Личная помощница для мажора - Кира Рысь

только хуже. Я не могла думать ни о чём, кроме брата. Господи, если с ним что-нибудь случится, я не прощу себе этого никогда!

Но почему? Почему?! Они решили, что Олег расстался с Кристиной из-за меня? И решили, уж не знаю кто, отец Олега или родители Кристины, так отомстить мне?

Другой мысли у меня в голове не было. Так как я предполагала, кто был исполнителем всего этого.

- Это был Гриша, - шептала я, и горячие слёзы ручьями лились по моим щекам. - Я точно знаю, что это он был, гад этот…

Я утерла нос рукавом, но затем снова начала плакать.

- Так, стоп.

Маковецкий остановился и, подхватив меня под локоть, развернул к себе. Мы стояли на какой-то просеке между городом и отрезком с несколькими шале. Мы ходили по окресностям не меньше полутора часов, уже обратились в администрацию гостиницы, проверили все кофейни, даже дом, где жила свита этого буржуя Соболева – ничего.

- Катя, ты сейчас должна взять себя в руки. – Олег наклонился и достал из кармана платок, дабы утереть мои слёзы. У меня лицо уже было, должно быть, похоже на опухший синяк, а очки и вовсе надо было протереть – ничего не было видно. – Сейчас ты своими эмоциями Сережке не поможешь. Лес уже начали прочесывать. Наверняка мы найдем его.

Я всхлипнула и кивнула, Олег обнял меня, крепко прижав к себе, и вот тогда нас кто-то окликнул. На французском. Олег французский знал, поэтому сразу обернулся. К нам шёл кто-то из поисковой группы, он что-то крикнул и Олег ответил ему.

- Что там? – спросила я, затаив дыхание.

- Хотят, чтобы я помог им – возможно, на что-то смогу указать, что выведет нас на Сережку.

- А я…

- Кать. – Олег вздохнул, сжав губы и устремив взгляд куда-то в сторону. Он был раздражен, и я его понимала. Ну, куда я сейчас с ними. – Ты же понимаешь, что это бредовая затея.

Я опустила взгляд, снова начиная плакать, и покивала.

- Я понимаю, - ответила я тихо.

Олег в очередной раз прижал меня к себе.

- Или домой, к маме, - прошептал он мне в макушку.- Она уже в курсе всего, что происходит. Поговорит с тобой, ты отдохнёшь. Я сделаю всё, что бы найти Серегу. Обещаю тебе.

Олег поцеловал меня в лоб, развернулся и направился к командиру поисковой группы. Я некоторое время наблюдала за тем, как они разговаривают, потом развернулась и побрела к нашему шале.

Маме с папой я, естественно, пока ничего не говорила. И мне было страшно, что кто-то из них может мне позвонить сейчас. Тогда всё – мой голос обязательно сорвется, и они всё поймут. Нет, я не буду брать трубку. Не могу сейчас слышать их голоса.

Словно в ответ на мои мысли, брякнул телефон.

Замерзшими пальцами я достала из кармана пальто смартфон, и остановилась на месте, как вкопанная.

Это был пульсирующий цветной крестик, танцующий на карте… Я знаю, что это был за крестик: на новый год мы с Серегой обменялись подарками, подарили друг другу сенсорные электронные часы.

- Это он, это Сережа отправил мне своё местоположение… - прошептала я сухими губами.

Я быстро обернулась – Олег с поисковой группой уже ушли. Вот блин! Тогда придется действовать самой! Возможно, что Сережке как-то удалось включить часы… Или это ловушка?

Нет, вряд ли. С чего вдруг? Я, может, с целой армией на этот крестик приду. Но ждать я не собиралась. Я вгляделась в карту и в первую очередь сделала скриншот – вовремя, потому что в следующую секунду, он уже пропал.

Теперь больше всего на свете я почему-то боялась, что мой телефон перестанет работать, и я больше никогда не найду Сережку. Я несколько минут всматривалась в скриншот. Все встало понятно далеко не сразу, но ясно было только одно – он где-то в лесу.

Больше ни о чем не думая, я, уставшая и замерзшая, ринулась в сторону той части перелеска, в которую мне нужно было попасть, судя по карте. Силы откуда-то появились одним лишь махом, и я не хотела тратить их зря.

* * *

Снег был глубоким, вязким. Я едва ли могла сделать больше четырех шагов и не остановиться, чтобы перевести дыхание. На улице становилось всё холоднее, а в перелеске – и вовсе мороз. Где-то я видела сверкавшие огни фонарей и ламп, кто-то что-то кричал по-французски, кто-то на английском.

Лаяли собаки. Но это было совсем не здесь. Я все смотрела на заветный крестик на своем телефоне и пыталась понять, туда ли я иду. Несколько раз выронила телефон из рук, поднимала и снова брела дальше.

Мне было страшно: лес был тёмный, то тут, то там слышался хруст веток, треск и прочие дикие звуки. Они пугали, и я боялась, что в любой момент на меня может наброситься лесное зверьё и изодрать в клочья.

Я шла всё медленнее, уже начиная жалеть, что не отправилась изначально к команде спасателей, не позвонила Олегу, а ринулась спасать брата сама. Заблужусь, разрядится телефон и всё – погибнем ведь с Сережкой оба…

Хрустнула ветка под моей ногой, и тогда я вдруг услышала кашель. Остановилась на месте, как вкопанная, и медленно начала оглядываться. Мороз щипал лицо, руки заиндевели, ноги и колени страшно ныли от усталости.

- Катя…

- Сережка! – крикнула я во всю мочь. – Сережа! Ты где?!

Я оборачивалась из стороны в сторону, металась, пытаясь понять, где мой брат. Но больше я ничего не услышала… Крутанувшись в сторону елового ствола, я вдруг охнула, провалившись одной ногой в яму.

- Вот чёрт…

- Катька… - прохрипел голос, очень отдаленно напоминающий Сережу. – Я здесь…

Я вдруг поняла, что яма, куда я провалилась, просто прикрыта ветками – так, будто бы здесь и нет никакой ямы. Я выбралась на поверхность и как можно быстрее растащила по сторонам ветки. Яма была неглубокой, Сережка сидел в самом низу.

- Сережа, Господи… - зарыдала я, закрывая рот руками. – Ты ранен?!

- У меня сломана нога.

Лицо у Сережки было совсем бледное. И сам он весь был даже не бледным, а белым. Промерзшим…

Но не время рыдать. Дрожащими руками я набрала номер Олега. Он ответил сразу, я всё доложила, скинула звонок и посмотрела на брата.

- Сережка, ты держись, - прошептала я. –