(Не)любовь (СИ) - Ти Эллин

— А мне нравился наш физрук, — поддерживает разговор рыжая, — а потом оказалось, что он не согласен ставить зачёт за красивые глазки и моё девятилетнее сердце было разбито. Вольт, солнышко! — присаживается к нему Даша, как только заходим в квартиру. Собираю его шмотки, которые рыжая мне вручила вместе с псом, а сам думаю, что не хочу отдавать. Не то чтобы я хотел забрать себе собаку, наглым образом отобрав его у хозяйки. Я бы лучше их обоих сюда перевез. Меня бесит тишина в квартире, я поэтому аудиокниги на ночь слушаю, а сейчас ещё и тренировок не будет, вообще крыша поедет.

— Я все собрал, — говорю, входя в прихожую, и неожиданно зависаю, потому что останавливаюсь точно перед стоящей на коленях Дашей. Видимо, она в такой позе просто сидела игралась с Вольтом, но бля-я-я… Кровь сразу ко всем местам приливает, мне очень хочется поправить член в штанах, но это будет слишком пошло: он на уровне лица Даши.

Надо бы отойти. Но отойти нихера не получается, и рыжая на месте стоит, глядя на меня снизу молча, добивает, ведьма. Видит же, что творит со мной.

Даша облизывает губы. И в этот момент мы смотрим друг другу в глаза. Вольт уже куда-то смылся по своим собачьим делам, а мы так и стоим в этой чертовой прихожей. Я буквально кожей чувствую, как между нами искры летают.

Это снова происходит. Она по щелчку пальцев меняется, и я такой же. Крышу сносит от картины, хотя Рапунцель все в той же позе просто сидит. Ничего не делает. Но провоцирует одним взглядом.

И я, уже не выдержав, всё-таки поправляю член в штанах, пытаясь хоть немного снять напряжение.

А Даша смотрит. Взгляд убийственный. И я дохну на месте от него.

Сожрать ее хочется, от макушки до пяток, облизать, покусать, расцеловать всю.

Я вообще никогда не думал, что девчонку можно так сильно хотеть. Всегда секс любил, всегда заводился быстро, но чтобы так… это вообще за гранью что-то. А сейчас, когда я к этой девчонке ещё и испытываю гораздо большее, чем даже она себе представляет, меня вообще наизнанку выворачивает.

Наклоняюсь, чтобы поцеловать, потому что медлить нет смысла. Мы оба уже раскалены до предела, тут только ждать, когда рванет, остужать нет толку. Но Даша не даёт завершить начатое. Она останавливает меня, надавливая рукой на плечо, и без слов просит подняться, оставляя без поцелуя.

— Не дразни, — рычу. Я не готов обломать сейчас это, я вижу по взгляду, что она тоже хочет.

— Хочу попробовать, — шепчет, а потом опускает взгляд на мой пах и облизывается. Не ищите меня больше. Я сдох от одной этой фразы и взгляда. — Можно?

— Тебе вообще все можно, — не вру. Ей все можно. Все, что захочет. По крайней мере сейчас. Сердце, душу, член, всё пусть берет.

И она берёт. Не ждёт больше, сама на грани уже. Тонкими пальчиками хватает резинку спортивных штанов и тянет вниз вместе с трусами, не размениваясь на прелюдии. И правильно. Кому они вообще нужны?

Я не дышу, когда она член ладошкой обхватывает, закрываю глаза, когда языком основания касается и тонкую влажную линию до самой головки оставляет, подчиняя меня себе полностью. Рычу сквозь зубы, не контролирую это. Сердце уже в окно вылетело давно, лёгкие распирает. Сжимаю кулак на здоровой руке и прикусываю костяшки, когда рыжая берет в рот. Не сдерживаю стон, это невыносимо, райское пекло.

Пока Даша сосет — сдыхаю. Ничего не делаю, отдаюсь в её руки целиком и полностью, просто стою и получаю удовольствие от сладких ласк, горячего языка и тонких пальцев. Периодами опускаю взгляд, чтобы наткнуться на хитрые глаза рыжей, которая смотрит на меня не отрываясь, продолжая убивать.

Зарываюсь в волосы, сжимаю их на затылке, понимаю, что делаю это впервые. И отныне хочу делать так каждый день своей жизни. На секунду мне даже кажется, что это приятнее, чем минет, но потом Даша берёт чуть глубже, и я вообще забываю, на что отвлекался.

— Остановись, — оттягиваю голову за волосы, чтобы не кончить раньше времени. Мне мало. — Иди сюда быстро.

Она поднимается и я сразу же ее к стене прижимаю, нападая на губы поцелуем. Хочу ее так, что в ушах звенит, и на руки взять хочется, чтобы отнести в кровать, бросить, упасть сверху… но сука! Рука!

— Даш, я хочу тебя… — шепчу в поцелуй.

— Хочу, — отзывается доверчиво, обнимая за шею. Дрожит, как котенок маленький. Беру её за руку и быстро веду в комнату. Прости, рыжая, но пока я однорукий, придется топать ножками.

— Иди ко мне, — сажусь на край кровати и тяну рыжую на колени. Мы снова целуемся, одежда улетает, Даша помогает мне снять футболку, я срываю с неё трусики, мысленно обещая себе, что обязательно куплю новые. Потом. Сейчас не я не хочу ее отпускать, чтобы она избавилась от белья.

— Ложись на спину, — шепчет мне, и когда укладываюсь удобно, перекидывает через меня ногу, седлая. Бля, у меня день рождения сегодня, или что? Что за праздник? — Сегодня я главная, — улыбается коварно, плавно опускаясь на член. Стонет сразу же, сладко, мелодично. Мне хочется схватить её за бедра, перевернуть, нависнуть сверху, вколачиваться бешеным темпом, чтобы даже имя своё забыла, но, сука, рука! Вспоминаю о ней, когда тянусь к заднице Даши, а вспышка боли на секунду дезориентирует. — Руку береги! — говорит строго, остановившись. — Иначе я не продолжу, — улыбается коварно, думая, что победила.

— Тогда я возьму тебя сзади, — усмехаюсь, мощно толкаясь бедрами, отчего Даша вскрикивает и закатывает глаза.

А дальше мы умираем. Вместе летим с обрыва, без желания спасаться. Даша двигается то медленно, то быстро, наслаждаясь тем, что может руководить процессом. Наклоняется, целует, кусает за шею и грудь, царапает меня, стонет, всхлипывает, когда подыгрываю ей и двигаюсь навстречу. Грудь руками сжимает, соски оттягивает, пытаясь поймать волну удовольствия, а я чувствую, что взорвусь, если не возьму все в свои руки.

И мне почти плевать на рану, когда я сбрасываю с себя рыжую и через пару секунд беру её сзади, упиваясь стонами. Хватаю за волосы, тяну на себя, прижимаюсь щекой к виску, шепчу какой-то несвязный бред, толкаюсь резко и мощно, подводя к грани обоих. Даша руку назад заводит, обхватывая моё бедро, контролирует ритм, подводя себя к оргазму, и следом за ней сразу взрываюсь я, застонав сквозь зубы.

— Чудовище…

— А ты ведьма, — отвечаю со смешком. Мы все ещё прижатые друг к другу, потные, тяжело дышащие и абсолютно довольные.

Эйфорию заканчивает громкий звонок в дверь и последующий за этим лай Вольта.

— Ты ждёшь кого-то? — спрашивает Даша, отстраняясь.

— Нет. Лежи тут, я открою, — не сдерживаюсь и быстро чмокаю Дашу, наклоняясь, запрыгиваю в штаны и иду к двери, чтобы как следует охренеть, потому что…

— Мама?!

Глава 30. Даша

Укутываюсь в одеяло, потому что Лёша ушёл, а кожа сразу мурашками от холода покрылась. Сил не хватает, чтобы встать и укрыться нормально, поэтому я просто накидываю на себя уголок в жалких попытках согреться.

Надеюсь, там ошиблись дверью, а может просто соседка зашла за солью, потому что никаких гостей я сейчас не хочу, да и Лёша сказал, что не ждёт никого. Хочется, чтобы он вернулся в постель, а потом очень долго меня обнимал и целовал в плечо. Я что, много прошу?

Вольт лает, мне почти не слышно ничего, но до слуха точно доносится одно самое важное слово:

— Мама?

Что… мама? Боже! В смысле мама!

Силы вскочить находятся сразу, у меня такая паника внутри, как будто за мной не то что маньяк бежит, десять маньяков! Какая мама? Это что за подстава? Господи! Она сейчас зайдет в комнату, а я тут лежу абсолютно голая и довольная, мамочки, какой ужас!

В спешке надеваю лифчик, с трудом застегнув с третьего раза трясущимися руками. Запрыгиваю в сарафан, ищу трусики, но нахожу от них только клочки. Лёша, чтоб тебя! Меня конечно дико заводит его страсть в постели, но выходить к его маме без трусов я банально не готова! Хоть запасные с собой носи, честное слово… И запасные-то есть! Ну, мало ли какие случаи бывают, женский организм порой бывает непредсказуем. Но боже, сумка в прихожей, а там… Там мама!