Военная-история-Египта.-Том-2..docx - Всеволод Авдиев

забывать,

что захват всякого рода добычи, в первую очередь пленных, обращавшихся в

рабство, был

одной из важнейших целей, которые преследовали древневосточные деспоты, ведшие

нескончаемые захватнические войны. Поэтому и в официальных и в частных

надписях

того времени всегда подробно перечисляется добыча, захваченная после

каждой победы,

после завершения каждого победоносного похода в иноземную страну.

Соответственно с этим и автор «Анналов» с восторгом описывает в

приподнятых словах

богатую добычу, захваченную египтянами под стенами Мегиддо, а также

ликование

войска.

«И тогда их кони и их колесницы из золота и серебра были [118] захвачены, став их

легкой [добычей]. Их [бойцы] лежали распростертые, подобно рыбам в углу

сети. А

могучее войско его величества подсчитывало имущество, им принадлежавшее.

И вот была

захвачена палатка [этого] презренного [врага], украшенная серебром... И

тогда все войско

стало ликовать и воздавать хвалу [Амону, за победу], которую он даровал

сыну своему [в

этот день]. И восхваляли они его величество, превознося его победу. И они

принесли

легко захваченную ими добычу: руки, живых пленников, коней, колесницы из

золота и

серебра и пестро раскрашенные».45)

Эти образные слова летописца особенно ярко подчеркивают стремительность

египетской

атаки и молниеносный разгром сиро-палестинских войск. Противник, разбитый

наголову

и обратившийся в паническое бегство, не смог спасти ценностей, которые

находились в

его лагере. Именно поэтому египетское войско сравнительно легко захватило

на месте боя

большую и богатую добычу. Особенно характерно то, что писец в перечне

захваченной

добычи на первом месте поставил пленников, а затем коней и колесницы, о

которых он

упоминает дважды в этом маленьком отрывке. В этом сказалась психология

типичного

рабовладельца, смотревшего на грабительские походы как на наиболее легкий

способ

захвата рабов. С другом стороны, египетское войско, очевидно, уступало

сирийским

войскам в количестве колесниц. Именно поэтому египетский летописец всегда

особенно

подчеркивал захват коней и колесниц, этого нового для египтян

технического оснащения

войска, столь необходимого при больших переходах и обеспечивавшего

быстроту

передвижения отдельных войсковых соединений.

Осада Мегиддо

Несмотря на блестящую победу, одержанную под стенами Мегиддо, египтянам

не

удалось, пользуясь воцарившейся среди вражеского войска паникой и

деморализацией, с

хода ворваться в Мегиддо и овладеть этой сильной крепостью. Это

обстоятельство было,

несомненно, крупной неудачей египтян, на которую откровенно указал Тутмос

III в

специальном приказе, отданном по войску сразу же после битвы.

«...И тогда его величество отдал приказ своему войску, сказав:

«О если бы вы, [прекрасное войско] победоносного [царя], захватили [этот

город], то я бы

отдал [всю страну за этот город, согласно приказа] Ра, отданного в этот

день, так как все

князья всех непокорных северных стран находились в нем, так как захват

Мегиддо [равен]

захвату тысячи городов»».46) [119]

84

И действительно, стремительный захват Мегиддо имел бы огромное значение

для

быстрого окончания всей кампании. Во многих надписях времени Тутмоса III отмечается

крупнейшее военно-стратегическое значение Мегиддо, который господствовал

над узлом

важных торговых военных путей и князь которого вместе с князем Кадеша

возглавлял

союз сиро-палестинских князей, направленный против Египта. В перечне

покоренных

Тутмосом III северных городов и областей упомянуты 359 названий

местностей,

правители которых, очевидно, со своими войсками были осаждены Тутмосом

III в

Мегиддо.47) Наконец, в надписи из Джебель-Баркала говорится, что в

Мегиддо пришли

«330 вождей, каждый [из которых] был во главе своего войска».48) Все это

указывает на

то, что Мегиддо был большой и сильной крепостью, под защитой мощных стен

которой

могло укрыться не только многочисленное боеспособное население, но также

и довольно

значительный гарнизон. В той же надписи говорится, что Тутмос III осаждал

Мегиддо в

течение семи месяцев. Понятно поэтому, что взятие Мегиддо означало для

египтян

овладение важнейшим центром Палестины и Южной Сирии и равнялось взятию, по

образному выражению летописца, «1000 городов» или целой страны. 49) Правильно

проведенная осада Мегиддо могла бы отдать в руки египтян все войска

неприятеля,

находившиеся в крепости, и к тому же большую добычу, так как Мегиддо был, невидимому, большим и богатым городом. С другой стороны, осада города

могла бы

максимально сократить потери египтян, в то время как штурм был сопряжен с

большим

риском.

В надписи из Джебель-Баркала, крайне сжатой и краткой, Тутмос III подчеркнул значение

Мегиддо и его осады несколькими словами, в которых сообщается, что царь

«осаждал его

в течение семи месяцев». 50) В «Анналах» описываются крупные осадные

работы, которые

были произведены египетскими войсками, чтобы полностью изолировать

крепость. По

приказу царя египтяне заняли строго установленные позиции вокруг Мегиддо, окружив

его плотной цепью войск так, чтобы «знал каждый человек место свое».51) Протяженность

внешнего кольца укреплений была измерена и на основе этих измерений в

непосредственной близости от города были возведены оцепляющие город

укрепления.

Судя по «Анналам», эти укрепления состояли из вала и палисада, построенного из

местных пород деревьев.52) Особенное внимание как командования египетских

войск, так

и всех воинов было обращено на то, чтобы отрезать Мегиддо от возможных

подкреплений

и подвоза продуктов. Поэтому царь приказал войскам: «Не дайте выйти ни

одному из них

за пределы укрепления этого».53) Судя по описанным выше крупным

подготовительным

работам, осада была длительной, [120] трудной и сложной. Составитель

«Анналов»

указывает на то, что происшедших за время осады событий «было слишком

много, чтобы

записать это в записях согласно приказа этого». Отсюда видно, что, помимо

«Анналов»,

существовала более подробная запись походов Тутмоса III, в которой все

события

отмечались «под названием [соответствующего] дня». Эти записи, занесенные

на

кожаный свиток, хранились впоследствии в храме Амона в Фивах. 54) К

сожалению, этот

документ не сохранился и поэтому мы не можем восстановить события осады

Мегиддо во

всех подробностях. Но совершенно ясно, что осада привела к полной

капитуляции войск

сиро-палестинской коалиции, разбитых под Мегиддо и частично укрывшихся за

стенами

города. После семимесячной осады защитники Мегиддо заявили фараону о

своей

готовности сдаться на милость победителя, проявившего столь большое

упорство во

время осады. Основной причиной сдачи Мегиддо был голод, начавшийся в

городе. В

надписи около шестого пилона Карнакского храма Амона говорится, что «не

вдыхали они

(жители Мегиддо. — В. А.) дыхания жизни», так как они были окружены

осадными

укреплениями египтян. В «Анналах Тутмоса III» и в надписи из Джебель-

Баркала очень

выразительно и образно, но в различных словах описывается, как сиро-

палестинские

князья вышли из крепости, неся фараону многочисленные дары и умоляя его

пощадить их

жизнь. В надписи из Джебель-Баркала сообщаются интересные сведения о том, что эти

85

князья послали фараону вместе с дарами своих детей, очевидно, в качестве

заложников, а

затем дважды дали Тутмосу III клятвенное обещание не восставать больше

против

господства египтян и не причинять фараону «снова зла».55) Взяв в Мегиддо

большую

добычу, состоявшую из пленников, лошадей, колесниц, бронзовых доспехов, оружия,

золота, серебра и скота, Тутмос III, как говорится в надписи из Джебель-

Баркала, отпустил

сдавшихся князей на свободу, приказав «открыть им путь в их города». С