Кто прав, кто виноват? - Сара Андерсон

Байрон предпринимал очередную попытку извиниться, которая сводилась к упрекам, что она утаила от него, кто ее отец. Леона снова выходила из себя.

Прежде чем ответить согласием или отказом, она хотела точно знать, поставлена ли на карту жизнь еще одного ребенка. Если она действительно беременна, придется сказать «да». В таком случае им предстоит сильно постараться стать семьей, хотя они и не смогут любить друг друга, как прежде.

В инструкции говорилось, что ждать нужно пять минут. Внезапно это время показалось мучительно долгим.

Достав телефон, Леона убедилась, что мистер Лютефиск действительно звонил. Придется сказать ему, что завтра она на работу не выйдет, если только Перси чудесным образом не поправится. Расхаживая взад и вперед по первому этажу, она позвонила боссу и ввела в курс дела. У двери своего офиса остановилась и нажала отбой.

Ее офис. В случае если захочет организовать собственную дизайнерскую фирму.

Возможно, после завершения заказа Байрона она так и сделает. Если она снова в положении, надомная работа значительно облегчит жизнь. Как бы то ни было, дизайном ресторана она занимается без помощников, поэтому точно знает, каково это – быть самой себе начальницей. Перспектива заманчивая. Но это будет означать, что она согласна выйти замуж.

Леона подумала, что это вовсе не обязательно. Частной практикой можно заняться и в другом месте. Аренда офиса, конечно, проделает существенную брешь в финансах, зато она не будет зависеть от Байрона.

Пять минут истекли, Леона поспешила в ванную и взяла индикаторную полоску.

Результат оказался положительным.

– О боже! – Она привалилась к раковине, обуреваемая противоречивыми эмоциями. На мгновение ощутила знакомую панику оттого, что снова все испортила.

Почему нельзя было держаться от него подальше? От единственного в своем роде мужчины, который, похоже, обладает уникальной способностью делать ей детей одним взглядом. Беременность все усложнила. Теперь он еще настойчивее станет убеждать ее выйти за него замуж. Если он бросит ее второй раз, что с ней тогда будет?

Она заставила себя дышать. Однажды она уже наладила свою жизнь и обошлась без него. На этот раз она не позволит ему сбежать, не заплатив алименты. Она больше не та наивная испуганная девочка, какой была когда-то, но независимая женщина, способная позаботиться о своей семье. Конечно, она несколько испугана известием о беременности, но это вполне естественно. Она справится, и даже одна, если потребуется.

Звонок в дверь вывел ее из задумчивости. Мысленно она посылала проклятия дверному звонку, мобильному телефону и прочим громким устройствам, имеющим своей единственной целью разбудить ее больного ребенка. Она быстро затолкала индикаторную полоску на дно мусорной корзины, решив сообщить Байрону лишь после того, как окончательно разберется с ситуацией. А пока лучше держать рот на замке.

– Да? – воскликнула она, быстро открывая дверь, чтобы не дать возможности посетителю снова нажать на кнопку звонка.

– И тебе привет, – сказала Мэй, отступая на шаг.

– Ой, Мэй, ты здесь!

– Именно. Он дома?

– Нет, в ресторане и пробудет там еще не менее часа. Почему ты не позвонила? У Перси снова уши воспалились. Я только что его уложила.

На лице Мэй появилось виноватое выражение.

– Прости, Леона. Помню, что обещала заехать на выходных, но я просто хотела удостовериться, что с тобой все в порядке. Я беспокоилась о тебе и Перси.

– Входи, милая. Рада тебя видеть. Как твои занятия?

Она показала сестре дом и заварила чай. Они обсудили учебу Мэй. Леона радовалась, что говорит с сестрой о чем-то помимо воспаленных ушей Перси или того, почему Байрон ей не пара.

– Здесь так красиво, – задумчиво протянула Мэй, глядя в окно.

– Дом большой, и тебе места хватит. – Возможно, не так уж это предложение и хорошо, но Леона не может отвернуться от сестры, хоть та и не одобряет ее отношений с Байроном. Они столько пережили вместе!

– Знаю. Ты так много для меня сделала. Думаю, пришло время мне повзрослеть и жить самостоятельно.

– Я всегда помогу, если возникнет необходимость. И отношения с ним ни на что не повлияют.

– Ты выйдешь за него замуж?

– Думаю, да. Он останется в моей жизни.

Как бы ей хотелось говорить об этом более уверенно и ощущать эту уверенность.

Мэй решила уйти до того, как Байрон вернется домой. Воспользовавшись ванной комнатой, она заглянула в спальню Перси, чтобы поцеловать его в лобик.

– Скоро увидимся, – пообещала она.

Леона отметила, что голос сестры звучит странно.

Ванная? Она поспешила проверить корзину для мусора, но тест на беременность был по-прежнему надежно погребен на самом ее дне. Она извлекла его и спрятала у себя в спальне, чтобы Байрон случайно не нашел.

Внезапно ощутив сильнейшую усталость, Леона прилегла на кровать. Ей нужно заботиться о Перси.

Она снова беременна и на этот раз не намерена скрывать это от Байрона.

Им придется очень постараться, чтобы забыть о случившемся год назад. Она должна поступить так ради детей. А если у них ничего не получится?

Нет. У них все получится, в противном случае она окажется связанной узами брака, который не принесет ничего, кроме боли и разбитого сердца. Байрон отлично ладит с Перси. Леона не сомневалась, что и со вторым малышом быстро найдет общий язык.

Из Байрона получится прекрасный отец – любящий, практичный, веселый, готовый рассказать интересную историю. А она? Он ведь не отнимет у нее детей, правда? И не заставит поверить в то, что любит, чтобы потом бросить? С трудом верилось, что он на такое способен. Придется поверить, что он не похож на прочих Бомонтов, так же как она не похожа на прочих Харперов.

Когда в следующий раз он придет к ней с извинениями, она выслушает его и извинится в ответ. А еще расскажет о тесте на беременность и возьмет купленное им кольцо. Они должны заставить свой брак функционировать.

Леона продолжала играть в молчанку. Новизна заключалась во взгляде, когда Байрон поднимал голову, время от времени отрываясь от игры с Перси. В ее глазах светилась не ярость, а страх.

Интересно, чего она боится. Очевидно, он, черт его подери, сказал неправильные слова после того, как они последний раз занимались любовью. Незачем было обсуждать запутанное прошлое в постели.

Но почему она не пытается ничего опротестовать? Почему не расточает обещания, что никогда его больше не обманет – даже случайно? Почему не уверяет, что в самом деле порвала все связи с отцом?

Просто молчит.

Байрон уверял себя, что это не имеет значения. Да, она не принимает ни его извинения, ни ухаживания? Значение имеет лишь то, что каждый вечер он возвращается к сыну, готовит ему ужин, помогает купать его, читает сказки и просыпается к нему по ночам. Они уже записались на прием к врачу.