День рождения Сяопо - Лао Шэ

ребятами. Наньсин умеет водить паровоз! А еще я позову двух малайских девочек — они здорово все придумывают! И моя сестренка Сяньпо тоже.

— Чем больше соберем людей, тем лучше! Иди! Я буду ждать тебя!

— Где мы сейчас находимся, ты не знаешь? — спросил Сяопо.

— А где карта?

— Ой! — Сяопо покраснел.— Я потерял ее на Волчьей горе, когда дрался с волками.

— Вот это да! Теперь одни волки будут знать географические названия. Они наверняка подобрали карту. Что же нам делать? Вот что я тебе посоветую: ты иди прямо на восток, дойдешь до Сингапура, поворачивай обратно. Туда прямо и обратно прямо — не так уж трудно.

— И никуда не сворачивать?

— Никуда! Дети должны ходить прямо.

— Ну, я пошел!

— Быстрее возвращайся! Если тебя долго не будет, я забуду Гоугоу,— тогда можешь вообще не приходить!

Гулабацзи пожал Сяопо руку, а потом стукнул его по голове.

Сяопо даже подскочил. Так они и расстались.

Сяопо шел, подкидывая ногой камешек, словно футбольный мяч… Была полночь, когда он пришел в Сингапур. Горели фонари, но, кроме нескольких полицейских и старых индийцев-сторожей, на улицах никого не было. Магазины закрыты. Совсем не так красиво, как днем. «Если бы у меня был магазин,— подумал Сяопо,— я бы никогда его не закрывал — ни днем, ни ночью. Очень некрасиво, когда магазины закрыты!»

На крышах мяукали кошки. Они, наверное, учились петь. Сяопо крикнул:

— Эрси, ты тоже поёшь?

Кошки разбежались. Нет, Эрси не поет, она еще маленькая, наверное, залезла в кроватку к сестренке и спит сладким сном.

Дверь дома Сяопо оказалась закрытой, но стоило ему легонько толкнуть головой, как дверь открылась. Сяопо пошел к Сяньпо. Она крепко спала, едва слышно посапывая. Сяопо разбудил ее:

— Сянь, вставай! Пойдем на Тигровую гору спасать Гоугоу. Ну, быстрее!

Сяньпо села и, не открывая глаз, кивнула головой. Сяопо подал ей курточку. Она молча взяла ее, и они вышли на улицу.

Прежде всего они решили найти Наньсина. Но искать его долго не пришлось — они встретили Наньсина на дороге, и не только его, но и еще двух маленьких индусов, девочек-малаек и Саньдо с сестренкой.

Саньдо и Сяньпо все время почему-то мяукали, как кошки.

Сяопо тоже мяукал.

Но девочки-малайки, Саньдо и даже Сяньпо повернулись к Сяопо спиной. Сяопо стало очень обидно: за что они на него сердятся?

— Не будем с ним играть,— мяукнул Наньсин.

— Не будем! — отозвались мальчики-индусы.— Не мог сказать, что у него день рождения, и сам съел столько вкусных вещей!

Сяньпо открыла один глаз и спросила у девочек-малаек:

— Это Эрси вам сказала?

Девочки переглянулись и в один голос ответили:

— Если бы Эрси не сказала нам, что у Сяопо сегодня день рождения, мы не стали бы учиться мяукать.

«Странно! — подумал Сяопо.— При чем тут день рождения…»

— Завтра день рождения старика Цзао. Нам снова придется кланяться ему,— сказал Саньдо, скорчив кислую мину.

— А давайте, когда будем кланяться, подползем поближе и укусим его за ногу? — предложил Наньсин, глядя на Сяопо.

— Зачем ждать до завтра? Я сейчас пойду поколочу его. Кто со мной? — спросил Сяопо.

Предложение Сяопо пришлось ребятам по душе, и все они подняли большой палец, будто совсем забыли о том, что Сяопо не пригласил их к себе на день рождения.

— Мы всюду пойдем за тобой! — закричал Наньсин уже не по-кошачьи.

— Зря собираетесь идти. Старика Цзао дома нет,— сказал Саньдо.

— А я знаю, где он! — воскликнул Сяопо.

— Может быть, он ушел на Тигровую гору? — спросила у Саньдо его сестренка.

Саньдо кивнул. Затем поднял голову, посмотрел на звезды и сказал:

— Как раз сейчас он учит тигрят арифметике.

— Жаль, что с нами нет Чжана, он-то знает, как насолить учителю арифметики. Семью семь — это семь, и так далее,— проговорил Сяопо.

— Что ты там бормочешь? Мы ничего не понимаем! — обеспокоенно сказал Наньсин.

— Давайте встанем в круг, и я вам что-то расскажу,— предложил Сяопо.

Все взялись за руки и встали в круг. Тогда Сяопо рассказал им про все злоключения Гулабацзи и Гоугоу. Наньсин запрыгал от восторга:

— Давайте подеремся с тиграми? Пошли на Тигровую гору!

— Я думаю, старик Цзао не взял туда свою длинную трубку, а без нее он ничего не может сделать, и нечего его бояться. Пошли!

— Трубки нет, зато есть тигры! — испуганно прошептали девочки-малайки.

— А тигры гораздо страшнее,— поддержал их маленький индус.

— Не пойду я туда,— сказала Сяньпо, потянув за руку девочку-малайку.

— Как хотите, можете идти домой спать. Я один пойду. Посмотрим, что сделают со мной тигры,— произнес Наньсин, стукнув себя в грудь и с пренебрежением глядя на товарищей.

— Нет, мы непременно пойдем, только давайте прежде посоветуемся, когда это лучше сделать,— предложил Сяопо.

— Верно! — поддержали остальные. Только Наньсин молчал.

Ребята задумались, глядя в небо, а звезды весело подмигивали им. Но сколько они ни думали, придумать ничего не могли.

— Вы хорошо знаете повадки тигров, расскажите нам,— попросил Сяопо маленьких индусов.

«Повадки их мы знаем, только вот драться с тиграми никогда не приходилось»,— подумали про себя маленькие индусы, а вслух очень вежливо сказали:

— Простите нас, но мы ничего не можем рассказать.

— А вы? — спросил Сяопо девочек-малаек.

— Мы? — Девочки переглянулись. —Мы знаем, а вам не скажем.

— Не скажете? Раз так, мы никогда больше не будем носить вас на спине в школу! — пригрозил девочкам Наньсин.

Девочки снова переглянулись.

— Давай скажем? — разом проговорили они, глядя на Сяньпо, будто стеснялись мальчиков.

— Давайте превратимся в тигрят, тогда нам легче будет проникнуть на Тигровую гору, и вместе с тигрятами будем учить арифметику. А потом рассчитаемся со стариком Цзао. Тигрята наверняка будут заодно с нами. Старик рассердится, начнет бить их, а они обозлятся и укусят его. Так он и останется без своих помощников. А мы тем временем спасем Гоугоу.

Все внимательно слушали девочек, а потом дружно захлопали. Девочки гордо вскинули голову.

После этого Наньсин опустился на землю и затряс головой, приговаривая:

— Превратись, превратись!

— А ты знаешь, какие они, тигры,— оттопырив губки, спросили девочки-малайки,— что так сразу хочешь превратиться в тигра?

— Отец говорил, что тигры очень похожи на кошек.