Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

«Цветы жизни также известны как Цветы Вечности. Их лепестки никогда не высыхают. Для первого цветка потребуется сто лет, второе цветение произойдет через двести лет…»

Девятое цветение потребует девятьсот лет! А десятое — две тысячи!

Цин Шуй расстроился. «Черт побери», выругался он. 6500 лет надо, чтобы цветы зацвели в десятый раз.

Шесть с половиной тысяч лет! Увидев эти цифры, Цин Шуй почувствовал, как у него кожа на голове немеет. Это означало, что это займет у него 65 лет в реальности, пока появится десятое цветение. Хотя для него, человека с жизненным циклом в пятьсот лет, 65 лет были еще приемлемым сроком.

Цветок Жизни можно использовать в качестве компонента для алхимии. Цветок первого цветения может заменить любой ингредиент тысячелетнего возраста и ниже. При непосредственном употреблении цветок увеличивал жизнь человека на десять лет. Цветы второго цветения обладали тем же эффектом замены и увеличивали жизнь на двадцать лет. Цветы третьего цветения > замена ингредиентам двух тысяч лет и ниже, увеличение жизни на тридцать лет. Цветы четвертого цветения > замена ингредиентов 3000 лет и увеличение жизни на 40 лет… Цветы восьмого порядка > замена ингредиентов 8 тысяч лет от роду и удлинение жизни на 90 лет! Цветы десятого уровня > замена всего ингредиентов 10 тысяч лет и меньше и увеличение жизни на 200 лет!

Однако вне зависимости от порядка цветения употребить человеку можно было только один цветок.

Второе цветение появлялось только после того, как первые цветы отцветут. Цветы моно было собирать в любое время, но время для нового роста равнялось возрасту цветка. Например, если собрать три цветка, придется ждать, когда все три цветка вырастут заново, прежде чем четвертый цветок распустится. Таким образом, если собрать все цветы раннего расцвета, было практически невозможно дождаться созревания Цветов Жизни до десятого цветения.

«Такой чудесный цветок, а такой капризный. Вырастить его было бы совершенно невозможно, если бы не растяжение времени в Сфере Вечного Фиолетового Нефрита».

Думая о Цин И, Цин Шуй решил приберечь цветы десятого цветения. К тому времени Цин И будет уже больше ста лет, и она сможет употребить такой Цветок Жизни и увеличить свою жизнь. Какая жалость, что эффект давался только один раз.

Неожиданно Цин Шуй вспомнил сон, который произошел между ним и Цинхань Е. Поразмышляв немного, Цин Шуй пришел к выводу, что не может понять одного — была ли связь между этим происшествием и тем, что уровень Сферы Вечного Фиолетового Нефрита вырос? Ему пришла в голову мысль, что его кулон Инь-Ян и родинка между бровей были как-то связаны друг с другом. Ян сама по себе не давала жизни, а Инь сама по себе не давала роста. Может быть, это результат того самого слияния их Инь и Ян?

Сюрпризы всегда приносят радость. Он теперь был на шаг ближе к созданию Большой Восстанавливающей Гранулы и мог видеть свет в конце этого тоннеля. Стараясь тратить время с пользой, он решил посвятить усилия и время на тренировку своих алхимических навыков. Он уже вышел на 89 уровень циркуляции Ци Древней Техники Усиления. Цин Шуй знал, что пробить 90-й цикл будет очень тяжело. Финальный перед прорывом цикл всегда был самым большим барьером.

Поработав над техникой владения мечом и техникой ковки, пытаясь найти способ увеличить собственную силу в кратчайшие сроки, Цин Шуй понимал, что день похода на Клан Ян стремительно приближается. Он пообещал Цин И, а значит, обязан был сдержать обещание. Было бы отлично, если бы у него получилось выковать божественное оружие. Оно бы ему очень помогло в его борьбе.

На второй день Цин Шуй отправился в кузницу и положил на полку еще два зазубренных меча. Рядом с ценником в пять миллионов таэлей серебром он написал, что в обмен принимаются предметы эквивалентные по цене.

Ху Ю неустанно тренировал Форму Тигра на заднем дворе. Цин Шуй был счастлив видеть целеустремленность этого человека, настойчивого и терпеливого. Он не боялся трудности дороги перед ним, без устали пробиваясь вперед, зная, что это поможет ему приблизиться к его цели.

Сегодня сразу после открытия дверей кузнечного магазина толпа посетителей хлынула внутрь. Кругом раздавались крики удивления, радости, насмешек и презрения.

Глава 244. Превзойдя тысячу ударов молотом. Воплощение ясных глаз и белых зубов

«Смотри скорее, сегодня два новых оружия! Они точно был лучше предыдущих, если бы у меня был такой меч, я бы с легкостью поймал дикого вепря», смеялся человек в простой одежде, трогая зазубренный меч на полке.

«Использовать против диких кабанов…»

«Да эти мечи ни к селу, ни к городу, такая цена огромная», вздохнул молодой человек.

«Обменяться можно, пойду и принесу семейное сокровище», радостно вскрикнул мужчина.

«Не хвастайся тут своими игрушками», усмехнулся другой.

Цин Шую было все равно, он весь погрузился в процесс изготовления оружия. Он не планировал его продавать, но если деньги станут нужны, он был не против продать их подешевле, хотя хотелось бы, конечно, равноценного обмена.

Он думал о тысяче ударов Техники, ему казалось, это всего лишь переходная фаза; но вот уже третий меч был сделан с помощью Техники Тысячи Ударов, но никаких изменений не происходило. Он надеялся, что прорыв Техники Тысячи Ударов повысит уровень его Кузнечного Искусства.

«Сестра Минъюэ, этот плохой человек так и не приходит к нам».

В комнате на втором этаже первого здания Дворца Цанхай стояли Хоюнь Лю-Ли и Цанхай Минъюэ, глядя на синее небо из окна.

«Ты скучаешь по нему, не видя его всего один лень?» Цанхай Минъюэ приподняла верхнюю губу и рассмеялась.

«Кто скучает? Вот еще! Подумать только, мы умоляли его помочь этой женщине, а теперь он вдруг стал с ней так близок, хотя она выглядит довольно привлекательной для мужчин», засмеялась Хоюнь Лю-Ли, не без тени разочарования.

«Они не были близки тогда, но насчет сейчас я не уверена». Цанхай Минъюэ посмотрела на Хоюнь Лю-Ли и улыбнулась едва заметной улыбкой. К ней вернулась ее естественная отстраненность. Тем временем Лю-Ли продолжала что-то бессвязно бормотать про себя.

Однако Хоюнь прекрасно понимала, что Цанхай Минъюэ вернулась к прежней себе только из-за Цин Шуя. Она и изменилась только из-за него. Она никогда не встречала никого, кто бы так разговаривал с ее Старшей Сестрой, но она знала в то же самое время, что даже сам Цин Шуй больше такого никогда не сможет сделать с Минъюэ.

«Как ты, Сестра, поняла, что между ними ничего не было?»

Девушки продолжали вести свой простой девичий разговор.