По ту сторону смерти - Р. П. Пешков

что все действия он выполнял левой рукой, которая была в медицинской перчатке. Таким образом, это дало понять, что приходится иметь дело не с дилетантом.

После просмотра видео он позвонил своим помощникам, чтобы они опросили охранника и Травкина. К сожалению, Травкин не смог дать полезные показания. Зато охранник узнал человека с видео, сказав, что лично пропустил его на собеседование. Интересно, что вакансий в этот отдел нет. То есть, убийца действовал наугад. Можно сказать, что ему повезло оказаться в нужное время в нужном месте. Пропуск был выдан не по паспорту, а по СНИЛСу. К сожалению, его номер никто не запомнил, а формы, чтобы вписать его, не было. Видеокамера также не смогла увидеть цифры из-за недостаточной производительности.

Днем позже Полетаев позвонил Синицыну.

– Дорогой мой, я работал всю ночь, не покладая рук. И у меня есть отличная новость для тебя.

– Только не говори, что мне нужно ехать к тебе с коньяком или виски.

– Ну вот, начинается. Ты меня за кого принимаешь? Я простой бюджетник, который работает на благо государства. Стараюсь в меру своих возможностей, чтобы поднять Россию-матушку с колен.

– С помощью патологоанатомии.

– Ну, кто чем может.

– Ладно, говори, что там у тебя? Есть новости по вчерашнему трупу?

– Есть. Он мертв. Это однозначно.

– А немного подробностей? Почему он мертв?

–Его убили.

– Ты можешь сказать что-то, чего я не знаю? Реально раздражают эти игры с утра. У меня несколько глухарей и ни одной зацепки.

– Ладно, не кипятись, не буду тебя больше злить. В желудочно-кишечном тракте покойного было большое количество небольших медуз, которые называются Chironex fleckeri.

– Морская оса!

– Да, именно. Вижу, ты уже знаком с ней.

– Как она попала в его организм?

– Понятия не имею.

– Эти медузы могут обитать в пресной воде?

– В естественной среде нет. Возможно, они в ней могут находиться в течение какого-то времени, но я не могу сказать, как долго это возможно. Может, пару дней, но не больше.

– Этого достаточно. Какова причина смерти?

– Ожоги пищевода и гортани, несовместимые с жизнью.

– Понял. Благодарю. Жду официальный отчет на почту.

Последняя цель

Майор Синицын понимает, что убийца еще на один шаг приблизился к своей цели, но у него нет ничего, кроме подозреваемого. Да, он главный подозреваемый, но он достаточно умный, чтобы не допустить оплошности. Поэтому нужно искать. В Москве всего три места, где есть медуза Морская оса. Полицейский сразу исключил океанариум, в котором покупают медуз для «Bio Ingeniring». То есть, необходимо общаться только с представителями компаний, работающими с этими существами. Кто-то из их сотрудников, видимо, подложил медуз в стакан Иванова.

Синицын ждал, когда Травкин и Миронов придут к нему на допрос. Он попросил своего помощника Спицына допросить одного из них, чтобы потом сравнить показания. Сам Синицын разговаривал с Травкиным, Миронов достался лейтенанту.

Допрос проходил в специальной комнате, в которой велось видеонаблюдение. У майора была привычка просматривать потом запись, чтобы найти, что он мог пропустить во время беседы.

– Андрей Вениаминович, мне необходимо понимать, как медузы попали в стакан вашего подчиненного Иванова.

– Ума не приложу. Но он сам не мог покончить с собой

– Никто об этом и не говорит. Вы же знаете, что мы просматривали запись с камер видеонаблюдения. Заходил неизвестный мужчина.

– Извините, но я не в курсе событий. Знаю, что охранник почему-то пропустил человека без паспорта. Но за это он уже был наказан.

– Каким способом?

– Депримирование.

– Хорошо. Подождите несколько минут, я принесу запись, чтобы мы с вами вместе посмотрели, что же было в кабинете убитого.

Синицын удалился и вернулся через некоторое время уже с ноутбуком. Он сел напротив Травкина и включил видео. Они оба посмотрели файл, после чего Синицын спросил:

– Смотрите, этот человек выглядел довольно уверенно. Думаю, он не раз бывал у вас в офисе. Есть подозрения, кто это?

– У нас работает более 100 человек. К сожалению, я не знаю их в лицо. Не думаю, что это действующий сотрудник, раз ему выписывали временный пропуск. Вы уже общались с нашим охранником?

– Да. И не раз. Он ничего не смог внятного сказать. Для него это был обычный рабочий день, поэтому он не удосужился запомнить особые приметы человека.

– А в каких вы были отношениях с покойным?

– Что? Вы опять меня подозреваете?

– Я прорабатываю все версии. В каких вы были отношениях с ним?

– В хороших. Он же занимается развитием компании. Тем более, сейчас он нам очень важен, так как мы пытаемся выйти на мировой рынок.

– Пока не буду спрашивать каким образом, это не имеет отношения к делу. А скажите, кому достаются акции Иванова после его смерти?

– Вы же понимаете, что у нас закрытое акционерное общество.

Травкин почувствовал неловкость после этого вопроса. Заерзал на стуле, глаза его начали бегать, что не ушло от взгляда майора.

– Все акции после смерти акционера распределяются между другим членами Правления.

– А новый начальник отдела не войдет в ваше Правление?

– Для этого необходимо приобрести акции или получить их в подарок. Или сделать нечто особо важное, чтобы этому человеку выделили определенную долю акций.

– А как вы приобрели свои акции?

– Можно я не буду говорить об этом? Это не имеет никакого отношения к делу.

– Хорошо, но в будущем, если мне понадобится эта информация, надеюсь получить от вас откровенный ответ, не заставляя меня искать информацию у третьих лиц.

– Обещаю.

– Были враги у Иванова?

– В PR отделе точно нет. И в Правлении он пользовался уважением.

– Есть те, кого он недавно уволил?

– Нет. Мы стараемся выращивать настоящих профессионалов, поэтому пытаемся нанимать новичков, не увольняя их. А зарплаты у нас позволяют думать о долговременном сотрудничестве.

–То есть, у вас нет идей, кто мог бы убить вашего коллегу?

– Извините, но нет.

На месте преступления не удалось обнаружить отпечатков пальцев, поэтому можно сказать, что убийца снова перехитрил полицию, если не учитывать, что теперь известно его лицо. Правда, майор не предполагал, что это грим.

Отпустив Травкина, Синицын подошел к лейтенанту, который к тому времени уже закончил с Мироновым.

– Ну, что скажешь?

– К сожалению, он точно говорит правду. Его очень волнует репутация компании, поэтому для него важно, чтобы все соблюдали правила, установленные в лаборатории. А для этого у них сделано все необходимое. Наверное, я бы себя чувствовал, как в концлагере, если бы работал с там.

– Что такое?

– У них чрезмерные меры безопасности. Ко всем объектам можно пройти с использованием электронного пропуска. Да