Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

мои разрозненные мысли? Как сейчас, например. В конце концов я знала, что постоянно терзалась всякими глупыми сомнениями, порожденными моей неуверенностью. Беспорядок в моей голове раздражал даже меня саму, но и отключить его было невозможно. Вероятно, Люциан тоже не хотел постоянно чувствовать потребность оправдываться. В результате он окончательно потеряет со мной терпение, или, что еще хуже, контроль.

Люциан вздохнул.

«Я просто хочу вернуть тебе личное пространство, не больше и не меньше. Сможешь сама решать, когда тебе захочется пустить меня в свои мысли. – Он поцеловал меня в лоб. – Рано или поздно ты все равно научишься меня вытеснять. Поэтому лучше уж я сам тебя научу. Так у меня хотя бы есть возможность заработать у тебя дополнительные очки».

Губы у меня изогнулись в улыбке. Как будто Люциан нуждался в дополнительных очках! Он в любом случае уже задрал эту планку на самый верх. Не важно, что он делал или говорил, это был словно вихрь, который заставлял меня тонуть все глубже и глубже в любви к нему.

«Со мной то же самое, малышка!»

Ну вот! Из-за него мое сердце каждый раз билось еще быстрее и громче.

Тем временем в портальной комнате к нам присоединились некоторые охотники. Среди них были и Гидеон с Райаном. Брат Лиззи рассказывал другу о семейных связях рода Анку, пока сама она снаружи распределяла остальных охотников для перемещения в небольших группах. Вокруг вовсю велись дискуссии о том, куда нас заведет это путешествие.

– Chвteau d’Ankou[70], – громко объявил Люциан. – Крепость, возведенная во времена гугенотских войн[71] – надежна как в физическом, так и в магическом плане, для того чтобы послужить нам в качестве базы в войне с Марой.

– А кроме того – место, куда имел доступ лишь весьма ограниченный круг праймусов, – вставил Бел. В нетерпении он захлопнул дверь портальной комнаты, и она растворилась. – И тем больше я рад наконец-то получить приглашение.

Когда вокруг в замкнутом пространстве столпилось так много людей, меня внезапно охватили приступ клаустрофобии и грызущее ощущение, как будто я что-то упускала из виду. Просто задействовано оказалось слишком много факторов: у этого Грэма, вне сомнений, на уме какая-то своя афера, а пока моя мать находилась с ним, она в опасности. Алексиан и Константин – два непредсказуемых персонажа, не говоря уже об отце Люциана… только его мне сейчас и не хватало поблизости. К тому же мой радар лучшей подруги бил тревогу. В силе Лиззи определенно крылся подвох, который со стопроцентной вероятностью звался Тоби и примкнул к Маре. Мне срочно требовалось уделить ей время наедине. А еще был Бел, и я ему, разумеется, доверяла, но уж слишком он впал в эйфорию, когда речь зашла о нашем новом штабе. Похоже, он что-то затевал, и я подозревала, что лучше за ним приглядывать. Нельзя забывать и о Тристане с его странной двойной игрой, о целой куче бездомных охотников, в рядах которых скоро возрастет недовольство, если они не начнут получать разумные приказы, и, конечно же, о Люциане. Он не рассказал мне обо всем, что его угнетало. И это беспокоило меня сильнее, чем все остальное, вместе взятое. Я не могла потерять его снова!

Смущенно потянув его за рубашку, я ждала утешающей фразы с его стороны. Зря. В этот раз брахион никак не отреагировал на мои мысли, что лишь сильнее подогревало во мне волнение. Он нарочно не обращал на них внимания или думал о чем-то другом? Я сконцентрировалась на том, чтобы продолжать ровно дышать, пока в стене портальной комнаты не проявились массивные кованые ворота. Люциан отпустил меня, чтобы отворить их. Какое клише – тяжелые шарниры скрипнули, и в комнату подул прохладный соленый ветер.

И вот опять новое место, новый дом и нет времени освоиться. Я привыкла к этому, с тех пор как Джирон после нападения сжег наш старый дом. Дядя Люциана, отступник, давно предсказывал такое развитие событий. Он знал, что предстоит война, и даже пожертвовал своей жизнью, чтобы ее предотвратить. Напрасно.

Вслед за Люцианом я вышла на улицу и обнаружила, что стояла на мощеном строевом плацу. Первое слово, ассоциирующееся с открывшейся местностью: «серый». Серые стены из серого камня возвышались на фоне серого неба, затянутого тучами всевозможных оттенков серого. Шел моросящий дождь, а где-то за средневековыми оборонительными насыпями волны Атлантического океана с грохотом разбивались о явно крутой и наверняка тоже серый берег. Несколько раз прокричали чайки, и эти звуки эхом отозвались от стен крепости, вызвав у меня неприятное покалывание. А Люциан не преувеличивал. Здесь действительно все было защищено мощными магическими щитами.

– Довольно тоскливо, – прокомментировал Викториус, наморщив нос, и немедленно приступил к осмотру территории. – Надеюсь, здесь хотя бы есть современная канализация.

«Подожди здесь», – сказал мне Люциан, после чего велел Гидеону и Райану идти за ним через плац. Вероятно, чтобы показать, где должны разместиться охотники.

– Ну? Уже боишься новой встречи со свекром? – поигрывая бровями, рядом со мной вырос Бел.

Я закатила глаза.

– Славный отвлекающий маневр, но я в курсе, что ты что-то замышляешь.

– Может быть, – сознался Белиал, поведя плечами. – Но не забивай голову, это не коснется ни тебя, ни Люциана, ни нашей маленькой военной кампании.

В этом я сильно сомневалась, но времени на взбучку у меня не было: в тот момент вторая группа охотников вышла из портала, который, очевидно, был частью огромных конюшен. Привел их Элиас. Его глаза с золотистыми искорками быстро пробежались по присутствующим и задержались на мне.

«Можно тебя на минутку?»

Самый старший из братьев Люциана выглядел напряженным и, не дожидаясь моего согласия, целенаправленно прошагал к узкому проходу, расположенному в тени сторожевой башни. Я пошла за ним, хотя уже догадывалась, что он собирался мне сказать. Приближаясь к нему, я почувствовала магическое сопротивление. Он заглушил наш разговор.

– Дай угадаю, ты волнуешься за брата и хочешь, чтобы я за ним присмотрела.

Вместо ответа Элиас притянул меня к себе и обнял.

– Как же я рад, что ты жива. Извини, что не мог показать тебе этого раньше.

Это было сильнее меня – я ответила на его симпатию и сразу почувствовала себя лучше. Элиас из тех, кто чаще держится на заднем фоне, где его очень легко не заметить. Но лучше вам не допускать ошибку, недооценивая его. Что бы нам ни предстояло, с Элиасом наши шансы удваивались… да и он просто по-настоящему мне нравился.

– Тут не за что извиняться! – пробормотала я, наслаждаясь его объятиями, пока он не отстранился