Три родинки на левой щеке. Часть III. Перешеек (СИ) - Таня Рысевич

Искра сама чувствовала, что переборщила с насмешкой в голосе. Пожалуй, Врану было унизительно слушать такое. Он вскинул голову и устремил взгляд мимо неё.

— Госпожа Хранительница…

— Вот! — Искра оборвала его прежде, чем он успел хоть что-то сказать. — Ты единственный, кто называет меня так всерьёз. Ты держишь слишком большую дистанцию, чтобы мы могли хотя бы познакомиться с тобой, прежде чем доверять.

— Я не…

Искру вдруг разобрала злость. За то, какой Вран непонятный. За его надменность. За то, как он смотрит, как они живут, но не принимает в этом участия. За его скользящий мимо взгляд…

— Смотри мне в глаза, когда со мной разговариваешь! — почти выкрикнула она, запоздало сообразив, что это как раз было плохой идеей.

Вран, конечно же, ответил на это единственным возможным способом — резко, с вызовом, посмотрел прямо на неё.

Искре по сути нечего было бояться. В крайнем случае, Свиток вмешается. Но она уже помнила, как разбегаются мысли от взгляда Врана и приготовилась к тому, что сейчас вообще перестанет соображать. Но этого, почему-то, не произошло.

Они смотрели друг на друга какое-то неприлично долгое время. Искра отсчитывала удары сердца.

А потом Вран дрогнул, отшатнулся и уставился в землю. Искра не могла понять, кажется ли ей, что его пальцы, спрятавшиеся в складки одежды, мелко трясутся. Наверняка показалось. Вряд ли Врана можно было настолько напугать, особенно просто взглядом.

— Что мне делать? — не поднимая взгляда, спросил он.

Искра замешкалась, не понимая по его тону, что он ожидает услышать — приказ или совет. Она совместила то и другое.

— Либо ты начинаешь говорить «мы» вместо «вы», ведёшь себя как все остальные, общаешься по-человечески с кем-то, кроме меня, либо остаёшься трибун легатом, чьи планы мы будем пытаться разгадать.

— Ты хочешь, — с недоверием спросил Вран, поднимая взгляд где-то до её плеча, — чтобы я раскачивался на верёвках, прыгал в море со скал и гонял плетёные шары по берегу?

— Именно, — подтвердила Искра, удерживая рвущуюся на волю улыбку.

— Как скажешь, — смиренно пробормотал Вран.

Он впервые обратился к ней на «ты», не назвал «Госпожой Хранительницей» и вообще было ощущение, что он заканчивал разговор уже с совсем другим человеком. Что же такого он увидел в её глазах?

* * *

— И всё-таки, зачем ты сломал мою игру? — поинтересовался Дон у Велена.

Они сидели у костерка и жарили рыбу на прутиках. Не хватало только пары кружек пива для того, чтобы сделать эту картину совсем уж роскошной. Отсюда открывался прекрасный вид на очередную бухту. Люди гоняли мяч вдоль берега. Дону уже не было необходимости придумывать новые игры каждый день — ребята справлялись и сами.

Велен не стал упрямиться и делать вид, что забыл свою оплошность, которая, вроде бы, осталась там, в бухте, где на скале рос раскидистый можжевельник.

— П-просто тогда впервые у Врана хоть какие-то мысли вышли из-под контроля, — ответил Велен, — и я из вежливости намекнул ему на это. Откуда же я мог знать, что ты затеял весь этот балаган специально для того, чтобы вывести его из себя?

— Ну, положим, не только для этого, — Дон улыбнулся. Ему нравился тот образ жизни, который он навязал окружающим, — но это определённо было одной из причин поступать во всём настолько опрометчиво.

— Увы, я всё испортил, — лицо Велена выражало искреннее сожаление.

— Ну, не отчаивайся, — попытался приободрить его Дон. — Может, он теперь будет держать тебя за простодушного дурачка и это сыграет нам на руку.

Велен не обиделся — только усмехнулся и поправил очки. Кажется, он до сих пор не понимал.

— Велен, — Дон постарался сказать это так, чтобы было понятно, что он не шутит, — я правда хочу, чтобы ты понимал, что ты — единственный в этом лагере человек, который может Врану хоть что-то противопоставить.

Пусть Велен больше любит переговоры, он остаётся магом Света. Играющим на том же поле, что и маги Тьмы, но другими фигурами. Пусть уровни Врана и Велена несопоставимы, и всё же шанс есть, при прочих условиях.

Взгляд Велена метнулся к Арну, но он быстро отловил акцент на слове «человек». Да и Велен-то уже должен знать о том, что Арн испытывает трудности с магией. С магией, а не с ментальной защитой, поправил себя Дон. Нет, Арна сбрасывать со счетов не стоит никоим образом.

— Ты не совсем п-прав, — возразил Велен, — ещё есть Искра.

— Искра? — удивился Дон. Что эта девчонка может против Врана?

— Она единственная здесь, кто выше его по статусу. С его точки зрения, разумеется. Так что, — Велен задумчиво посмотрел вдаль, — она может отдавать ему приказы. Вероятно, он даже выполнит их — в рамках своей интерпретации.

— Да? — недоверчиво протянул Дон. — Ты правда думаешь, что она может его пересилить?

Велен молча показал рукой в сторону моря. Там, среди одной из команд, бегал Вран — в одной рубашке и штанах, с разметавшимися по плечам мокрыми волосами.

Что ещё, кроме некой непреодолимой силы могло заставить его это делать?

Глава 26

Страшные сказки

— Наяна, а почему скрытники считают, что мёд получается из ягод? — спросила Искра у скрытницы, так удобно расположившейся поблизости.

— Что? — переспросила Наяна, переворачиваясь со спины на живот и приподнимаясь на локтях.

— «Забавный факт: кажется, скрытники считают, что мёд получается из ягод», — процитировала Искра одно из предложений, появившихся сегодня в Свитке.

Наяна нахмурилась, будто посчитала это бредом, не заслуживающим внимания, но профессиональное любопытство победило.

— Это же не всё, да? — уточнила скрытница. — Прочитай ещё что-нибудь.

— «Темняки представляются скрытникам родственниками — что-то вроде добрых тётушек и дядюшек. В то время как жителей Ре-Дон-Гона они видят разбойниками и шулерами», — зачитала Искра.

Наяна в мгновение ока оказалась на ногах, подбежала к Искре и уставилась в Свиток, опершись рукой о ствол дерева. Она так разволновалась, что даже не подумала спросить разрешения или ещё что-нибудь в этом роде. Просто впилась взглядом в текст.

' Каленс Секуса CCCLVIII год

Предавался сегодня воспоминаниям о той истории, после которой магистр Мертен решил впервые отправить меня послом в другой город. Пусть я и отсидел все мягкие части в библиотеке в тот год, оно того стоило. Уважение — вот главное оружие посла. Обоюдоострое, как меч.

Именно тогда я узнал о скрытниках то, что потом помогло мне успешно занимать должность посла в Рунмирне в течение четырёх лет.

Продираясь сквозь старые, рассыпающиеся в прах страницы, я узнал, что темняки представляются скрытникам родственниками — что-то вроде добрых тётушек и дядюшек. В то время как