"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

— Малый эсминец «Гремящий», командор Мясников, на каком основании вы нас задерживаете? — произнёс я.

Беспрекословно подчиняться требованиям капитана Астафьева я не спешил, наши двигатели продолжали работу, мы летели через систему Ротар, пока «Церера» двигалась нам наперерез.

После того, как я представился в эфире, повисла тишина. Словно бы командир крейсера сейчас в срочном порядке решал, как с нами поступить.

— Запрашивает закрытый канал, соединяю? — доложил дежурный связист.

— Да, давай, — разрешил я.

«Церера» была в своём праве, капитан первого ранга Астафьев несёт ответственность за защиту системы, и, завидев боевой корабль на её окраине, неудивительно, что они забили тревогу.

Связь по закрытому каналу установили, точно как запрашивал командир «Цереры». Знакомое название, где-то я его слышал, но не мог вспомнить, где именно. Хотя раньше мы не пересекались.

— Капитан первого ранга Астафьев, — снова представился он. — Прошу прощения, но что вы здесь делаете?

— Это секретная информация, господин капитан, — сказал я, не желая делиться подробностями. — Мы уже уходим, не станем здесь задерживаться.

— Вас понял, командор. Просто нам доложили, что с этой стороны движется неизвестный боевой корабль, — объяснился каперанг.

Я попытался вспомнить, что говорили про Астафьева на флоте и что упоминал адмирал Ушаков. Кажется, ничего такого, что могло бы записать его в разряд ненадёжных офицеров. Самый обычный служака, каких на флоте сотни и тысячи.

— Благодарю за вашу бдительность, — сказал я. — С вашего позволения, мы полетим дальше.

— Куда-то спешите, господин командор? — спросил Астафьев.

Я почувствовал, как напряглось что-то внутри, я и без того не любил лишние расспросы, а в нынешней ситуации и вовсе. Любые расспросы казались мне чуть ли не покушением на успех нашей миссии.

— Можно и так сказать, господин капитан, — неохотно ответил я.

— Вас понял… Больше не задерживаем, — сказал он. — Будет время, заглядывайте в гости, на чашечку чаю. Считайте это моим официальным приглашением.

— Принял, — ответил я.

— Конец связи, — произнёс Астафьев, и я увидел на мониторе, как его крейсер заходит на манёвр разворота.

Ну хотя бы преследовать нас не стали. Нет, шансы на успешный побег у нас имелись, хоть и не стопроцентные, но довольно весомые, но лучше обойтись вообще без погонь. Тем более в глубине нашей территории.

— Эх, хорошо вам, — вздохнул лейтенант Козлов. — Приглашают везде, все вам рады. А мы тут на корабле торчим, как на каторге.

— На каторге? — хмыкнул я.

— Ну это я так, пример, неудачный, может быть… — пробормотал второй помощник.

— Я здесь никого насильно не держу, лейтенант, — напомнил я. — Всем был дан выбор, остаться в команде или сойти в обитаемой системе.

— Так точно, я помню, — сказал лейтенант. — Вы не подумайте ничего, так это я…

— Я ничего и не думал, — отмахнулся я. — Принимайте вахту, лейтенант.

Я, в принципе, мог понять его чувства. Со стороны это, наверное, именно так и выглядело, бравый командир мотается куда хочет, делает что хочет и отдыхает как хочет, пока весь остальной экипаж тянет лямку без выходных и отпусков. Несправедливо, пожалуй. Ни на Дер Эквинуме, ни в Королёве-12, простые офицеры и операторы не были, продолжая торчать на корабле в манящей близости от вожделенного отдыха и развлечений. Моя недоработка, определённо, но лейтенант Крапивин, наш замполит, тоже ничего не доложил по этому поводу. А должен был.

Исправим, само собой. Но осадочек остался.

— Следуйте прежним маршрутом, лейтенант, в Новом Форосе отдохнём, все, — пообещал я.

— Есть, господин командор, — по-уставному ответил второй помощник.

Я сдал ему вахту и покинул мостик. Сейчас у меня по расписанию есть немного свободного времени, но это скорее обман, свободного времени, которое я мог с чистой совестью потратить на себя одного, у меня не было от слова «совсем». Корабль требовал моего постоянного внимания.

Да, «Гремящий» отлично функционировал и в моё отсутствие, когда ответственность за все решения брали на себя мои заместители. Теперь же, когда я снова был на борту, любое решение они старались переложить на меня, и я прекрасно понимал, почему. Если что-то пойдёт не так, ответственность нести буду только я, а заместители будут только укоряюще кивать головами, как болванчики.

Но я готов был нести эту ношу, раз уж никто не хотел разделить её вместе со мной. Хотя в целом к работе заместителей у меня вопросов не возникало. Полагаю, многое всё равно решалось на местах и до моего внимания не доходило.

Я вошёл в кают-компанию, поздоровался с присутствующими там Шляпниковым, Тупикиным и прапорщиком Гришиным, подошёл к распределителю, снова позабыв о том, что кофе на корабле закончился. На корабле даже шутили, что весь кофе выпил командор. Отчасти шутка была правдивой, большинство предпочитало чай.

— Как настроение, господа офицеры? — спросил я, расстроенно ткнув на иконку выдачи чая.

— Боевое, господин командор, — сказал младший лейтенант Тупикин, наш зампотех.

— Надеюсь, драться ни с кем не придётся, — хмыкнул я.

— Учений не хватает, господин командор, — подал голос прапорщик Гришин. — Личный состав расхлябается.

— Какие учения, по гиперу скачем, как козлики, — фыркнул я, вдыхая аромат подкрашенного кипятка. — Но ты прав. Желательно бы устроить.

Гришин широко улыбнулся. В корабельные артиллеристы он перешёл с Зардоба, сохранив прежнее звание, и в коллектив влился довольно быстро, но работы ему в последнее время явно не хватало. И его людям тоже. Не в кого было стрелять, и я надеялся, что всё так и останется. Что нам не придётся стрелять по своим же.

— По технической части всё в порядке? — спросил я у него.

— Так точно, господин командор, порядок полный, — кивнул прапорщик.

Видеть прапорщика в космофлоте было непривычно и странно, но такие выверты иногда случаются. Главное, что своё дело он знал хорошо, пусть и служил до этого в станционной батарее, которая обычно остаётся неподвижной, а не мельтешит по космосу в собачьей свалке сумбурного космического сражения.

— Значит, устроим скоро, в Новом Форосе, — сказал я.

Главное, чтобы учения не переросли в настоящий бой с защитниками системы. Этого я боялся больше всего. Но если придётся… Я был готов.

Я скривился, отхлебнув чаю. Новый Форос придётся брать хотя бы ради того, чтобы пополнить припасы на корабле. Хотя существовал риск, что нас объявят дезертирами и мятежниками до того, как мы туда прилетим.

Лейтенант Козлов объявил о переходе в гиперпространство, и «Гремящий» покинул Ротар-4, не задерживаясь здесь ни на минуту дольше необходимого.

— Мне скоро кошмары сниться начнут, — пробормотал Тупикин. — Каждый переход туда-сюда как будто шилом в кишках ворочают…

— Терпи, лейтенант, — пожал плечами я. — Знал ведь, куда учиться поступал.

— Знал бы, что в гипере так… Может, и не поступил бы, — проворчал зампотех.

А мне нормально. Особых неудобств я не ощущал, но я — толстокожий и закалённый сотнями переходов через гиперпространство. Лучше уж потерпеть несколько часов, чем плестись тридцать лет от одной звезды к другой.

К тому же, пока мы летим в гиперпространстве, мы существуем отдельно от всего остального мира, а значит, можно ненадолго забыть и о государственном перевороте, и о предателях в правительстве, и вообще обо всём плохом. Побыть немного «здесь и сейчас», без связи с остальной Галактикой. Может, именно поэтому некоторые корабли иногда не возвращались из гиперпространства.

Я допил чай, совершенно без удовольствия, попрощался с офицерами, вышел из кают-компании. На месте мне не сиделось, так что я неторопливо прошёлся по эсминцу от реактора и до жилого отсека, отвечая на приветствия встреченных операторов. В несение службы не вмешивался, ничего не спрашивал и не приказывал, скорее просто показывал своё присутствие на корабле. Иногда и это необходимо, чтобы офицеры и операторы не забывали, как выглядит их командир.