Истинное зло - Грег Айлс

– Что случилось? – произнесла она, опустившись рядом.

– Ничего, – ответил он, глядя прямо перед собой. – Просто не люблю проигрывать.

Тора поставила одну бутылку на сиденье.

– Я думала, серьезное.

– Нет.

Жена подалась вперед и поймала взгляд Криса.

– Мне казалось, перспектива секса заманит тебя домой, – заметила она, понизив голос. – Независимо от результата матча.

Крис посмотрел ей в лицо. Вокруг глаз Торы появились напряженные морщинки.

– Чем ты сегодня занималась? – спросил он.

Она слегка отодвинулась назад.

– Ничего себе смена темы.

Крис пожал плечами.

– Тем же, чем всегда, – усмехнулась Тора, снова повернувшись к полю. – Бегала, плавала, упражнялась в «Мэйнстриме». Потом обедала. Выясняла отношения с застройщиком, покупала вещи для поездки.

У Шепарда чуть не вырвалось: «Как прошел обед?» – но вместо этого он спросил:

– Какие проблемы с застройщиком?

Тора покачала головой, похлопала игроку из команды Святого Стефана, сделавшего дубль.

– Все то же самое. Затягивают сроки, меняют смету. Требуют больше предоплаты.

Крис промолчал.

На следующей подаче Си-Джей, приятель Бена, выбил мяч за пределы поля, обежал все базы и сделал хоумран.

– Пап! – завопил сидевший внизу Бен. – Ты видел? Эй, вы смотрите игру?

– Конечно, видел. Здорово. В следующем году постараюсь поставить тебя и Си-Джея в одну команду.

– Класс!

Бен пожал руку кому-то из товарищей и помчался наверх к Крису. Доктор вздохнул с облегчением. Он не хотел говорить с Торой. Особенно здесь. Впрочем, и дома тоже. Лучше бы она сразу уехала в Дельту.

В присутствии Бена Тора замолчала и стала смотреть на поле. Крис заметил, что Бен почти всегда обращается только к нему. Пока шла игра, Шепард разглядывал трибуны. Он знал тут почти всех. Ничего не поделаешь – провинциальный городок. Некоторые семьи были представлены на стадионе четырьмя поколениями: пока малыши копались в песке возле ограды, их прадедушки восседали рядом в креслах-каталках. Посмотрев на размеченное поле, Крис вдруг заметил, что кто-то машет ему рукой. Шейн Лэнсинг.

Взгляд Криса мгновенно окинул хирурга с ног до головы, взвесив его привлекательную внешность и спортивную фигуру. Он только сейчас обратил внимание, что Лэнсинг чем-то похож на Ларса Райнера, отца Торы. Они различались цветом волос, но в остальном сходство было поразительное. Оба худощавые и мускулистые, надменные и подчас жестокие, прекрасные хирурги с непомерно раздутым самомнением. Разумеется, Ларс Райнер считался врачом экстра-класса, и его высокомерие в какой-то мере было обоснованно. Что до Лэнсинга, то он скорее опытный ремесленник, которого медицина интересует столько же, сколько игра в гольф. Теперь он стоял внизу и смотрел на них с сияющей улыбкой, а Тора махала ему так, будто увидела горячо любимого родственника.

– Ответь же ему, – потребовала она, взяв мужа под локоть.

«Пошел он в задницу», – подумал Крис. Он наклонил голову в сторону Лэнсинга и подчеркнуто отвернулся.

– Да что с тобой сегодня? – удивилась Тора.

– Ничего.

– Я думала, тебе нравится Шейн.

– А я думал, он приветствует тебя.

Жена бросила на него странный взгляд:

– В чем дело, Крис? Что-нибудь случилось?

– Слушай, Бен. – Доктор достал бумажник и дал мальчику два доллара. – Сбегай и принеси нам поп-корн.

– Пап, но там очередь. Огромная!

Крис протянул ему деньги и шутливо подтолкнул вперед. Бен поднялся и уныло поплелся вниз.

– Ты когда-нибудь встречалась с Лэнсингом в Авалоне? – с напускной небрежностью спросил Крис.

– Я видела его сегодня, – мгновенно отреагировала Тора.

Ее ответ застал доктора врасплох.

– Сегодня?

– Да. Он заехал ко мне по дороге на обед.

– Зачем?

– Ну, во-первых, чтобы осмотреть дом…

– А во-вторых?

Тора смутилась.

– Я давно хотела рассказать тебе об этом, но ты был так занят, что…

– О чем? – Шепард почувствовал, что его лицо краснеет. – О чем ты хотела рассказать?

– Господи, Крис, да что такое? Шейн попросил сделать для него кое-какую работу, вот и все.

Меньше всего доктор ожидал услышать что-то подобное.

– Работу? Какую?

– Пока это секрет, но Лэнсинг собирается построить большой хирургический центр. Разумеется, он составит конкуренцию уже существующим больницам, так что вой поднимется ужасный.

Мысль, что Шейн Лэнсинг намерен открыть хирургический центр, не удивила Криса. Лэнсинг принадлежал к новому поколению врачей, начинающих строить свою империю, едва успев получить медицинский диплом. Но его решение привлечь к работе Тору не укладывалось у Криса в голове.

– И какую работу он тебе предложил?

– Управлять медперсоналом. В основном техниками и медсестрами.

– Но…

– Что?

– Ты мультимиллионерша, черт возьми! С какой стати тебе руководить медсестрами?

Тора рассмеялась:

– Я же не сказала, что согласилась.

– Но ты рассматриваешь предложение?

Она опять перевела взгляд на поле.

– Не знаю. Иногда мне надоедает роль богатой домохозяйки.

Крис промолчал. Жена повернулась к нему, и на сей раз он узнал прежнюю Тору.

– Может, объяснишь, что у тебя на уме? Или мне сделать это вместо тебя?

– Лэнсинг интересует тебя лишь с этой стороны? – произнес Крис.

Тора засмеялась громче, словно зазвенела связкой колокольчиков.

– О чем ты? – воскликнула она, хотя по блеску в ее глазах было видно, что она все отлично поняла.

– Хватит притворяться.

Улыбка на ее губах погасла.

– Шейн женат, Крис.

– А если бы не был?

Повисла пауза, превратившая их полушутливую пикировку в нечто более серьезное.

– Перестань, – пробормотала Тора. – Надеюсь, ты не всерьез?

– За последний год у Шейна было не менее трех романов.

– Сплетни! – решительно возразила она. – Ты же знаешь наш городок.

– Если верить сплетникам, он трахнул уже шесть или семь медсестер. А про романы – факт. Двум любовницам ему пришлось даже заплатить, чтобы они убрались из города.

К Лэнсингу подошли два высоких парня. У хирурга было четыре сына, все симпатичные ребята и хорошие спортсмены.

– Я не знала, – задумчиво протянула Тора.

– Трудно поверить, что до меня дошли сплетни, о которых ты не слышала.

– Наверное, потому, что я не работаю в больнице.

Крис заставил себя переключиться на игру. Известие жены о том, что Лэнсинг предложил ей работу, сбило его с толку. Неужели это являлось причиной их тайных встреч? Если Лэнсинг действительно намеревался построить центр, он вполне мог держать свой план в секрете. Две местных больницы сделали бы все, чтобы помешать ему. После долгого молчания Крис буркнул: «Мне надо в туалет» – и, спустившись вниз, направился вдоль края поля. Проходя мимо Лэнсинга, он остановился и пожал ему руку, подавив детское желание раздавить ее в своей ладони.

– Твои парни сегодня проиграли, – заметил хирург.

Крис проглотил подкативший к горлу комок.

– А как твои ребята?

Лэнсинг рассмеялся.

– Когда у тебя четыре сына, проигрываешь и выигрываешь каждый вечер.

– Тора сказала, ты заезжал к нам сегодня.

Похоже, его замечание застигло хирурга врасплох, но тот быстро оправился.

– Да, вы свили себе симпатичное гнездышко. Не могу поверить, что Тора сама все это спроектировала.

– Ничего удивительного. Если жена что-то вбила себе в голову, она этого добьется.

Лэнсинг усмехнулся:

– Говорят, она доводила врачей до белого каления, указывая им, как выполнять свою работу.

– Где ты это слышал?

Хирург пожал плечами:

– Просто слышал. Ты знаешь нашу больницу.

Крис выдавил улыбку.

– Как там гольф? Много играешь?

– Пользуюсь любой возможностью.

– Я хочу поиграть на этой неделе. Ты будешь в городе?

Лэнсинг внимательно взглянул ему в лицо.

– Конечно.

– Всю неделю?

– Да. Сделаем вместе пару раундов?

Шепард кивнул:

– Я позвоню.

Лэнсинг улыбнулся и повернулся к площадке, где началась новая подача.

Крис двинулся к туалету, чувствуя, как от напряжения у него звенит в ушах. По дороге он оглянулся на трибуны. Тора не сводила глаз с Лэнсинга. Правда, сам хирург спокойно наблюдал за матчем. Тора повернула голову и увидела, что Крис следит за ней. Он не сразу отвел взгляд, дав понять, что видел, как она смотрела на Лэнсинга. Потом отвернулся и двинулся дальше.

Не успел он пристроиться у маленького унитаза, как рядом прошипел женский голос:

– Крис! Ты меня слышишь?

Доктор дернулся и едва не обмочил джинсы, не сообразив, откуда донесся звук. Приглядевшись, он заметил, что шлакобетонная стена, разделявшая мужские и женские уборные, на несколько дюймов не доходит до потолка. Из этой щели и доносился голос.