Земля вечерних звёзд - Людмила Минич

Охотник молчал.

— Вор заслуживает смерти. И его пособники тоже, — он указал взглядом в сторону девушки. — Но сперва я отдам ее ребятам позабавиться. Ведь они давно в пути. Восемьдесят первый день сегодня, охотник. Больше семидесяти дней они не видали ни одной женщины! Согласен?

Тай наслаждался произведенным впечатлением. Видно было, что этот Тарут испугался. От первоначальной мысли выбить из него признанье силой Тай отказался. Он и так едва дышит, еще умрет. Да и что он тогда расскажет? Только часть. А так все выложит, лишь бы оставили жизнь ему и его странноватой дочке.

— Хорошо, — сказал вдруг охотник ровно, — нельзя духов гневить. И вам худо будет, и ее не уберегу. — В голосе его прозвучало такое почтение, что Тай невольно удивился.

— Так что, это не твоя дочь?

— Нет, конечно. Хотел я подобру уйти… — грустно сказал охотник. — Только не трогайте ее, иначе быть беде.

— Почему это?

Что-то в тоне охотника было такое, что заставило Тая поежиться. Но ведь один раз этот прохвост уже чуть не обманул его.

— Она колдунья, — сказал охотник и наклонил голову, словно только одно упоминание о ней повергало его в трепет. — Я должен был охранять ее, заботиться. Меня послали. А теперь я не знаю, что будет.

Он опустил голову.

— Ну а теперь мы ее поймали, и тебя вместе с ней, — сказал Тай, посмеиваясь, но улыбка застыла у него на губах, когда он увидел неприкрытый испуг на лице охотника.

А ведь этот охотник еще недавно бросался с ножом на громадного зверя, что теперь серой кучей шерсти возвышался на поляне.

— Ты боишься? — спросил Тай с удивлением.

— Конечно, — кивнул охотник, косясь в сторону девушки. — Нет ничего страшнее проклятия колдуньи. Они называют это «проклятием духов». Если рассердить ее… плохо будет, — туманно закончил он.

— А что же она до сих пор не колдует?

Таю снова стало смешно. В Адья Тэрэк рассказывали сказки про колдунов, но никто и никогда не видел живого колдуна или колдунью. Эта молодая девушка настолько не походила на грозную колдунью…

— А она… не будет даром силы тратить. Для них это тоже даром не проходит, самим им от этого плохо. Проклятие — это ведь какая штука, иногда себе дороже выходит. Потому если сильно не раздразнить, то ничего и не будет. Но они, колдуньи, не любят, очень не любят, когда к ним прикасаются. Вот и говорю вам всем.

Он насупился.

— Боишься, что проклянет тебя за то, что не смог уберечь от нас? — Таю хотелось усмехнуться, но что-то вся эта болтовня забирала его за сердце больше, чем хотелось.

Тарут кивнул.

— Проклятие — какая ведь штука, никогда не знаешь, чем накажет… — забормотал он. — Вот из того, что я знаю, так это болезнь вроде огненной: долгая, неизлечимая… Страшно вспомнить, как человек умирал, — его передернуло. — А одного лишила такая же, как эта… молодая, полностью силы мужской. И вот еще…

Послышался шум. Тай оглянулся. Санжат с подкреплением. В лагере волнуются, и правильно делают. Сумерки уже начали Сгущаться, и дорогу в лагерь скоро будет трудно отыскать, пока они тут рассиживают.

— Хватит! — рубанул он. — Не верю я в твои бредни. Если будешь дорогу мне показывать, то оставлю в живых обоих. Думай, давай, быстро. Времени у тебя нет.

— Да я бы показал, — он опасливо покосился в сторону девушки. — Только не найду, наверное.

Глаза Тая потемнели, он опять схватил раненую руку охотника и начал ее выкручивать. Вопль Тарута потряс вечерний лес. Он стонал, пытаясь что-то сказать. Тай подождал, когда его урок будет усвоен, и отпустил.

— Ну?

— Да я же правду говорю, господин, — сдавленно прошипел охотник. — Я уже и потерялся совсем. Это она вела! У нее свои дела, я не знаю, зачем ей туда понадобилось. Она вела, я шел. Мы столько всякого такого обходили по дороге! А она чувствует! Не знаю как, но чувствует! Где опасно, где топко, где звери дикие. И ти-кой этот у нее ручной совсем, где еще таких видали?

— А это что? — Тай снисходительно указал на звериную тушу посреди поляны.

— Так она и говорила: не надо сюда. Я, дурак, настоял. Да только за все время, а идем мы никак не меньше, чем вы, больше даже, первый раз на нас дикий зверь напал. Вот сегодня первый раз.

— Первый раз?

Тай не поверил. Их всего двое, лакомый кусок для тех тварей, что тут водятся, и первый раз! А на него с отрядом каждые несколько дней налетают.

— Клянусь всеми богами Адья Тэрэк и духами тоже.

Но Тая другое заботило.

— Так ты не можешь указать дорогу в землю вельдов?

— Вельдов? — озадаченно повторил охотник.

Тай мысленно выругался. Уши развесил, распустил себя, вот и проговорился.

— Ну, этих восточных людей.

Тарут покачал головой:

— Нет, не могу, господин.

— Тогда, — лениво сказал Тай, — я вообще не вижу пользы тащить тебя за собой, да еще раненого. Возьму только девчонку. А тебя… — Он вздохнул.

— Неужто господин думает, что колдунья поведет отряд в свои земли?

Тай заколебался. И правда. Но виду не показал.

— Побежит! Иначе плохо ей придется.

— Умрет, но не сделает, а умирая, проклянет вас всех. Плохо всем вам придется. А господину хуже всех. Но если господин пообещает мне кое-что, я уговорю ее. И кроме всего, она же ни слова не понимает на адья. Зачем он ей. Она даже не поймет, чего господин хочет, зато поймет, что ее обидеть хотят.

— Ты обнаглел, дурак! — вспылил Тай.

Этот полудохлый идиот еще будет ставить ему условия!

— Будешь еще мне условия ставить!

Но цель была так близко. Он вспомнил о Гайят, о троне Адья Тэрэк. Он должен быть мудр, обходителен, как говорил Правитель Хаадид.

— Чего ты у меня можешь просить, кроме жизни? — снисходительно спросил он.

— Я буду верно служить господину, если он, уходя из земли… вельдов, — старательно выговорил охотник ранее незнакомое слово, — возьмет меня с собой. Я хочу на родину. И если господин позволит мне унести с собой столько камней, таких, как он взял у меня, сколько я захочу. Вот и все. Если я смогу стать в Адья Тэрэк богатым и уважаемым человеком, — и его побитое в схватке лицо оживилось, — я готов рискнуть. Обмануть колдунью. А просто так — уж лучше убивайте.

Невдалеке за спиной Тая переминались его люди.

— В лагере договорим, поздно уже.

Далекий Человек отпустил свою тревогу. Он уже согласен, поверил.

— Уходим все! — дал команду Тай.

Люди зашевелились. Ак Ми Э еще крепче прижалась к ти-кою.

— Без своего ти-коя она не пойдет, господин.

Тай с недоумением посмотрел на охотника.

— Может, ты хочешь сказать, что я потащу его в лагерь?