Бог войны - Дэвид Вебер

как бы я упаковала этот груз вовремя без тебя, - с благодарностью продолжила она, и Лиана усмехнулась.

- Обязательно вспомните о моей эффективности, когда в следующий раз вам понадобится помощница! - весело сказала она.

- О, я буду... я буду! - заверила ее Тирета. Стеклодув спустилась по лестнице в подвал своего магазина и похлопала по последнему ящику с видом собственницы.

- Хорошо! Я могу воспользоваться заработанными деньгами.

- Разве мы все не можем? - Тирета насмешливо поморщилась, а Лиана рассмеялась. Ей нравилась Тирета, и для нее было неожиданным сюрпризом узнать, что любимая мастерица-стеклодув ее матери жила и работала здесь, в Кэйлате. Тот факт, что она узнала работу Тиреты, когда увидела ее в витрине магазина, придал ей смелости ответить на объявление другой "девы войны", когда она увидела его на доске объявлений в ратуше.

Все получилось довольно хорошо, подумала она с некоторым удовлетворением. Признание работы Тиреты заставило ее почувствовать, что магазин каким-то образом связан с домом, который она оставила навсегда. Она дорожила этим чувством. Но, возможно, что еще более важно, это было то, что придало ей уверенности впервые за всю ее жизнь обратиться к кому-то другому в поисках работы.

Тирета была настолько мало похожа на представление Лианы о деве войны до Кэйлаты, насколько это было возможно. Она была застенчивой - хотя совсем не робкой, и Лиане потребовался день или два, чтобы распознать это отличие, - и очень замкнутой, за исключением того, что касалось ее искусства и магазина. Она была миниатюрной, и Лиана сомневалась, что Тирета записывалась на утреннюю гимнастику с того дня, как, к счастью, закончила необходимый период физической подготовки и избежала обязательных тренировок. Для работы вблизи она надевала очки в проволочной оправе, а ее любимым предметом одежды был халат в пятнах от ожогов, невероятно украшенный бабочками, вышитыми синим, красным и золотым цветами. Казалось, у нее не было никаких особых пристрастий, если не считать очевидной любви к стеклу и какой-то фанатичной рассеянности, которая, казалось, овладевала ею в тот момент, когда она прикасалась к трубке стеклодува. При первом знакомстве она казалась человеком, у которого всегда найдется мышиная нора, где можно спрятаться, и, вероятно, он будет проводить каждую ночь, свернувшись калачиком в постели с книгой.

Несмотря на это, Тирета была одной из самых популярных жительниц Кэйлаты. Казалось, она знала буквально всех, и всем, кто ее знал, она нравилась. Она всегда была услужливой, непритязательной, но в то же время жизнерадостной, и что-то в ней заставляло всех желать заботиться о ней. Это было почти похоже на какую-то защитную окраску или естественный защитный механизм, хотя явно не было ничего такого, что специально бы делала Тирета. Это было просто тем, кем она была. Даже Лиана, которая, безусловно, была самой молодой девой войны в городе и, по крайней мере, на десять лет моложе Тиреты, к тому же, чувствовала потребность защищать, что делало Тирету чем-то вроде суррогатной младшей сестры для всех.

Однако, когда дело касалось бизнеса, в Тирете не было ничего детского, и она была требовательной надсмотрщицей. Она уже перебрала трех работниц на неполный рабочий день, прежде чем Лиана вошла в дверь ее магазина, и ни одна из них не удовлетворила ее. Что было к счастью для Лианы... которая оказалась такой. После первого дня Тирета согласилась платить ей сдельно, а не почасово, несмотря на первоначальные опасения стеклодува, что поспешность увеличит количество поломок. Этого не произошло, и Лиана обнаружила, что если она действительно сосредоточится, то сможет заработать наполовину больше за тот же период времени - или заработать нужную сумму и все равно вовремя успеть на запланированное занятие с Рэвлан-сотницей.

Что, напомнила она себе, когда часы на ратуше пробили час, было немаловажным соображением.

- Я должна бежать, Тирета! - сказала она. - Я опаздываю к Рэвлан-сотнице. Могу я забрать свою зарплату завтра утром? Мне нужно заплатить управляющему конюшней за следующую неделю.

- Конечно, можешь, - заверила ее Тирета. - И, поверь мне, ты не захочешь опоздать к Рэвлан. - Она закатила глаза. - Так что убирайся!

- Уже в пути! - заверила ее Лиана и выскочила за дверь магазина.

- Привет, Лиана! - раздался чей-то голос, когда она вприпрыжку бежала по пешеходной дорожке рядом с главной улицей города. - Мы все собираемся в "Зеленую деву" после ужина, и мы...

- Нет времени, Бестрия, - бросила Лиана через плечо, не замедляя шага. - Прости! И я собираюсь снова вычистить прилавки после ужина! - Она скорчила гримасу, помахала рукой и исчезла за углом.

Она продолжала бежать, и ей пришло в голову, что последняя неделя внесла некоторые серьезные изменения в ее жизнь. Гарлана была ее спасательным кругом в течение первого дня или около того, и Лиана отчаянно цеплялась за нее... всякий раз, когда она не валялась в постели, пытаясь наверстать упущенное в этой полумифической вещи, называемой "сном". Но, скорее к ее собственному удивлению, она обнаружила, что приспосабливается к своей новой жизни с поразительной скоростью. Или, возможно, это было не так уж и примечательно. У нее никогда не было возможности наблюдать, как другие девы войны приспосабливаются к тем же изменениям, но, должно быть, за эти годы через тот же процесс с Эрлис-сотницей и ее помощницами - как и с Рэвлан-сотницей - прошли десятки или сотни кандидаток в девы войны. Их уверенная, компетентная живость была чрезвычайно обнадеживающей, несмотря на их суровые ожидания. И после первого дня или около того Лиана поняла, что, в отличие от нее, они точно знали, что делают. Что означало, что все, что ей нужно было делать, это то, что они ей говорили.

Так она и сделала и в процессе обнаружила, что у нее действительно есть хоть какие-то способности к физической подготовке, которой они ее подвергали. Это стало для нее явным сюрпризом, и она была просто немного задета тем фактом, что это, казалось, не удивило их. Она предполагала, что должна воспринять это как комплимент, но случайные взгляды кошек, поедающих голубей, которые, как она удивлялась, появлялись на их лицах, немного затрудняли это.

Они начали с нее довольно мягко (хотя в то время ей, конечно, так не казалось!), но они также разработали программу, тяжесть которой неуклонно возрастала. Однако у Лианы было слишком мало опыта в преднамеренной физической подготовке, чтобы понять, насколько изнурительный темп они на самом деле задавали для нее. Никто никогда не говорил ей, что