Сиротка - Мари-Бернадетт Дюпюи

— Какие пятнышки? — удивилась девушка.

— Это сюрприз! — ответила молодая женщина.

Сани катились по снегу, громко фыркали лошади. От их массивных разогретых тел исходил характерный, чуть тошнотворный запах, но Жозеф Маруа его не замечал.

— Что-то ты, Эрмин, неразговорчива сегодня! В такой солнечный день не грех и спеть! Спой «О Канада!»[39].

Жители Квебека очень любили эту песню. Девушка выпрямилась, набрала в легкие побольше холодного воздуха. Голос ее, чистый и радостный, взметнулся ввысь:

Тебе эту песнь, о Канада, поем —

Славы венец на челе твоем!

Рука твоя меч умеет держать И крест умеет нести!

Арман хотел было подпеть Эрмин, но мать остановила его сердитым взглядом.

«Мне не на что жаловаться», — думал довольный Жозеф. Это было сущей правдой. Ему удалось сохранить рабочее место на фабрике, и Симон работал вместе с ним. Отец и сын следили за работой турбин и динамо-машины, снабжавшей электричеством поселок, в котором насчитывалось не меньше пятисот жителей. Супруга его в свои тридцать два оставалась красивой и ласковой. При первой же возможности Жозеф принимался нахваливать свою Бетти, которая была и прекрасной хозяйкой, и несравненной поварихой, и доброй матерью. Не зря Жозеф откладывал про запас каждый су: совсем недавно он выкупил у муниципалитета свой дом. А у Эрмин, по его мнению, был самый прекрасный в мире голос.

Девушка закончила песню и хрустально рассмеялась. Жозеф обернулся. Девушка дурачилась с Эдмоном, младшеньким.

— Дети, сегодня у нас праздник! — воскликнул он.

Под этим ласковым «дети» подразумевалась и сирота, которая практически выросла в его доме. Жозеф, правда, так и не решился ее удочерить, но не так давно в его мозгу родилась новая идея. Именно поэтому он бдительно оберегал девушку, чью образованность и добрый нрав высоко ценил, и все чаще обращался с ней по-отечески.

«Если я выдам ее замуж за Симона, она получит нашу фамилию и будет жить с нами. Через годик или два объявим помолвку, а потом и свадьбу сыграем. Даже если мы не стали ей родителями, так будем свекрами!»

Эрмин понятия не имела о том, какие планы строит на ее счет Жозеф. Она любовалась блестящим снегом меж сосен и берез, надеясь увидеть лося или какое-нибудь другое дикое животное. Мать-настоятельница страстно увлекалась естественными науками, поэтому часто рассказывала ученикам, какие животные населяют канадские леса.

— Скоро хижина! Я сойду тут и побегу пешком! — воскликнул вдруг Арман.

— Пожалуйста, если тебе так хочется! — отозвался Жозеф. — Вперед!

Мальчик на ходу спрыгнул с саней и с радостным криком покатился по снегу. Он знал, что доберется до хижины первым, потому что упряжке предстояло сделать еще два поворота.

Перед поездкой Эрмин собрала волосы в шиньон, чтобы казаться старше. После завтрака она удалилась в свою спальню и долго рассматривала в круглом зеркале свое лицо. Увиденным она осталась довольна.

Несмотря на холод, девушка сняла с головы шерстяной платок и шепотом спросила у Элизабет:

— Когда ты повстречалась с Жозефом, ты сразу поняла, что полюбишь его?

— Вот так вопрос! — удивилась молодая женщина. — Не слишком ли ты любопытна?

— Прости, я не думала о плохом, — сказала Эрмин.

Элизабет поняла, что происходит в душе у девушки: она стала задумываться о природе любви, но это была как раз та тема, которую не затронешь в разговоре с монахинями…

— Не волнуйся, я знаю, что ты не думала о плохом, — отозвалась Элизабет доверительно. — Я просто хотела тебя поддразнить. Скоро ты станешь достаточно взрослой, чтобы выйти замуж. Да, представь себе, я мечтала о Жозефе, когда он еще понятия не имел о том, что я есть на свете! Я встречала его на улицах Роберваля. Он был красивый, крепкий, высокомерный. В праздник Святого Иоанна я наконец попала на бал, за мной присматривала кузина. И вот на балу я устроила так, чтобы он пригласил меня на танец. Потом, мало-помалу, мы и обручились. Я получила в мужья того, кого хотела.

— Где больше двух, там говорят вслух! — проворчал сидящий на козлах Жозеф. — Что ты там рассказываешь, Бетти?

— Мои сегодняшние истории не для твоих ушей, Жо!

Жозеф, смеясь, крикнул лошадям «хо!», и они остановились на опушке. Эрмин с любопытством смотрела на окруженный редкими деревьями скромный домик. Он ничем не отличался от жилищ, которые обычно возводили для себя лесорубы — разбухшие стены из плохо обтесанных досок, крытая листовым железом крыша, одно-единственное окошко…

— Вот мы и приехали, — объявил Жозеф.

Девушка помогла Эдмону выбраться из саней и сразу взяла его за руку. Элизабет, закутавшись в пальто из шотландского сукна, пошла открывать дверь. Это была ее обязанность, которую молодая женщина исполняла с таким торжественным видом, что муж ее невольно улыбался.

— Иди сюда, Эрмин, я покажу тебе домик! — позвала Элизабет девушку.

Внутри было довольно темно. Жозеф вошел вслед за женщинами. Увидев на лице Эрмин выражение живейшего интереса, он поторопился начать рассказ:

— Здесь я храню инвентарь моего дорогого дядюшки Бонифация — все, что необходимо для изготовления сиропа. Вот два медных котелка и печка. Неделю назад мы были здесь с Симоном и собрали двадцать пять галлонов кленовой воды вон в тот чан, что стоит справа.

Эрмин посмотрела туда, куда указывал Жозеф, и увидела накрытую крышкой емкость.

— Никто не знает, что нас ждет в будущем, — с таинственным видом заметил Жозеф. — Я объясню тебе весь процесс, от начала и до конца, согласна?

— Конечно! Мне это очень интересно! — заверила его девушка.

— Арман, помоги матери развести огонь в печи, — приказал Жозеф сыну, выходя на улицу.

Эрмин последовала за главой семьи. Симон между тем проверял содержимое емкостей, установленных у подножия деревьев.

— Первый этап, — начал рассказывать Жозеф, — это сбор кленовой воды, ценнейшей кленовой воды. Для этого мы надсекаем кору на высоте три-шесть футов над землей и в отверстие вставляем металлическую трубочку. Смотри, она похожа на воронку: с одной стороны заостренная, а с другой — расширенная.

Он погладил трубочку, из которой по капле стекала в подставленную емкость прозрачная жидкость.

— В этой воде очень много сахара, — пояснил он. — Но это не древесный сок. Сок начнет подниматься по стволу месяцем позже, и он тоже содержит большое количество сахара, но слишком горек на вкус. Знай, что из десяти галлонов кленовой воды получается всего пинта сиропа.

— А как получается сироп? — спросила девушка.

— Методом кипячения. Для этого и служат те два котелка, что ты видела в хижине. Мы сольем вместе всю кленовую воду, которую собрали неделю назад и соберем сегодня, и поставим ее кипятиться. Огонь должен быть умеренный, но постоянный. Часть жидкости испарится, и останется замечательный сироп медового цвета. Но тут надо быть начеку: если вовремя не снять сироп с огня, он приобретет вкус жженого сахара или кристаллизуется. Пойдем поможем Симону!

Жозеф с довольной улыбкой направился к старшему сыну, который переливал кленовую воду в ведерки размером поменьше тех сосудов, что стояли поддеревьями.

Эрмин редко ощущала себя такой счастливой. Девушка любила узнавать новое, и пейзаж казался ей великолепным. Огромные клены представлялись ей добрыми великанами, которые решили одарить семейство Маруа вкусной манной. По воскресеньям в монастыре пекли сдобу с добавлением кленового сиропа, и девушке часто приходилось открывать бутылочку, однако она никогда не задумывалась

0 том, как изготавливают эту красивую золотистую жидкость.

Коренные жители этих краев, индейцы, много веков назад научились собирать кленовую воду и выпаривать ее, получая сладкий густой сироп, который с удовольствием добавляли в пищу. Обосновавшиеся в Квебеке колонисты быстро переняли столь полезную привычку, а их жены придумали множество новых блюд. Кленовый сироп часто добавляли в карамель и конфеты, поливали им блинчики и фруктовые желе.

Из трубы на крыше домика повалили клубы серого дыма.

— Ага. Наконец-то разожгли огонь в печке, — сказал Жозеф, который как раз направлялся к дому, неся в каждой руке по ведру. — Побудь с Элизабет, Эрмин. Нам с Симоном нужно обойти все надсеченные деревья.

Элизабет суетилась вокруг весело гудящей печи. По дому разливалось приятное тепло. Арман время от времени подбрасывал в очаг поленце.

— Я могу тебе чем-то помочь, Бетти? — спросила девушка.

— Сейчас будем готовить обед. А пока я слежу за котелками, жду, пока вода закипит. Потом останется только поддерживать огонь. Присмотри за Эдмоном, чтобы он не натворил беды.

Скоро наступил полдень. Кленовая вода приглушенно булькала в котелках. Маленький домик наполнился клубами пара. В нескольких шагах от крыльца Элизабет с Эрмин положили на козлы несколько досок и накрыли импровизированный стол, расставив по центру блюда с едой.