сегодня интерес был в другом.

На листах довольно мелким почерком были расписаны все расходы на его дружину, сам боярский визит, список и цены того, что уже ранее было привезено и передано в течении года. Другие содержали помесячно все продажи деревни, даже внутренние с точным количеством, ценой и общим результатом. Абсолютно все переводилось в эквивалент серебра по весу, потому что иначе быстро разобраться не выйдет. Последние два листа были обобщением, сколько всего получилось, сколько уже выплачено и осталось.

Подобного подхода Яков Прокшинич совсем не ожидал и не видел в своей жизни. Что-то похожее было, когда он еще в детстве с отцом приходил к его другу, который отвечал за часть городских продовольственных амбаров. У того было огромное количество глиняных и восковых табличек с чем-то похожим. Но здесь был совершенно другой уровень. Тимофей с Прокопом были отправлены дожидаться, пока боярин в этом разберется, а он засел в своем кабинете и не выходил наружу уже почти три часа, прокручивая в голове, как это устроено и чем может помочь. Ведь сразу понятно, что эти записи сделаны исключительно для него. И первой мыслью было то, что его пытаются обмануть, заплатив меньше положенного, а он старался отслеживаться деятельность деревни. Но оказалось, тут гораздо больше, что сделало его только еще подозрительнее.

***

— А зачем ты ему отдал все свои подсчеты? — поинтересовался Игнат после сытного обеда на своей почтовой станции, где они в очередной раз остановились.

— Так я это для него и написал, мои дома хранятся. — пожал плечами Тимофей.

Естественно записи для боярина делались на языке этого времени, как и буквенная запись чисел, а для себя уже на привычном. Повозиться пришлось конкретно, ибо практики в этом деле у него было совсем не много. Хоть он периодически с местной письменностью и сталкивался, но внутри Боротно почти все отчеты и записи делались только на его варианте, которые боярин естественно просто не поймет.

— Нет, я не про это. Зачем ты ему так подробно все описал? — продолжил Игнат. — Там же вообще все, что мы делали. Может быть не стоило так открыто рассказывать?

Во время передачи бумаг Тимофею пришлось объяснять, что каждый конкретный лист описывает и для чего нужен, да и в дальнейшем делать пояснительные вставки, когда шел первичный разбор информации. Так что Игнат был прекрасно осведомлен о содержимом.

— Возможно ты прав. — вздохнул Тимофей, вспоминая взгляд боярина, когда тот их отпустил, отложив передачу оброка до завтрашнего дня. — Но я это сделал не просто так. Причина тоже есть.

— И какая же? Хотя погоди, сейчас вернусь.

Игнат встал и шустро принес с кухни кувшин прохладного кваса. Разлив содержимое по кружкам, сделал глоток и уставился на парня.

— Главная причина, что там все правда. Сколько мы купили, сколько продали, что уже ему передали и прочее.

— Это я уже понял, но зачем? Так же никто не делает, и с нас боярин этого не спрашивал. Никифор так вообще всегда старался поменьше привезти, рассказывая сказки про неурожаи.

— Тимофей Прокопыч, надо еще чего или я пошла?

В помещение заглянула Злата, молодая двадцатилетняя девушка, подрабатывающая на станции. Хотя, уже можно сказать даже работающая здесь постоянно. Уборка и готовка во время остановок здесь посетителей, как правило из Боротно и обратно, были на ней. Но постоянно она тут не находилась, даже готовила зачастую у себя дома, благо жила по соседству.

— Иди-иди. Нам ничего не нужно больше. Было очень вкусно, благодарствую. — ответил Тимофей и повернулся к Игнату. — Ну смотри, мы же много чего делаем? Так и рассказывать пришлось бы долго, что да откуда и куда. Могли и забыть что-то случайно. А так все на бумаге перед глазами. Мне так гораздо проще и ошибок не будет. Я совсем не хочу, чтобы недоверия к нам стало еще больше. Так же мы честь по чести все показали и готовы расплатиться.

Раздался хлопок закрываемой двери из кухни наружу и Игнат почесал бок, на котором похоже опять раззуделся старый шрам, от легкого потока прохладного воздуха из приоткрытой двери трапезной или возможно просто по привычке, а потом спросил.

— То есть ты ему все это написал, чтобы он у нас не расспрашивал, а мог просто прочитать, так? — получив утвердительный кивок в ответ Игнат продолжил. — Но если ему покажется, что ты заработал слишком много и он захочет себе еще больше?

Тут уже пришла очередь хмуриться Тимофею. Он про подобный вариант много думал, когда подбивал итоги года. Поэтому добавил к перечислению доходов еще и все свои расходы, чтобы показать, что итоговая прибыль не такая существенная.

— Если будет так, то значит я ошибся. Буду думать, как быть дальше. Ряд с боярином заканчивается, как с оброком рассчитаемся, долг за лошадей тоже сейчас выплатим, а значит я свободен.

— Погоди, а мы? — недоуменно уставился на него Игнат.

— Вы свободные люди, как решите, так и поступите. Дома с собой я забрать не смогу, если захотите, то продолжите дела вести. Секретов то никаких нет, ты и Прокоп так вообще знаешь о каждой мелочи. — Тимофей пожал плечами и кинул взгляд в сторону приоткрытой двери, откуда послышался тихий шорох. — Нам нужно больше кошек. И в Боротно и сюда одну.

— Хорошо, найдем. — нетерпеливо перебил Игнат. — Но, а ты тогда куда отправишься?

Точного ответа у него не было, разве что наметки, но про них он распространяться совсем не хотел. Пути к возможному отступлению парень продумывал чуть ли не с самого первого дня и вариантов набралось уже приличное количество. Но каждый из них с огромным набором возможных проблем.

— Честно тебе скажу, Игнат. — чуть повысил голос Тимофей. — Я бы не хотел никуда уходить. Мне больше по душе честно вести дела здесь, с нашим боярином. У нас пока почти все получается, деревня растет, доходы и наши и Якова Прокшинича тоже. Если и дальше так пойдет, то и еще больше станут, тем более новые территории есть, где людей нанять можно. И им хорошо и для нас попроще. С охраной тоже вопрос решаем постепенно, если боярин не будет против такого. Хотя это же ему только в помощь, если ворог придет, то и мы подсобим, а не просто спрячемся.

— Так то оно так, но с прошлого года оброк он все же поднял. Если и по этому тоже захочет?

— Мы с тобой с этим ничего поделать не сможем. — покачал головой Тимофей. — Полторы десятины от всех продаж это очень много, но еще как-то можно справиться, по крайней мере в этом году удалось. Если ничего плохого не случиться, то еще год протянем, но развиваться очень сложно. Кабы была десятина, то глядишь сегодня мы отдали бы немного меньше, но по следующему году уже возможно и поболее, чем выйдет, если ничего не поменяется, мы же…

В створку закрывающую окно что-то несильно ударило и парень резко обернулся. Игнат же встал и быстро подошел к нему, открывая. На расчищенной перед станцией площадке бегала небольшая кучка детей, перекидываясь снежками, и именно один из них угодил в окно.

— Хэй, аккуратней там! — крикнул грозным басом Игнат и скорчил суровое лицо. — А то сейчас выйду к вам и…

Закончить он не успел, дети с веселым гомоном со всех ног бросились наутек. Бегать за ними вряд ли станут, но если попасть под горячую руку, то достаться может прилично.

— Да ладно тебе. — хотел успокоить его Тимофей, но увидев добрую улыбку гиганта понял, что ребятне ничего не грозило.

— Построже с ними надобно. — пробухтел Игнат, усаживаясь на свое место. — А то вырастут непонятно кем.