Кенозёры - Владимир Марков

Картинки из прошлого

Опять к тебе приду с бутылкой,Как будто без неё не мог.Ну дай, ну дай мне по затылкуИ выпроводи за порог.Ты не прогонишь. Молча, с толкомРазрежешь хлеб, подашь салат,Но на бутылку глянешь волком…Какой же всё-таки я — гад!

У забора втроём хорош оКое о чём потолковать,Всех своих недругов в порошокРастереть, и в кузькину мать…А потом, возвратившись домой,Потихоньку забраться в кровать,И наутро больной головой —С кем же пил я вчера — вспоминать.

Дрожит стеклянная витрина,Скрипит железное крыльцо.Опять с утра у магазинаСтрадают люди за винцо.Стоит галдёж над головами:Базарный хохот, крики, стонС увесистыми матюгами,Гремящими со всех сторон.И чья-то шляпа парашютомЛетит на скользкий тротуар.И уж кого-то больно бьют тамПо морде, прямо между фар.А вот и с палками ребяткиСвой подогнали воронок,Предотвратили беспорядкиИ пьяных взяли под замок.Хоть никогда я не был слабым,Но тут в толпу, как в лужу, влип.О очередь! В твои ухабыПопался я как кур в ощип.

Всюду очередь перед нами,Становись и жди свой черёд:За селёдкой, за огурцами,За билетом на самолёт,На приём к солидному дяде,Или к тёте — один резон,На прибавку к своей зарплате,На квартиру, на телефон;За трусами и за гвоздями,За советами колдунов,За простыми, как гроб, вещами,За резинками для трусов.Всюду очередь дышит в ушиИ в глазах мельтешит, как сор.Измотала людские души —Наше горе и наш позор.Очумевший от вечной гонки,Становлюсь, замыкая хвост.Вот куплю на поминки водки —Встану в очередь… На погост!

Мгла над Россией

Мгла ползёт над моею Россией.Золотая орда вновь у власти.И наследники хана БатыяРвут страну, как тряпицу, на части.

Новый русский — позорная слава!О такой ли мечтал Пётр Великий,Когда по морю Белому плавалИ молился на Божии ликиВ Соловецких злачёных палатах?Там потом через многие годыУбивали блатных и богатых,Убивали героев народа.

Те, погибшие, тоже мечталиО могучей и сильной державе.Времена-то пришли. Но едва лиПриведут они к праведной славе.

Накатило ордынское игоОкеанской волною — Цунами.Не однажды такое уж былоС неразумными русскими, с нами.

Мы живём на последние крохиНе в стране, а во вражеском стане.И смешат наш народ скоморохи,Вновь Россия стоит на росстани.

Отчаяние

Все нервы у Земли напряжены.Земля больна, и мы, мой друг, больны.Трясёт и лихорадит всю планету.Ау, где ты, зима? Ау, где красно лето?Землетрясение повергло в шок Китай,Как будто там прошёл с ордой Мамай.Цунами, смерчи, бури и стихии…Сметают все двухтысячебухие.Озоновые дыры в небесах,И эпидемий постоянный страх.Идут снега под африканским небом.Ж ара в Сибири. Кто же этот демон?Там наводнение, а там воскрес вулкан.Катрина рушит Новый Орлеан.Земля колеблется под нашими ногами.И нет героя в этой страшной драме.Один лишь Бог надежду нам сулит.Но отчего душа моя болит?Качаем недра, лес под корень рубим.О, как себя мы, граждане, не любим.Нам деньги заменили жизни свет.Нажива стала символом побед.И снится мне всесильная ЕвропаВ объятиях Всемирного потопа.А Ной пропил огромный свой баркас,Став пьяницей, Ной никого не спас.

Зимнее утро

Спит под снегом летняя теплица.Над избою — звёздочки как птицы.Тишину ничто не нарушает,Даже спит Медведица Большая.

В синей дымке утреннего светаСкоро солнце выглянет из лета.Просыпается моя деревня,Будто в шубах, в инее — деревья.

Бодрость в теле, и душа ликует,Потому что в теле том векует.Конь рысцой по зимнику трясётся.Под дугой смеются колокольцы.

Бой в ущелье

То было на войне в ущелье горном.Там Сатана справлял свой страшный бал.Горели камни, плавился металл,И небо полыхало пеплом чёрным.

Как саранча, из нас ползли наймиты,Но мы пришли сюда не умирать.Ведь каждого ждала родная мать,Живым ждала, но только не убитым.

Сражён был первым запевала ротный,За ним убили гады старшину.Свистели пули. В огненном пылуНас полегло в ущелье том полсотни.

И шли опять враги, ползли всем скопом.За каждым камнем пряталась чалма,И снайперы стреляли без умаПо нашим наспех вырытым окопам.

Гуляла смерть по горному ущелью,А в небе синем плыли журавли.И нам в зелёной слышилось дали,Как на берёзках листья шелестели…

Цветочки

Невероятно, что такое было,Что предвещало очевидный крах.Копала Русь солдатские могилы.«Груз-200» — так писали на гробах.

Страна давно уж воевала с миром.И жизнь давно уж полнилась бедой.И этим ненасытным пьяным пиромПоуправлял не Бог и не герой.

Мы, многие, сошли с ума, до точки.И нынче снова нависает страх.Но погодите, это лишь цветочки,А ягодки пока ещё в умах…

Мои молитвы

Я верую в Тебя, Господь Спаситель.Молюсь, чтоб разума меня Ты не лишил.Молюсь о том, чтоб каждый, всякий земножительЛюбил Тебя и по Твоим законам жил.

После пьяных загулов и тяжкого снаЯ стою пред иконою Девы Марии.Я молюся и плачу. Утирает ОнаМои горькие слёзы шальные…

Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех, Тебя любящих.Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех идущих и летящих.Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех просящих и молящих.Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех болящих и уставших.Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех увядших и упавших.Господи, помилуй. Господи, помилуйВсех всегда молчавших.Господи, помилуй, Господи, помилуйВсех людей на свете.Господи, помилуй. Господи, помилуй.Все мы — Божьи дети…

В избушке

Сижу у печки в маленькой избушке,Тяну чаёк из дедушкиной кружки.А за окошком дождь стоит стеною,И озеро взлохмачено прибоем.Где вы, мои сердечные подругиИз милой обезлюдевшей округи?Где вы, мои приятели хмельные?Где годы золотые, удалые?Уходит лето, приближая осень.У жизни мы уж ничего не просим.Желаний мало и надежд — крупицы.Осталось только Боженьке молиться.

Сижу у печки. За окном светает.Дурные мысли, как снежинки, тают.Огонь в печи искрится и клокочет.И затихает смута длинной ночи.И наступает день благословенный.И озеро живой водою, пеннойОбмоет берег — камни и ракушки…И я помчусь опять к своей подружке.

Мы с нею вспомним, как мы жили-были,Кого и как неистово любили,Какие песни мы когда-то пелиИ целовались у заветной ели…Поговорим о детях и о внуках,О болях наших, о душевных муках,Помянем тех, кого уж с нами нету,Порадуемся ласковому лету…

Где кони?

Живут на Кене кенари,На Поче — почемучки,В Глухом, конечно, глухари,А в Щучьем, ясно, — щучки.

Дедуля внуку объяснялСловесные законы.И внук задумчиво сказал:— Конёво тут! Где кони?

Не клубятся дымки