Секретная формула - Лина Тейлор

Глава 9

– Ты пытаешься убедить меня в том, что человек, чьим сотрудникам было поручено охранять тебя, на самом деле подставил тебя и обвинил в убийстве своего собственного агента?

Он пожал плечами – опять с этим беспечным, легкомысленным видом.

– Ну а если бы ты была на моем месте, что ты подумала бы? У дверей лаборатории лежит труп, на револьвере отпечатки моих пальцев. А единственное оружие, которое я держал в жизни до того, как все это случилось, – револьвер того самого калибра, полученный от военного по имени Марк. И при этом кто-то пытается проникнуть в мою лабораторию. Что должен предположить разумный человек?

– Ты не разумный человек, – сказала она. – Ты чокнутый.

– А ты? Что бы ты сказала по этому поводу?

– Я сказала бы, что все это ложь.

– Тогда почему ты не арестуешь меня? Почему не отведешь к тому человеку, на которого работаешь?

Ход его мысли был обескураживающим.

– Ты ведь секретный агент, Линда. Ты работаешь на этого военного?

Линда ничего не сказала. Ей было нечего сказать. Она знала, что Тони очень умен, и не собиралась верить ему. Ни на секунду.

– Так в чем же дело? – продолжил Тони. – Ты не доверяешь ему? И поэтому до сих пор не доставила меня к нему? Потому что у тебя больше нет уверенности, что ты можешь ему доверять?

– Я проработала с этим человеком четыре года, – сказала Линда.

Тони пожал плечами.

– Люди меняются. Люди умеют притворяться. Взять хотя бы тебя. Ты превосходно сработала, заставив меня поверить, что передо мной несчастная испуганная женщина, пытающаяся убежать от злобного мужчины, который преследует ее.

– Я тебя ненавижу, – сказала Линда.

– Да, я это заметил. Так кто же этот человек? Кто такой Марк? Я пытался выяснить его фамилию, должность, но не смог. На нем не было формы, и никто не отдавал ему честь, но он военный. Или бывший военный. У него военная стрижка. Военная выправка. Люди постоянно обращались к нему «сэр» – офицеры и штатские. Из этого я заключил, что он занимает высокое место в системе власти.

– Так, значит, все эти месяцы ты пытался выяснить, кто он такой?

– Помимо всего прочего. В первую очередь я хотел выжить, а эта задача отнимала много сил. Я понял, что хочу жить. Я еще многое хотел бы сделать, увидеть, узнать, – сказал он. – Так вот, я выяснил, что этот самый Марк не служит ни в армии, ни в авиации, ни на флоте. Так откуда он? Из ЦРУ? ФБР? Против кого я воюю?

– Ты прав, он не военный. Не из ЦРУ и не из ФБР. Он из организации, о которой никто из обычных людей не знает.

– Намекаешь на то, что за эту тайну мне придется поплатиться жизнью?

– Не искушай меня.

Тони усмехнулся.

– Хорошо. Не будем об этом. А что ты нашла у одного из этих убитых парней, там, в моем доме? Это так тебя потрясло, что ты решила не сдавать меня сразу.

– Ничего, – с вызовом ответила Линда. Черт, он успел увидеть слишком много!

– Сначала я подумал, будто ты просто переживаешь из-за того, что их застрелила, но потом понял, что не это тебя беспокоит. Что-то произошло, когда ты их обыскивала. Ты их узнала? Или нашла у них что-то? Нечто, не вписывающееся в общую картину?

Линда была готова задушить его. Она встала, чтобы сделать это, но неожиданно поняла, что у нее нет сил. Голова была тяжелой и ноги тоже. Она уже не могла ясно мыслить.

– Слушай, малыш, тебе лучше сесть, – сказал Тони.

– Что? – переспросила она, не узнавая своего голоса.

Ноги у нее подкосились, и она села. Тони улыбнулся ей новой, какой-то извиняющейся улыбкой. Голова у Линды закружилась, непреодолимая сонливость охватила ее, и она догадалась, что происходит. Он усыпил ее. Черт, каким же образом он сумел усыпить ее?

Ей снились кошмарные сны. Ей снилась та страшная ночь в лаборатории. Снилось, как она на коленях ползла по темной аллее, опираясь на здоровую руку. Снилась кровь, слезы и тщетные мольбы.

Ей снился он. То это был сам дьявол, посланный на эту планету специально для того, чтобы досадить ей, то нежный и заботливый парень, живущий в одиноком заброшенном домишке посреди равнины. Но, кем бы он ни был, Линда ненавидела его. И во сне она снова и снова повторяла, что ненавидит его. Она боролась с ним, боролась с его крепкими, но нежными руками, которые пытались успокоить ее, прикладывали влажную салфетку к ее горячему лбу, подносили к губам воду. Она боролась, но он никуда не исчезал.

Было совершенно непонятно, сколько времени прошло. Может быть, несколько часов, а может быть, несколько дней. Когда Линда открыла глаза, она поняла, что совершенно потеряла чувство времени. Она лежала на кровати в номере мотеля. За окном было темно, и в комнате царил полумрак. Все вокруг казалось погруженным в густой туман – кровать, телевизор, по которому шла какая-то музыкальная передача, скудная мебель.

На соседней кровати, откинувшись на спинку, полусидел Тони. Настенная лампа над изголовьем ярко освещала его фигуру. Черт, опять этот Тони. Держа на коленях тонкую стопку бумаги, он что-то писал. Он работает, была ее первая мысль.

Она застала его за работой. Возможно, по этим записям можно будет восстановить формулу. Но, приглядевшись повнимательнее, она поняла, что Тони разгадывает кроссворд. Ну что за несерьезное занятие! Неужели он усыпил ее для того, чтобы заняться кроссвордами?

Ярость охватила Линду. Она хотела сесть, может быть даже наброситься на него с кулаками, но голова у нее кружилась, а тело не слушалось. Линда попыталась пошевелить руками и не смогла. Раздался неприятный скрежет металла о металл. Она с трудом повернула голову и увидела, что ее руки прикованы наручниками к металлической спинке кровати.

Итак, он усыпил ее, а затем приковал.

– Я тебя убью, – простонала она.

Он ответил не сразу, сначала вписал в квадратики очередное слово.

– Я это предвидел.

– И поэтому надел на меня наручники?!

– Не забывай, что ты первая начала их использовать. И тебя не мучили угрызения совести, когда прошлой ночью ты подсыпала снотворное в мое пиво. Я применяю твое же оружие, не более того.

Она резко дернула рукой, наручник больно врезался в запястье, и раздался еще более резкий скрежет металла. От этого звука Линду буквально передернуло.

– Клянусь всеми святыми, когда я посажу тебя за решетку, я сама буду пытать тебя, – сказала она.

– А что, разве правительство разрешает применять к заключенным пытки? – полюбопытствовал Тони.

– Мне плевать на правительство!

– Тогда на кого же ты работаешь, Линда? – усмехнувшись, спросил он. – Все это, конечно, забавно, но я хотел бы выяснить этот вопрос. Я хочу знать, будем ли мы сотрудничать или мне лучше оставить тебя здесь и самому о себе позаботиться.