"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин

Однако боль почти сразу же прошла, оставив после себя лишь ощущение легкого пощипывания.

– Это называется «немного больно»? – укоризненно просипела я, с трудом переводя дыхание. – Такое чувство, будто кожу живьем снимали.

– Придется терпеть, – серьезно отозвался Шерьян. – Ты ведь хочешь в дальнейшем носить платья с глубоким декольте?

Я недоуменно нахмурилась, но тут же приглушенно ахнула. Проклятый Рионий! Не мог, что ли, ниже ударить? В живот хотя бы? Хотя нет, в живот не надо. Тогда бы точно не выжила. Но все равно – неужели я отныне обречена носить только наглухо закрытые наряды? Сначала шрамы на спине, теперь еще и на груди. Я, в конце концов, не боевой уличный кот, для которого подобные украшения служат предметом гордости!

– Это теперь навсегда? – Я обреченно всхлипнула, умоляюще глядя на Шерьяна. – Его никак не убрать?

– Вот если будешь паинькой и не станешь кусать доброго дядю-храмовника во время перевязок, то все пройдет. – Приятель с сочувствием погладил меня по руке. – Максимум, что останется, – едва заметная белая полоска. Да и то не факт.

– Правда? – обрадовалась я. – Здорово. Слушай, Шерьян, а на спине шрамы можно убрать?

– Нет. – Храмовник огорченно покачал головой. – На спине уже не получится: слишком много времени прошло. Как я понимаю, не меньше десяти лет?

– Семнадцать, если быть точной, – поправила я, моментально погрустнев. Не люблю вспоминать те времена. Тогда мне сильно досталось. Намного сильнее, чем сейчас.

Шерьян какое-то время ожидал ответа, пока не убедился, что его не последует. Потом еще раз посмотрел на шрам, перевел взгляд чуть ниже и неожиданно смутился от какой-то мысли.

– Ладно, Тефна, давай закончим перевязку, – пробормотал он, беря в руки свежие бинты. – А то мне... гм... несколько неудобно так долго рядом с красивой обнаженной девушкой находиться.

Я, немного успокоившаяся к этому моменту, вновь покраснела. Святые отступники, кажется, столь ранний отъезд Гвория меня уже не так огорчает. Что было бы, если бы полуэльф сам меня перевязывал? Даже страшно представить.

Неуемное воображение при этих мыслях подсунуло мне настолько неприличную картину, что я окончательно стушевалась. От накатившей волны стыда стало жарко дышать. Тефна, о чем ты только думаешь? Хорошо, что на тебе сейчас браслет и твоих нескромных мыслей никто прочитать не может. А иначе не знаю, что бы и делала.

– Нет на тебе сейчас браслета, – тихо поправил меня Шерьян, заканчивая бинтовать мне грудь. – Он слишком активно реагировал на целебную магию, поэтому пришлось снять его.

Я задержала дыхание после его фразы. Осторожно скосила глаза на правую руку, убеждаясь, что на запястье действительно ничего нет. После чего издала душераздирающий стон.

– Да не переживай ты так, – попытался меня успокоить храмовник, бережно укрывая одеялом. – Я никому ничего не расскажу, честное слово!

– Потому что я убью тебя, – мрачно уведомила я. – Как только смогу на ногах стоять – так сразу и убью.

– Нет, так не пойдет. – Шерьян слабо улыбнулся. – Я не могу сражаться с раненой девушкой, которая едва на ногах стоит. Давай ты убьешь меня после того, как окончательно выздоровеешь? Ну или попытаешься это сделать.

– Посмотрим на твое поведение. – Я гордо фыркнула. – Лучше скажи, чем дело с Марием закончилось?

– Да ничем оно не закончилось. – Шерьян с раздражением стукнул по одеялу кулаком. – Сбежал он. Думаю, скоро мы вновь о нем услышим. В последнее время около Мейчара стало просто-таки не продохнуть от храмовников.

– Что? – Я недоуменно нахмурилась. – Не понимаю. В каком смысле «не продохнуть»?

– В прямом. – Шерьян задумчиво пожевал губами и посмотрел за окно. – Тефна, сейчас поздновато для разговора. Чувствую, он надолго затянется, а ты еще слишком слаба. Лучше отложим его на завтра.

Я хотела было возразить Шерьяну, что прекрасно себя чувствую и без проблем выслушаю его, но запнулась. Храмовник был прав. Даже недолгая беседа слишком утомила меня.

– А Марий меня тут не найдет? – мысленно признав правоту приятеля, спросила я, плотнее укутываясь в одеяло и послушно закрывая глаза.

– Нет. – Что-то невесомо коснулось моего лба, будто Шерьян убрал слипшуюся от испарины прядь волос – Здесь – не найдет. Обещаю.

На следующее утро я проснулась ни свет ни заря. За окном стыдливо розовел восход, а в комнате было свежо, как бывает только на рассвете.

Я блаженно потянулась, сквозь зубы выругавшись, когда шрам отозвался на движение несильной болью, и решительно скинула с себя одеяло. Хватит, належалась уже. Пока Шерьяна нет, попробуем встать. А то, чувствую, дай ему волю – он меня весь месяц в кровати продержит. Неслыханное дело, чтобы метаморфа пустяковая царапина так надолго приковала к постели.

Я смело опустила ноги на чистый старенький половик, некоторое время пережидала, пока в голове уляжется неприятный звон, и осторожно встала. Впрочем, тут же и села, едва не потеряв сознание – так резко потемнело в глазах.

– Кажется, Тефна, ты слегка погорячилась, – чуть слышно пробормотала я себе под нос – Еще не хватало грохнуться в обморок. Представляю, как повеселится Шерьян, если увидит меня лежащей на полу.

Эта мысль неожиданно придала сил. Почему-то мне совершенно не хотелось выглядеть перед старым приятелем столь жалко и беспомощно. В конце концов, девушка я или нет? А следовательно, мне необходимо умыться, причесаться и привести себя в порядок. Это совершенно неприлично – в присутствии мужчины лежать обнаженной в кровати.

Путь до окна показался мне вечностью. Я двигалась вперед маленькими-маленькими шажочками, то и дело замирая и настороженно прислушиваясь к внутренним ощущением – не накатит ли резкий приступ слабости. Добравшись наконец до конечного пункта своего длинного путешествия, я распахнула створки и полной грудью вдохнула свежий воздух. Правда, практически сразу сильно закашлялась, сморщившись от всплеска боли. Ну и пусть! Игра стоила свеч. Хорошо-то как!

Солнце только показалось из-за высоких сосен, между которыми притаился домик. Среди вековечных стволов лежал мягкий пушистый туман, который еще не растаял после ночи. Нос шаловливо пощекотал влажный аромат лесного озера, которое, видимо, находилось с другой стороны дома.

Сразу же нестерпимо захотелось во двор. Пробежаться по искрящейся сотнями и сотнями росинок траве. Хотя нет, пробежаться – слишком смело сказано. Ну проковылять немного. Передразнить зяблика, который вывел первую свою руладу. В конце концов, окунуть ноги в теплую парную воду озера, распугав стайки мальков.

– Ты встала! – прервал мои мечтания разгневанный окрик Шерьяна.

Я испуганно пискнула и попыталась завернуться в занавеску, прикрывая свою наготу. Естественно, моего порыва не выдержал карниз, который с душераздирающим скрипом оторвался от стены и в падении едва не огрел меня по голове. В столбе солнечного света заплясали сотни пылинок, а я оглушительно чихнула, изо всех сил прижимая к груди древнюю ткань гардины.

Ореховые глаза храмовника потемнели от ярости. Он шагнул ко мне, как-то разом увеличившись в росте. Мне нестерпимо захотелось покаянно заскулить. Но, опомнившись, я тут же подавила этот недостойный порыв и гордо задрала подбородок. В конце концов, что такого плохого я сделала?

– Марш в кровать! – приказал Шерьян. – Быстро, я сказал!

– И не подумаю, – дрожащим от страха голосом огрызнулась я. – Шерьян, я себе уже все бока отлежала. Мне надоело! Как видишь, я уже вполне нормально себя чувствую.

– Гворий сказал, что тебе еще неделю минимум нельзя вставать, – почти прорычал храмовник, делая еще шаг мне навстречу. Теперь он стоял так близко, что я ощутила слабый аромат полевых цветов, который исходил от его одежды. Запах же самого мужчины, как и обычно, ускользнул от меня.

– Не думала я, что ты отныне подчиняешься Теорию. – Я язвительно усмехнулась. – Или его слово теперь решающее для тебя?