Улей. Игра в кошки-мышки - Михаил Баковец

Порадоваться я не успел, так как почти сразу же всё внимание тварей оказалось сосредоточено на мне. Ещё один элитник и три рубера, один из числа последних даже оставил преследование пары ремонтников, рванувшей по полю в сторону далёкого болота.

Вся эта толпа в дружном порыве бросилась ко мне.

«И за что мне такое счастье?!».

И вновь уход в скрыт, за секунду до атаки крупного рубера. Тварь пронеслась мимо, обдав ветерком и вонью, чтобы получить тяжёлую пулю в затылок, точно в световое пятно, которое было в несколько раз больше, чем у элитника.

После каждого выстрела я терял концентрацию и оказывался на виду нескольких пар алчных взглядов.

От элитника едва сумел увернуться, при этом не удержался на ногах и покатился по асфальту, и старательно удерживая барабанную дробь в ушах. Остановившись, я совсем рядом увидел узловатую бронированную конечность, на которой в районе колена дрожал «зайчик».

Свой третий выстрел я истратил на него и пожалел – тварь лишь припала слегка к земле, опёршись на длинные верхние лапы.

«Твою маман… что ж тебя сразу не съели, когда в Улей попал?!», - про себя проклял элитника и едва удерживая концентрацию, чтобы не выскочить точно перед тварью.

А та замерла, лишь голова вращалась да иногда приоткрывалась пасть, из которой выскакивал толстый фиолетовый язык, «облизывающий» воздух. Точь-в-точь, как пресмыкающиеся, у которых обоняние сильно завязано на такие вот движения раздвоенного языка.

С каждым разом во рту мутанта загорался светлячок.

Когда мутант начал вынюхивать меня в очередной раз, я уже держал на прицеле его зубастую морду и едва только появился «зайчик», как пустил в него пулю.

«Четыре, а в барабане всего шесть».

Два патрона на двух руберов – сумма бьётся, но…

Оказавшись в скрыте, я почувствовал, что это последняя попытка в ближайший час, после неё мне потребуется отдых.

К следующему руберу мне пришлось бежать самому, так как уцелевшие твари дружили с мозгами и не торопились мчаться к грузовику, рядом с которым уже лежала гора тел их сородичей.

Очередную пулю вогнал в глаз монстру и тут же, уже больше не используя Дар, перевёл револьвер на последнего рубера, стоящего в трёх метрах от меня.

Выстрел выбил кусочки кости, плоти и крови, откинул голову назад, но не убил тварь.

- А-а-а! – заорал я от злости, страха, несправедливости и, как несколько дней назад, кинул в монстра бесполезный револьвер. – А-а-а! Чтоб ты подавился!

Револьвер врезался в скулу и… сбил рубера с ног на асфальт, где тот забился в агонии.

- Да я монстр, блин, кулаком быка наповал, - пробормотал я и только после этого, отошёл от шока и быстро огляделся по сторонам. Монстров не увидел, а вот рядом с искорёженным «зилком» стоял везучий пулемётчик с короткой винтовкой булпап (любят они, как посмотрю, эту схему, наверное, из-за того, что в таком типе оружия можно совместить мощный патрон и ухватистость с удобными габаритами при нормальной длине ствола). Он что-то крикнул и махнул правой ладонью, на миг оторвав ту от оружия.

Кажется, я оглох.

В ответ коснулся ушей и помотал головой, мол, не слышу.

Тот поманил к себе.

- Сваливать нужно, сюда могут на шум ещё набежать твари или те вернутся, которые удрали за вездеходом, - сказал стрелок, когда я оказался рядом с ним. Чужие слова доходили до меня, как сквозь ватные беруши.

- Твоим помочь нужно? Или всех порвали?

- Давай посмотрим…

Уцелели двое: почти не пострадавшая девчонка, с джедайским именем Атрис, в помятом «форде», но зажатая там намертво, и моя знакомая брюнетка. Вот только выглядела она ужасно: элитник, походя, почти оторвал ей руку, сорвал скальп с левой стороны, буквально стащив тот с затылка на лицо, оторвал ухо, и что-то там было с глазом, левая щека оказалась разорвана и сквозь рану белели осколки зубов, и торчала сломанная нижняя челюсть. Бронежилет на левом боку и спине разнесён вдрызг и, можно сказать с уверенностью, что хватает внутренних повреждений. И, при всём при этом, она была ещё жива.

Кое-как вытащили пострадавшую из «форда», потом перевязали брюнетку, влили ей в горло живец.

Отошли от дороги на полкилометра и спрятались в небольшом овражке с сырым дном. Края были затянуты кустарником, прикрывая схрон от чужих взглядов. Рано или поздно сюда должна примчаться помощь, до этого момента стоит сидеть тихо и смотреть на дорогу, чтобы успеть подать сигнал.

Хома, тот стрелок, что спас мне жизнь, засадив в голову твари винтовочную пулю, предложил оставить брюнетку здесь и уходить в сторону Атлантиса, чтобы повысить шансы на своё спасение. Уговаривал меня, так как Атрис не желала оставлять раненую. А я… я не знал, что мне делать. Уверен в одном, в том, что брюнетка меня опознала.

Может мне это принести вред? Не факт, но то, что попаду под навязчивое внимание со стороны совета Атлантиса и любых авторитетных личностей – это гарантировано. Новичок, принявший белый жемчуг, та ещё мишень для всех: лидеров групп, стабов, сект, просто психов и желающих погреть руки на чужих возможностях. Спокойной жизни, мне отныне не видать.

Можно бросить брюнетку и с Хомой рвануть в Атлантис. Нам там слова плохого никто не скажет, как не скажут ничего Кочану, который спасал свою команду из места, где ни у кого шансов на спасение не было. В качестве объяснений, хватит одного слова – элита. При этом есть много шансов, что девчонок порвут заражённые, набежавшие на запах свежей крови и выстрелов. Или брюнетка сама скончается, унеся мою тайну с собой.

Подло это, пока я ещё не оскотинился, не принял правила Улья, чтобы так поступать. Не рыцарь в сверкающих, доспехах, но и не последняя сволочь.

Хома, один не уйдёт ни за что, страшно ему без меня добираться до Атлантиса. А со мной – легко. Уже видел, на что я способен.

Ещё кое-что, напарница брюнетки – блондинка. Если здесь появилась одна, то и вторая находится поблизости, не конкретно здесь, а в Атлантисе.

- Я схожу на дорогу, - сказал я Хоме и Атрис. – Нужно вскрыть элитников, а то с приходом патруля могу остаться на бобах.

- Я с тобой! – тут же подскочил стрелок.

- Как хочешь, но учти, что я уйду от тварей со своим Даром, так как воевать с ними, у меня больше нет сил, а вот тебе придётся худо, если там уже кто-то пасётся.

И парень тут же сдулся.

Решение я принял: в Атлантисе мне делать нечего. Слишком много найдётся игроков, которые попытаются увлечь в свою игру новичка – беложемчужного хигтера.

Когда уходил от оврага, то чувствовал, как две пары глаз сверлят мне спину. Догадались или почувствовали, что сюда я больше не вернусь. В чём-то правы, но в другом ошиблись – бросать немедленно, я их не собирался. Не появится подмога, придётся думать, как жить дальше. Возможно, с Хомой отправлюсь в город за машиной.

Первым делом отыскал в разбитых машинах оружие и запас патронов к нему, воды и еды. Позже, отнесу уцелевшим атлантистам, а то мы так дружно драпали с дороги, что не позаботились о столь нужных вещах, а ведь скоро подступит жажда, во флягах же лишь живец, который много пить нельзя.

Оружие всё было сплошь импортного производства под натовский патрон. Ничего похожего на, привычный мне, «калаш». Выбрал себе автомат, разобраться в котором удалось с ходу, к нему десять двадцатипатроных магазинов. Похож на австрийский «штейр» - та же схема булпап (я говорил, что её тут любят?), но, с очень крупным патроном. И всего двадцать патронов в магазине. Скорее всего, этот «австриец» создан под редкий (настолько же редко встречаемый среднестатистическим военнослужащим, как СП-5, СПП или ПАБ) триста тридцать восьмой калибр. Я и сам узнал о нём только из «Братишки», где как-то привели сравнение наших спецпатронов и американских аналогов, а сейчас эта статья вылезла из памяти. Сам патрон опознал по надписи на донце гильзы: .338 Wisper.

Пистолет выбрал под сорок пятый калибр и с надписью сбоку на затворе – ремингтон. Знаю, что эта фирма специализируется на выпуске винтовок, но чтобы ещё и пистолетов? Видать, или я мало интересовался этим на Земле, или в параллельном мире данные оружейники пошли дальше. Пистолет был с увеличенным магазином, который на несколько сантиметров торчал из рукоятки. Вытащив, я пересчитал патроны: двенадцать штук. Вернул его на место, передёрнул затвор и поставил на предохранитель.

Подобрал револьвер, который так выручил меня в недавней стычке. Если бы не он, то сейчас бы и моя кровь с потрохами украшали асфальт. Пересилил брезгливость и осмотрел обрубок тела, точнее ремень на нём, на котором висели несколько чехлов и вот в одном из них отыскал скорозарядник с ещё шестью патронами.

- Живём! – обрадовался я такой находке.

Ждал врагов или помощь на помятом кунге «зилка» с биноклем в руках.

Чувствовал страх, брезгливость и становилось противно до тошноты, когда взгляд падал на место кровавой бойни, где я играл в кошки-мышки со смертью в уродливом обличии.