Полное собрание сочинений - Юлий Гарбузов

— Ничего, меня это не отягощает, и я постараюсь справиться.

Я не понимал, к чему этот хитрец клонит. Словно прочтя мои мысли, он решил тут же расставить все точки над «i».

— Видите ли, дорогой Артем Тимофеич, я хочу, чтобы Вы сообщили мне код. Понятно?

— Какой код? — удивленно спросил я, совершенно сбитый с толку.

— Да не делайте только вид, будто не понимаете, о чем речь. Мне нужен код доступа к шлюзу, чтобы Вы могли спокойно вести свою привычную жизнь в то время, как миссию пропуска поселенцев и грузов возьмут на себя наши люди. Надеюсь, теперь все ясно?

Так вот оно что! Вот зачем ему понадобилась эта дипломатическая тягомотина и доставка меня в деревню, откуда до дома просто так не доберешься. Ему нужен полный контроль надо всем, что связано с этим злополучным шлюзом, и он решил использовать все средства давления на меня. Как хорошо, что ни он и никто другой не знает, что никакого кода не существует. Достаточно отдать мысленную команду, касаясь столешницы пульта или стенки шлюза. Ну, нет! Только не это, голубь ты мой сизокрылый. Что ж, придется всячески поддерживать версию существования этого «кода». Интересно, откуда он ее взял? Не иначе как Мария придумала. Ну, спасибо ей за это, не то все могло бы быть намного хуже.

— До сих пор нынешнее положение устраивало всех, а теперь Вы зачем-то торопите события, — сказал я, стараясь казаться абсолютно спокойным. — Куда нам спешить? Для чего? Поспешишь — людей насмешишь.

Внезапно налетевший порыв ветра чуть не сорвал с Кирилла широкополую соломенную шляпу. Прижав ее рукой, он повернулся спиной к ветру и, оказавшись со мной лицом к лицу, преградил мне дорогу. Я видел, как он побагровел. Его щека со шрамом внезапно задергалась, и он рефлекторно прикрыл ее ладонью.

— А сейчас это нас не устраивает! Поясняю почему. Почти половина паствы еще не имеет собственного жилья, и люди нуждаются не только в нем, но еще и в элементарном комфорте, квалифицированной медпомощи и сносном досуге. Нужен круглосуточный режим работы шлюза, но обеспечить его Вы не сможете при всем желании. Нам же, как я объяснил, никак без него не обойтись. Так что сделайте, пожалуйста, богоугодное дело — сообщите код, и всем будет хорошо: и нам, и Вам.

В голосе священника прозвучали нотки раздражения. Но я сделал вид, будто не замечаю этого. Наши взгляды встретились, и его глаза сверкнули сатанинским блеском, от которого у меня по спине пробежала волна холода, несмотря на теплый и душный вечер. Захотелось съежиться и забиться в какую-нибудь щелку, глубокую и тесную.

До места, отведенного мне под ночлег, мы шли молча и думали каждый о своем.

У порога нас встретили Алла Ивановна, ее помощница и Мария. Оживленно беседуя, женщины весело хохотали. Как школьницы. Увидев мрачное лицо Кирилла, они посерьезнели и замолчали. Я почувствовал, что они ожидают нового поворота событий.

— Где Олег и Леонид? — сурово спросил Кирилл.

— На берегу. Вместе с Алексеем мотор перебирают, — поспешно ответила матушка.

— Приведите-ка их сюда. Обоих. Пусть Алексей пока один поработает.

Посреди комнаты стоял видавший виды стол, покрытый полотняной скатертью, и четыре грубо сработанных табуретки, а у стены — широкая двуспальная кровать, сплетенная из лозы. Низкий потолок подпирали две железные трубы. На окнах с полотняными занавесками висели толстые шторы, расшитые народным орнаментом. В углу стояла жесткая ширма, изготовленная из бамбука по китайской или японской технологии.

Кирилл сел за стол и кивком головы пригласил меня. Я тоже сел. Кирилл уставился на меня сверлящим взглядом и, барабаня по столу пальцами, продолжил прерванный было разговор:

— Мне нужен код, Артем Тимофеич. Я долго ждал, что Вы сообщите мне его по собственной инициативе, но Вы почему-то этого не сделали. А пастве он, как я Вам только что разъяснил, крайне необходим.

Что же делать? Преимущество сейчас на его стороне, я полностью в его руках. И деваться мне некуда. Он непременно этим воспользуется. Надо как-то, любой ценой, вернуться в Елизарово и попросить защиты у властей.

— Хорошо, я подумаю.

Кирилл аж подскочил на табуретке.

— Что за чушь! Было время, думали. Хватит водить меня за нос. Выкладывайте код.

— Я не могу так сразу. Морально не готов. Дайте время.

— Времени нет. Вы и так слишком много его у меня отняли, бессовестно злоупотребляя моим терпением. Мне нужно сейчас. Итак — код!

— Позже. Утро вечера мудренее.

— Хватит морочить мне голову! Мое терпение не беспредельно!

— Больше ждали, меньше осталось. Подождете еще сутки-другие.

У Кирилла снова задергалась раненая щека. Прикрыв ее пальцами, он смотрел на меня глазами палача, убийцы.

— Сколько можно надо мной издеваться?! Ты скажешь мне код! Скажешь сегодня! Прекрати препираться! Ты — агнец по сравнению с теми волками, которым я развязывал языки! Я не остановлюсь ни перед чем! Понял?

Меня охватила дрожь. Я понимал, что он способен прибегнуть к физическому насилию и пыткам, а их я опасался больше всего. Мобилизовав остатки мужества, я, стараясь казаться спокойным, воззвал к его преданности Христу, которую он постоянно подчеркивал:

— Отец Кирилл, Вы же служитель и последователь человеколюбца Христа, а угрожаете мне расправой. Как же так?

— Не трогай светлого имени Спасителя! Я все делаю во имя его. И если за него должна пролиться кровь, то пусть она прольется! Код!!! — взревел он, как медведь.

Он вскочил с места и, схватив меня за грудки, встряхнул так, что у меня потемнело в глазах, и, швырнув обратно на табуретку, заорал не своим голосом:

— Либо ты скажешь мне код, либо я пришибу тебя, как паршивого котенка!

— Убьешь — так и останешься здесь навечно. Будешь огонь трением добывать, каменными топорами деревья рубить…

Во рту у меня пересохло. Я с трудом ворочал языком. Разумеется, меня он не убьет, потому что я ему нужен, но избить до полусмерти может вполне. Главное — выиграть время, чтобы попытаться что-то придумать, найти какое-то Соломоново решение.

— Не стращай, это не тот случай, друг любезный! — выпалил он.

В дверь тихонько постучали.

— Да! — крикнул Кирилл, утирая носовым платком пот со лба.

Вошли Лёня с Олегом и скромно остановились у двери.

— Звали, владыко? — робко спросил Лёня.

— Звал, — ответил Кирилл блаженным голосом. — Беда у нас, дети мои. Сатана завладел разумом Артема.

— Что?! — вскричал я, вскакивая с табуретки.

— Взять его! Обезоружить!

Парни ловко заломили мне руки. Как видно, им уже приходилось исполнять аналогичные приказы этого солдафона, ибо действовали они не