Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв

Таким образом собравшиеся оказались предоставленными сами себе — до тех пор, пока не прозвучал гонг сбора.

Монастырь Николаос вмещал множество тесных монашеских келий, церковь, кухню и общую трапезную с лоханями и черпаками. В скалах северной стороны под стеной были вырублены ниши для цистерн с питьевой водой. В церкви сохранились фрески, изображавшие сцены адских пыток и страданий мучеников: отсечение головы, убиение мечом и кинжалом, распятие, бичевание, сожжение на костре. Фрески эти были созданы еще в шестнадцатом веке живописцем Феофаном из Креты. Но прибывшие «паломники» не смотрели на красоты монастыря и близлежащих гор. По сигналу гонга они собрались во дворе монастыря и обратили лица к тому, кто собрал их здесь со всех концов света, — Хуану Франко Креспо, Генеральному секретарю ООН, Посвященному II ступени, куратору Союзов Неизвестных во всех странах мира, контролирующему уровень международных отношений.

Среди собравшихся был и координатор Союза Девяти России Бабуу-Сэнгэ.

По сути, в Метеоре собралось тайное, но отнюдь не мифическое, а самое реальное правительство Земли, способное в течение очень короткого срока сменить любое формальное правительство любой страны, которое мнило себя единственно претендующим на власть, убрать любого политика, переместить любого чиновника в самых мощных эшелонах власти.

— Начнем, господа, — звучным голосом произнес Хуан Франко Креспо на метаязыке. — Но сначала, как обычно, послушаем нашего Покровителя.

Во дворе монастыря раздались странно звучащие фразы странного языка, содержащие Силу и Энергию Вселенной, не имеющие аналогов ни в одной языковой, семантической, звуковой или музыкальной шкале. Эти особые звуки были по легенде фрагментами речи первого Вселенского Будды — Махавайрочаны, завещавшего следовать его Путем всем остальным буддам. На самом же деле это был коан гипервнушения, кодирующий сознание Посвященных, превращавших их в своеобразных зомби, подчинявшихся единой программе, которую разрабатывал и претворял в жизнь Верховный координатор контроля. Этот коан был создан еще во времена Перволюдей, уже тогда замышлявших построить пирамиду Абсолютной Власти. Он передавался из поколения в поколение «серыми кардиналами» структуры, контролирующей реальность Земли. Хуан Франко Креспо принял его около ста лет назад. Только он один знал, что такое «речь Первобудды» и для чего ее слушают кардиналы рангом пониже, правящие государствами на всех материках Земли. Впрочем, некоторые из них догадывались о смысле «речи», слышимой человеческим ухом, но не воспроизводимой человеческим языком. Среди этих догадливых был и Бабуу-Сэнгэ, один из самых опытных и знающих Посвященных, готовый стать соискателем трона, главным преемником Верховного координатора.

При первых же звуках «речи Первобудды» он машинально взялся за «нагрудник справедливости», защищавший его в числе других опасностей от гипнотического внушения, и встретил пылающий взгляд Хуана Креспо с невозмутимым смирением.

Необыкновенные журчаще-вибрирующие, стонущие, прерываемые мерными ударами металла о металл звуки стихли. Но сто сорок семь Неизвестных стояли еще некоторое время, полузакрыв глаза, словно пребывая в трансе, пока Верховный координатор не развеял чары, сказав:

— Продолжим нашу встречу, господа.

— Один вопрос, господин председатель, — подал голос немолодой по годам, но совсем зеленый по опыту работы координатор Союза Пяти Украины, созданного совсем недавно, в тысяча девятьсот девяносто первом году. — Я не заметил достаточных мер по обеспечению… э-э… безопасности высокого собрания…

Координатор Украины, как истый хохол, уроженец Ивано-Франковска, был хитер, нетороплив, исключительно осторожен и любил трижды перестраховаться, прежде чем что-либо предпринять. Он и на чрезвычайный сход координаторов приехал только после всестороннего анализа предполагаемой угрозы, выбрав стохастически запутанный маршрут следования и взяв с собой бригаду «хлопцев» в двадцать пять человек, обеспечивающих его безопасность в пути. «Хлопцев» на территорию Метеоры не пустили, и господин Крольчук, советник по национальным приоритетам нынешнего президента Украины Корчмы, нервничал.

— Господин Крольчук, — улыбнулся Хуан Франко Креспо. — Крупней операция по обеспечению безопасности была организована лишь во время празднования пятидесятилетия ООН в Нью-Йорке. Вы можете не волноваться, все необходимые меры предосторожности приняты. Мы можем защитить вас лично от любых посягательств вплоть до пункта назначения. Ведь вы летите в Киев? Или прежним маршрутом через Англию, Финляндию, Турцию, Германию, Швейцарию, Львов… э-э?

— Это нереально, — не смутился Крольчук, умудрявшийся даже здесь выглядеть провинциалом, степенным «козацким головою».

— А что сейчас реально? — проворчал сосед Бабуу-Сэнгэ, аргентинец. — Единственная реальность в мире насилия — смерть!

— Если все сомнения разрешены, я продолжу. — Хуан Франко Креспо обвел ряды стоящих посуровевшим взглядом. — Причины, по которым я вынужден был собрать вас, две. Первая: события, происшедшие в абсолютных планах «розы реальностей», начинают сказываться у нас, в запрещенной реальности, грозя дестабилизировать состояние мира и сорвать контроль за ним. На уровнях физических законов это отразится мало, на уровне социума — очень сильно, вплоть до его полного разрушения. Чем в таком случае мы будем управлять?

Выражается же влияние абсолюта двумя стихийно-причинными процессами: ужесточением Закона возмездия и распадом наших Союзов, призванных корректировать реальность по единому сценарию. Если с первым процессом мы еще кое-как могли справляться, локализуя его с помощью создания всякого рода антиправительственных группировок типа «красных» и «черных бригад», «Ирландской республиканской армии», «Команды контркрим», движения «Хамас», исламских «серых братьев» и «защитников веры», неофашистских славянских отрядов, то с процессом распада Союзов можем не совладать.

— В моем регионе этот процесс не наблюдается, — с заметной долей скепсиса проворчал Крольчук.

— Ваш Союз слишком молод, — парировал Верховный координатор, — и монотеистичен, ибо исповедует черный национализм. Впрочем, это нас не волнует, важен результат, а не путь его достижения. Итак, проблема номер один для большинства из нас — распад системы. Какие меры вы предпринимаете в связи с этим?

— Необходима ликвидация смутьянов, — бросил горячий аргентинский лидер. — Никакие другие меры не помогут. Если бы у нас был доступ к МИРам Инсектов, проблема была бы решена в сжатые сроки и бескровным путем.

— Вторая причина, по которой мы собрались, и есть блокировка МИРов, — усмехнулся Хуан Креспо. — Все вы знаете, когда и по чьей инициативе доступ к МИРам был закрыт. Была инициирована так называемая «Игла Парабрахмы», чье включение всегда приобретает характер и силу физического закона. По сути, произошла прямая коррекция реальности, отменить которую мы не в силах. На Земле сохранилось около трехсот памятников культуры Инсектов, получивших название МИРы — модули иной реальности, и все