Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало (СИ) - Имие Ла

- Думаю, и не стоит, это было бы с твоей стороны не слишком деликатно, - поддержал его бандит. - Да уж, ничего не скажешь - грустная история.

- У вашего предыдущего предводителя была одна приближенная по имени Мирджета, - продолжил бывший чемпион.

- Ага, была такая, она вроде как наполовину албанка, - припомнил Кэно. - Потом ее полицейские в Японии застрелили при оказании вооруженного сопротивления. Я тогда еще совсем малолеткой был.

- Тоже встречалась с Шэнгом, правда, очень недолго. У нее остался сын, Джастин. В отличие от Ави, он совершенно безобиден, увлекается рукоделием, ты, конечно, можешь подумать, что это дело не мужское, но внешнемирцы вообще в этом плане очень талантливы. Прямо тебе скажу - мастера по металлу они вообще никакие, украшения делать просто не умеют, покупают у соседей или заказывают у подвластных им народов, оружие у них очень качественное, прочное, надежное, в бою не подведет и не сломается, но грубое, красоты в нем нет. Зато что касается гобеленов, шитья, вышивки, плетения - вот тут им равных не найдешь, во Внешнем Мире очень много настоящих виртуозов в этих областях, причем как женщин, так и мужчин. Однако идем дальше. Не помню, упоминал я или нет о том, что мои родители меня в Храм Света вместе с младшей сестрой сплавили, потому что нас было нечем кормить? Так вот, я нашел Май Лао, когда пошел на разведку и добрался до одного из тайных святилищ Тьена - она была там одной из служительниц, не знаю, что они там за эксперименты над ней ставили, но она не старела, точно так же, как и я. Где-то с полчаса я мучился сомнениями, а потом подстерег сестренку в укромном месте, где нас никто не мог увидеть, и во всем ей признался. Она была одновременно и рада меня видеть, и шокирована, а я этим воспользовался, схватил ее за руку и предложил уйти со мной. Май была настолько ошарашена, что согласилась - но не уверен, что она в тот миг вообще поняла, куда я ее привел. Поначалу она перепугалась до смерти, однако потом даже обрадовалась. Может быть, я разрушил все то, чем она жила долгие годы, но та жизнь, к которой она привыкла, была по сути дела грязной лужей со стоячей водой: полная неизменность и одно и то же изо дня в день. Она рассказала мне о том, как у них все проходило: ты встаешь утром, завтракаешь, совершаешь омовение, потом идешь в святилище и до одурения читаешь мантры. После полудня обед. Затем идешь в библиотеку, пялишься там во всякие свитки. Вечером снова святилище и мантры. Ужин и сон. Встаешь, завтракаешь, омовение, мантры, молебны Старшим и Младшим Богам... я не знаю, как она вообще сохранила здравый рассудок. Я познакомил ее со своим лучшим другом. Как ты сам понимаешь, она в своем капище не видела нормальных мужчин долгие годы, и Шэнг ее сильно поразил. Сейчас не могу сказать, была ли это с ее стороны такая сильная любовь или скорее восхищение, но буквально через пару месяцев после знакомства они поженились, а еще через год у них родилась дочь - Мей или Маи, если по-куэтански. Не знаю, какова доля моей вины в том, что произошло дальше, но я не рассчитал того, что Рейден и Тьен не прощают измен.

- Они ее убили? - догадался Кэно.

- Разумеется.

- Ну а ты тогда тут при чем?

- Я увел ее из святилища, - с печалью в голосе ответил Эсмене.

- Вот чего не надо, так это взваливать на себя вину за чужой грех, - хмыкнул глава 'Черного Дракона'. - Рассуди сам, ты же умный человек. Ты увидел свою сестру в святилище у врагов. Какие у тебя могли быть варианты действий? Пройти мимо и потом страдать или подойти к ней и открыться. Ты выбрал второе. Теперь об этой твоей Май. Сам подумай: она к тому моменту была уже не малышкой в ползунках, наверняка уж не одну сотню лет разменяла. Вот она видит перед собой вроде как давно погибшего брата, который рассказывает ей о том, что ему пришлось пережить и почему он, выражаясь фигурально, поменял сторону. У нее тоже был выбор: она могла не поверить, решив, что ей тут какой-то проходимец рассказывает сказки, выдавая себя за Великого Кунг Лао. Могла назвать тебя предателем и отказаться с тобой идти. Она решила все же отправиться с ним в неизвестность. Думаю, что взрослая баба имеет право сама пользоваться башкой по назначению, и это был ее выбор в здравом уме и трезвой памяти. Потом она встретила красивого мужика. Опять же: ее никто силком в кровать не волок и под венец с револьвером тоже не провожал. Ей взбрело в голову выйти за него замуж. Тоже ее решение...

- И все же если бы я не увел ее тогда из святилища... - перебил его бывший чемпион.

- Слышь, ты уж извини, но хорош плести хуйню. Я до тебя уже пять минут, наверное, донести пытаюсь, что ты никого ни к чему не принуждал и Май твоя сама с тобой пошла, а этот урод гребаный, бог грома то бишь, сам ее и убил. Я могу понять, когда человека в такие условия поставили, что он ничего сделать не может. А тут - ты сестрицу свою не похищал, с хозяином моим она тоже трахалась по доброй воле, Тьен с Рейденом ее сами решили грохнуть, а ты не поймешь зачем на себя вину вешаешь. Если бы она не ушла из святилища, то могла бы умереть от чего-то другого, например, от болезни. Братья Императора могли бы не узнать, что она у вас, и она по сей день была бы жива. В общем, есть много разных причин, которые привели эту твою Май к смерти, но если начать тут дурью маяться и философствовать, то с тем же успехом с ней могло и ничего не случиться. Короче - кончай страдать хуйней. Если ты сам кого не убил, причем специально, а не по неосторожности, то ты в его смерти ни с какого боку не виноват. Чтоб быть повинным в том, что кто-то там ласты склеил, так надо самому этому чуваку глотку располосовать или мозги вышибить. Ты это... короче, извини, если нагрубил.

- Ты прав, - согласился Эсмене. - Май к нам на родину по делам отправилась, так ее возле Жу Зиня подстерегли в безлюдном месте, и мало что от нее осталось. Маи постоянно спрашивала у нас, где мама и когда она придет, а мы не знали, что ей соврать, ведь не скажешь же пятилетней малышке с куклой всю правду, тем паче в подробностях. Ей сейчас четырнадцать, она, конечно, уже все и знает, и понимает, а в те годы трудно было такое объяснить ребенку, вот меня, наверно, поэтому совесть и мучает. Спасибо тебе, попробую уж поставить голову на место, - он поднялся на ноги, стряхнул крошки с пальцев. - Ну что, идем во Внешний Мир?

- Ага, - Кэно тоже встал, но на мгновение задумался. - У меня тут еще один вопросец назрел, может, конечно, тупой, но с тобой я могу об этом побазарить. Тут вот какая штука. Мой покойный папаша, когда я еще совсем мальцом-трехлеткой был, учил меня: если вдруг твоего друга, босса, кого из твоих ребят или родни при тебе будут бить аль чего похуже, то просто стоять и смотреть на это - против чести. Он мне говорил: твой долг - вмешаться и дать тому чуваку, который его бьет, в рыло, и плевать, что он после этого тебе самому башку продырявит, но своих в беде не бросают. Ну, я всю жизнь так и делал - друзей в обиду не давал, а если кто наезжал на моих ребят, так потом ему долго собирал челюсть хирург-травматолог. Вчера же хозяин нам с тобой говорит: даже если Император меня убивать у вас на глазах будет - не смейте лезть. Знаешь, я, конечно, все понимаю, другая страна - другие порядки, но все равно это как-то не по-людски.