Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

На другой день перед школой к ней пришла Таня. Девочки сели на диван, стали рассказывать друг другу, как прошел вечер. Катя рассказала, что на нее обиделась Леночка и теперь не разговаривает с ней, и еще рассказала про мальчика, который полтора часа играл с ней и трогал ее. Таня со смехом сказала, что вчера легла спать со своей сестрой Яной и проспала с ней вместе до 11 часов.

— Вчера вечером я переодевалась, чтобы лечь спать. В комнате сидела

Янка и смотрела на меня. Я сняла с себя колготки, трусы, рубашку и стояла перед зеркалом расчесывалась. Смотрю, а Янка подходит сзади, в одной коротенькой рубашечке. Прижалась ко мне и давай меня гладить по груди, животу, ногам. Я говорю:

— Яночка, ты что?

А она:

— Ты прелесть, я тебя люблю моя сестреночка.

Я повернулась к ней, а она стала меня целовать в губы, прижимается ко мне животом, а сама горячая-горячая. Так мы постояли немного, поцеловались, потом я ее отвела к постели, уложила, а она меня не отпускает, жмется ко мне. Я тогда выключила свет, залезла к ней под одеяло и давай с ней целоваться. Подставила ей груди, она и их целовала, а потом взяла в рот и давай сосать. Меня это так возбудило, я провела руку по ее животику вниз, потрогала ее письку. Губки у Яны были влажные и горячие. Попробовала ввести палец между губок и потереть там, она сжала ножки и прижала к письке руку. Тогда я перевернулась в кровати так, что писька Яны оказалась напротив моего рта, а моя — против ее. Я подождала, пока Яночка не начнет меня целовать там и стала лизать ее губы. Потихонку раздвинула ей ножки и стала везде трогать. От ласк сестренки я кончала раз пять за ночь. Яночка тоже видимо кончала, потому что иногда по ее тельцу проходили конвульсии, она переставала меня целовать, стонала и утыкалась мне между ног лицом. Дав девочке отдохнуть, я начинала тереться лобком о ее носик и рот и она снова приникала ртом к письке. К утру я измучилась и измучила ее. Проснулась от теплого дыхания на письке, перед глазами опухшие большие губы Яны, я лежала уткнувшись лицом в розовый мягкий лобочек, а руки под ее попкой. Я осторожно встала, чтобы не разбудить сестру, накинула халат и пошла завтракать.

После школы девочки решили побаловаться друг с другом и пришли к Кате домой. Раздеваясь в коридоре они услышали, что из Катиной комнаты доносится плач. Они забежали и увидели, что на полу в школьной форме скорчившись лежит Леночка и навзрыд плачет. Ее длинные волосы были растрепаны, колени она поджала к груди и обхватила их руками, лицо она спрятала между коленок… Штаны ее были в каких-то пятнах выше колен.

— Леночка, что с тобой, — ласково спросила испуганная Катя. Подруги наклонились над девочкой и попытались распрямить ее ноги, чтобы посмотреть, что же случилось.

— Мама-а! Не трогайте меня! Мне больно! Отпустите! Я не хочу. Не надо! — кричала Лена изо всех сил отбиваясь руками.

— Ну что ты, Леночка, это же мы, — уговаривала ее Катя, не понимая, что с сестрой. Увидев Катю, девочка успокоилась немного, перестала вырываться. Обняв сестру, Катя спрашивала,

— Что с тобой? Ты заболела?

Девочка снова расплакалась. Катя перевернула ее на спину, вытянула ноги.

— Включи свет, — сказала она Тане, — ничего не видно. Катя приподняла подол школьного платья Лены и вскрикнула. На белых праздничных колготках девочки, посередине между ножек было огромное кровавое пятно, размером с ладонь.

— Подержи-ка ей руки, я посмотрю, что у нее. Катя спустила колготки сестры до колен, в глаза бросились большое кровяное пятно на трусах, засохшие потеки крови и слизи на ногах. Рубашка была небрежно, комком заправлена спереди в трусы, сзади она была скомкана выше пояса. Она попыталась стянуть с девочки трусы, но спереди они прилипли к половым органам и она смогла приспустить их только в верхней чати, опустив резинку вниз. Девочка плакала и просила там не трогать. Катя осторожно раздвинула сестре ножки и увидела, что низ трусиков пропитан густой слизью, которая размазывалась у ней между ног и стекала почти до колен. Острый запах этих выделений разносился по комнате.

— Давай ее на кровать положим, — сказала Таня, — на полу простынет.

— Ты давно пришла? — спросила Лену Катя.

— Не знаю, — прошептала Лена.

В это время в дом пришел отец Кати, он заглянул в комнату. Увидев кровь на ногах дочери, выгнал девчонок из комнаты и сел на кровать к Лене.

— Ну перестань плакать, дочка, и расскажи, что случилось, — потребовал он. Прерывая свой рассказ плачем, девочка принялась рассказывать:

— Нас сегодня на урок раньше отпустили и я пошла домой. Троллейбуса не было и я пошла пешком, через дворы. В одном дворе встретила подружку, она тоже из школы пришла. Мы поболтали, потом она сказала, что сейчас переоденется и выйдет. Я села на скамейку и стала ждать. Тут какой-то старый мужчина с палочкой вышел из подъезда, подошел ко мне и говорит: «Девочка, добеги до киоска, купи папирос пачку, мне тяжело ходить. Потом занесешь в тринадцатую квартиру. А я тебя шоколадкой угощу.» Он дал мне пятьдесят рублей. «А портфель ты оставь. Что с тяжестью бегать.» Он взял мой портфель и зашел в подъезд. Я сходила за папиросами и поднялась к дяденьке. Дверь открыл какой-то незнакомы дядя, он сказал, чтобы я разделась и прошла за портфелем. Я сняла сапоги и пальто, прошла в комнату. Там сидел на диване тот старый мужчина и рядом еще один. Я подошла и отдала старому папиросы, он сказал спасибо и кивнул мужчине, который меня встретил: «Ну что, никого больше нет? Давай ее посмотрим.» Тут мужчина, стоявший сзади обнял меня, схватил за подол платья и задрал его спереди. Я заплакала. Мужчина стал меня в спину подталкивать к дивану. Старый ухватил меня за пояс и сдернул штаны до колен. «Смотри какой бутончик!», — мужчина взял пальцами мой лобок. Я сжала ноги и закричала. «Сейчас-то что кричать, я же не делал больно. Ну-ка, ребята, положите ее на диванчик». Они положили меня на диван, задрали платье и сорочку на грудь, раздвинули мне ноги, трогали половые органы, щипали. Старый вытащил свой член из брюк и вложил мне в руку, заставил его жать. Я жала, пока он не раздулся. Он навалился на меня и ткнул членом в половые органы, мне было больно, а они смеялись. Когда старый встал и на его место полез тот, который меня встретил в прихожей, я увидела кровь на ногах и прижала ноги к животу. Но они опять их раздвинули и мужчина лежал на мне. Потом ложился третий и опять первый. Потом я уже ничего не чувствовала и не помню сколько раз они насиловали меня. Наконец меня подняли на ноги, велели одеваться и идти домой.

— Ты маме не говори, что с нами была, а то ругать будет. Ладно? — сказал старый мужчина.