Мой парень - эльф (СИ) - Коротаева Ольга

— Ты знаешь, эта мысль не приходила нам в голову, — призналась я и пожала плечами: — Наверное, раз есть крылья…

— У куриц они тоже есть, — отмахнулась подруга, — но они не летают.

— Нет, ну это уже слишком, — возмутился Липучка. — Какая я тебе курица?!

— Болтливая, — отрезала Лили и подпихнула дракончика, двигая к краю стола. — Лети!

— Кити, спаси меня от этой сумасшедшей! — отбиваясь хвостом, запищал Липучка. — Мне же подготовиться надо, морально привыкнуть к реальной возможности полёта и…

— Лучший способ — это волшебный подхвостник! — заявила ведентка и выпустила боевой сгусток эгры.

Тот ударил дракончика как раз чуть ниже того места, откуда рос хвост, и Липучка, высоко взвизгнув, стрелой взмыл под потолок.

— Крылья раскрой! — крикнула Оливия, и дракончик подчинился…

И камнем рухнул вниз. Я едва успела выстроить защитное поле, которое поймало существо над самым полом. Взяла Липучку в руки, а дракончик, вцепившись в меня всеми когтями, обвил шею хвостом и, мелко подрагивая, с ужасом косился на Оливию.

— Я тебе… голову откушу! Да я… явлюсь тебе во сне и буду всю ночь петь охальные частушки орков! Я…

— Тише, — погладила я Липучку и покачала головой: — Лили, ты перегнула.

— Это метод Нилая! — обиженно возразила она. — Всегда работает! — Подумав, виновато почесала в затылке. — Но не всегда с первого раза…

— Ясно, — хмыкнула я и погладила Липучку. — Пусть он не летает, зато кушает хорошо. Смотри, что будет.

Влила немного эгры, стараясь, чтобы к светлой не примешалась тёмная. Шипящий дракончик подобрел и даже совсем по-кошачьи муркнул. Я благоразумно положила Липучку на пол, когда существо икнуло и снова подросло. Не в два раза, как раньше, но заметно для глаза.

— Вот это да! — присвистнула Оливия и тут же поинтересовалась: — А он вырастет и будет как Азун? А сколько ему будет нужно эгры тогда? А он ещё что-нибудь ест или лишь магией питается?

— Можно я её укушу? — несчастным голосом уточнил Липучка. — Она болтает больше меня, а я терпеть не могу конкурентов!

— Зато Лили задаёт правильные вопросы, — рассмеялась я и подмигнула подруге: — Вдруг ты, когда не будешь наедаться моей эгрой, закусишь мною на десерт?

— Такого не случится, — искренне оскорбился дракончик. — Ты же моя мама!

Вот тут я, признаюсь, поперхнулась, а Оливия, прижимая ладони к животу, тихо хрюкнула и стекла по стеночке на пол. Зато на фоне недоразумений по генеалогии боль от неприятного открытия стала понемногу отступать.

Увы, ненадолго.

Дверь, которую мы после ухода садовника и не подумали запереть, распахнулась, и на пороге появился тот, кому раньше я всегда была рада. В то время я ещё была человеком.

Глава 40

— Арк, — несчастным голосом протянула я. — Только тебя не хватало!

— Ты что тут делаешь? — едко выплюнул парень, которого я считала братом. — Меня Шандатиль призвал. Где он?

— Здесь его нет, — выступила вперёд Оливия. Подруга, будто настоящий боевик, прикрывала меня своим телом. Даже неловко — это от меня её, похоже, прикрывать надо. — Ступай отсюда, шиахванец. Это свободная от волков территория!

— Всё нормально, Лили. — Я положила ладонь ей на плечо. — Возвращайся в академию, мне нужно поговорить с другом.

— Не называй меня другом, дроу, — почти по-звериному прорычал шиахванец.

Липучка, к моему удивлению, снова уполз под кровать, а вот Оливия отступать не желала. Всё же её чуйка боевика подсказывала, что здесь будет жарко, и подруга не собиралась оставлять меня без защиты. Как бы ей сказать, что помощь нужна вовсе не мне?

Ощутив прилив весёлой ярости, я развернула Лили к себе лицом и вспомнила, как выглядели мои глаза в зеркале, когда ректор освободил меня от наложенного мамой щита. Судя по вытянувшемуся от изумления лицу подруги, у меня вполне получилось подсказать, кому в этом уголке сада нужна помощь.

— Кажется, мне п-пора, — икнула Лили и, пятясь, рухнула в заросли.

Донеслась приглушённая ругань, возня, а потом подруга выползла из кустов на четвереньках. Отряхиваясь, поднялась и, не глядя на нас, побежала в направлении академии. Да так быстро, что я порадовалась за её замечательную физическую форму.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я перевела взгляд на шиахванца и вздохнула, заметив на лице друга выражение отвращения.

— Как тебя позвал Шандатиль? — спокойно уточнила я.

— Тебя не касается, дроу, — едва не пролаял Арк. Судя по горящим глазам, он едва сдерживался, чтобы не вцепиться мне в шею. — Шла бы ты отсюда, пока цела… Я не перегрыз тебе горло лишь в память о нашей былой дружбе.

— Угу, — мрачно хмыкнула я. Поддавшись азарту исследователя, представила себя серокожей девушкой с белыми волосами и алыми глазами. — А если бы я выглядела так, то и дружба бы не спасла?

Арк зарычал зверем и, частично трансформировавшись, шагнул с явным намерением откусить мне голову. Я тут же представила нежную эльфийку с милыми острыми ушками и небесными глазами. Шиахванец остолбенел. Распахнув рот, он судорожно хватал им воздух. Кажется, это был удар под дых. Я хлопнула густыми ресницами и мило улыбнулась:

— Что, волчонок, уже не так сильно хочется мне в глотку вцепиться?

Вытянула руки, и по запястьям заструилась светлая эгра. Арк с протяжным стоном упал на колени. Я выгнула брови: даже так?! Он и перед Шандатилем не опускался, а светлый, как я поняла, не последний эльф в Рогфетаке.

— Встань! — поморщилась я, вновь принимая облик дроу.

Кажется, зря. Волк бросился на меня из нижней позиции, но врезался в мгновенно созданный по примеру Далграназа щит. Скуля, покатился по траве. Я переменила внешность и нежно пропела не своим (низким и глубоким) голосом:

— Арк, ты идиот! Думаешь, будь я простой дроу, дядя Борг оставил бы мне жизнь? Позволил бы расти в стае, резвиться столько лет с вами? Включи мозги, дружище!

— Твоя мать была эльфийкой, — обвинил меня парень. Тяжело дыша, он буравил меня ненавидящим взглядом. — Она была месмеритом! — Выплюнул с презрением: — Наложницей корза…

— Не думаю, что ты вправе её судить, — резко прервала я, и по моим запястьям заструилась тёмная эгра.

Касаясь земли, она превращала камни в пепел. Ойкнув, я поспешно втянула опасную субстанцию. Ладно, это решу потом, главное — в попытке вразумить Арка не прибить его.

— Или думаешь, наложницами становятся добровольно?

Чтобы другу глаза не застилало кровью от моего тёмного вида, я приняла привычный облик. Шиахванец облегчённо выдохнул и вытер пот со лба. Эк его плющит, бедолагу! Но терапия, хоть и была неприятной, всё же оказалась нужной.

— Я не подумал об этом, — в лёгкой растерянности пробормотал Арк и посмотрел с ноткой вины. — Но ты всё равно не должна была становиться дроу! Я же тебя любил…

— Уж извини, — скривилась я. — Я тоже не сильно в восторге от данного факта. Мой жуткий брат дроу прочит мне карьеру тёмной властительницы мира, а парень, в которого я влюбилась, так вообще мечтает о возрождении неких Древних. Мне нет дела до разбитого образа скромной ведентки. О эгра! Любимый папа вообще не является мне отцом! А сестрёнка…

— Я понял, — примирительно перебил Арк и, глянув на меня, рыкнул. Губа его приподнялась, обнажая клыки. — Это… Кити, глаза сделай одинаковыми. И желательно не красными. Вот, уже легче.

Он немного расслабился, невесело хмыкнул и взъерошил волосы:

— Ты эльфийка… то тёмная, то светлая… В голове не укладывается!

— Да ладно?! — нервно хмыкнула я. — А представь, каково мне! Да ещё ты грозишься голову откусить.

— Прости, — уже совершенно искренне извинился Арк и растерянно огляделся. — Я это… пойду лучше. А то башка взорвётся. Мне одновременно хочется тебя поцеловать, загрызть и скулить у ног.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— План мне тоже не нравится, — тихо рассмеялась я и кивнула: — Иди.

Глядя в спину удаляющегося друга, я улыбалась. Не знаю почему, но мне стало чуточку легче. Будто шиахванец взял на себя половину моих переживаний.

— Развлекаешься, сестрёнка?