Я третий нанесла удар - Мацей Сломчинский

внес маленький черный чемоданчик, который Алекс видел на теннисном корте. Паркер открыл его. Люси наклонилась и посмотрела. Потом протянула руку. Проверила содержимое бутылочек, вынимая и вставляя их по очереди на место. Пустое пространство явно указывало на отсутствие ножа.

— Нет. Все на месте, — сказала и опустила руку в плоский кармашек на внутренней стороне крышки. Кармашек закрывался на пуговицу. Люси отстегнула ее и засунула туда руку. — Нет моих резиновых перчаток, — изумленно сказала она.

— А вы уверены, что они вчера там были?

— Нет… ведь я их здесь не использовала… Они были там, потому что составляют часть аптечки. В деревне никогда не известно, что может случиться. Айон и Гарольд проводят… проводили химические исследования… Я всегда боялась, что может что-то случиться… — Заколебалась. — Видела их четыре или пять дней назад, — решительно закончила она. — Я их доставала и пересыпала тальком. Было жарко, и я решила, что резина может ссохнуться. Да. Сейчас я уже хорошо помню. Сама положила их снова на место.

— Я не сомневаюсь, — буркнул Паркер. — А спросил для того, чтобы сказать вам, что убийца вынул их из вашего чемоданчика, а затем одну подбросил на дно шкафа в гардеробной, а вторую затолкал под другой шкаф. Вторая вся окровавлена. Джонс!

Вошел Джонс, держа на чистом обрывке бумаги резиновую перчатку. Она была покрыта маленькими пятнами засохшей крови.

Только сейчас Люси Спарроу потеряла сознание.

— Шеф, — спокойно сказал круглолицый, румянощекий сержант Джонс, — готовы результаты дактилоскопических исследований.

— Хорошо, принеси воды!

Джонс исчез. Но прежде чем он вернулся, Люси пришла в себя.

— Понимаю, что это для вас необходимо, — тихо сказала она, подняв голову, — но я уже не могу этого больше перенести. — Она села прямо.

— Не проще ли сказать правду?

— Какую правду? — Она посмотрела на Паркера с выражением загнанного, погибающего зверька. — Я действительно не знаю, кто убил…

— Но вы догадываетесь. Иначе не защищали бы убийцу. Или вы не понимаете, что уже сказали нам кого покрываете?

— Я?.. Я… Прекратите… — Она с трудом взяла себя в руки. — Инспектор, вы не услышите от меня ни слова. Что бы вы обо мне не думали. Или арестуйте меня, или разрешите мне уйти. Мне больше нечего сказать.

— Хорошо, пожалуйста. — Паркер встал. — Меня только удивляет, что вы плохо воспринимаете мои усилия. Ведь я ищу преступника и имею право обратиться за помощью к любому порядочному человеку.

Но Люси Спарроу стиснула губы и даже не глянула в его сторону, выходя из комнаты. Лишь слегка кивнула головой Алексу. Когда дверь за ней закрылась, Паркер тяжело опустился в кресло.

— Ты только подумай, — сказал он тихо, — погиб наш Айон, кто-то убил его. Казалось бы, что такая женщина, как Люси Спарроу, умная, холодная, владеющая собой, поможет нам, ведь убийца хотел свалить вину на нее: убил ножом, принадлежащим ей, держал этот нож в ее перчатках, подбросил сюда ее цепочку, которая всем известна. А она вышла отсюда, как враг. — Замолчал. — Я знаю, кого она защищает.

— Спарроу, естественно, — буркнул Алекс. — Но почему она решила, что это он? Когда она вошла сюда, то еще не предполагала этого.

— Ага! — Паркер встал. — Когда мы это узнаем, будем знать все. Или почти все.

Подошел к двери.

— Джонс!

— Да, шеф.

— Что там с этими результатами?

— Через минуту будут здесь.

— А с обувью?

— Ни у миссис Спарроу, ни у мистера Спарроу ничего похожего не обнаружено. Вообще ничего, кроме того, что я передал.

— Хорошо. Он ждет в салоне?

— Да. Стефенс охраняет двери, но как вы и пожелали, шеф, его не задержат, а только попросят, чтобы вернулся, потому что вы скоро придете. Пока ждет терпеливо…

— Хорошо, пришлешь сюда дактилоскописта, как только он закончит.

— Слушаюсь, шеф.

Паркер вернулся в комнату.

— Я распорядился провести Спарроу в комнату, где он и ждет меня. Не хотел, чтобы они встретились. Кроме того, мы смогли спокойно просмотреть их комнаты и ту гардеробную. Миссис Драммонд, естественно, не возражает.

— Как она себя чувствует? — спросил Алекс.

— Сара Драммонд? Была очень бледной, когда я зашел к ней после приезда, но держится. Знаешь, эта женщина могла бы его убить.

— Знаю. Но я не верю в это.

— А кого подозреваешь?

— Мне трудно сказать… Если бы не один факт…

— Вот именно. Мы не можем не верить в вину кого-то из них до тех пор, пока не докажем его невиновности. Я не знаю, но мне кажется, здесь нас еще ждут неожиданности… Бедный, бедный Айон… Если бы он знал.

— К счастью, не знал, — сказал Алекс, невольно понижая голос, — умер, считая ее лучшей из жен.

— Необязательно. Если она стояла за ним и ударила его ножом в спину, проблеск сознания у него еще был… Это изумление в его чертах… его глаза…

— Послушай, — сказал Алекс, — когда ты допрашивал Люси Спарроу, я кое-что вспомнил. Айона убила не женщина. Даю голову на отсечение. Тот человек, чей вздох я услышал в темноте, был мужчина.

— Тот, который тебя ударил?

— Да. Я слышал вздох мужчины, понимаешь?

— Да… — Паркер развел руками. — Подождем, узнаем. Я отдал распоряжение сделать увеличение отпечатков пальцев на ручке двери с внутренней и внешней стороны. И на выключателе. Ведь тот человек погасил свет, услышав, что ты спускаешься, и поджидал тебя с пресс-папье, взятым со стола. Это ясно. Потом, убегая, оставил отпечаток пальца на подоконнике в коридоре.

— Это исключает горничную и Мэлэчи. Они не побежали бы наверх, — сделал вывод Алекс.

— Да. Поэтому остается шесть человек, из которых ты и Люси Спарроу не имеют никакого разумного мотива убийства. Следовательно, остается четверо…

— Дэвис, Сара, Гастингс и Спарроу, — перечислил Алекс.

— Шеф! — Джонс вошел в комнату. — Есть отпечатки пальцев!

— Прекрасно!

В комнату проскользнул высокий, худой человек с короткой седой стрижкой. Под мышкой он держал бумажную папку. Кивнул головой Алексу и, не ожидая приглашения, уселся за столик.

— Здесь у меня отпечатки пальцев восьми человек и убитого, — начал он говорить несколько монотонно, — а здесь отпечатки, собранные на ручках, на выключателе, пресс-папье и хирургическом ноже… Отпечатки на выключателе…

— Боже! — воскликнул Паркер. — Чьи отпечатки на ноже?!

— Сейчас. Так. Отпечатки на ноже принадлежат только одному человеку, капиллярные линии которого идентичны с линиями лица, присутствующего в списке отпечатков, взятых у присутствующих в доме лиц… с миссис… нет… сейчас… Ага, вот! С мистером Спарроу.

XI

«Вы касались ручки?»

— Так… — Паркер прикрыл на секунду глаза. — Это прекрасно вписывается в образ дома, в котором наш добрый, ничего не подозревавший Айон… — Прервал себя. — Чьи остальные отпечатки?

— Ну