Три вдовы из Гонконга - де Вилье Жерар

Малко не успел опомниться, как она взмахнула вилами над неподвижно лежащим телом «вдовы» и, ухнув словно лесоруб, изо всех сил всадила вилы в живот жертвы. Смертельно раненая китаянка издала дикий крик, разбившийся о толстые каменные стены. Три длинных зубца прошли сквозь тело «вдовы» сантиметров на двадцать, намертво пригвоздив ее к полу. Но Мине и этого было недостаточно. Она вырвала вилы из тела несчастной и вонзила их ниже, в половые органы «вдовы». Мина без устали колола свою жертву, словно уничтожая жалящих ядовитых насекомых. Умирающая китаянка извивалась как разрезанный на части земляной червь и испустила предсмертный стон.

Этот стон пронзенной насквозь женщины всю жизнь будет преследовать Малко...

Вконец обессиленная Мина в последний раз всадила вилы в бьющееся в судорогах тело «вдовы». Голова жертвы откинулась назад. Она агонизировала.

Только сейчас девушка заметила присутствие пораженного Малко, стоящего у дверей. Высоко подняв окровавленные вилы, Мина пошла прямо на принца.

– Пропустите меня, – приказала она, – или я пригвозжу вас к стене как эту шлюху.

Сомнений у Малко не было: она сделает это, не колеблясь. Оно в ужасе глянул на умирающую женщину и посторонился.

– Где Ченг Чанг? – глухо спросил Малко.

Мина стремительно прошла к двери.

– Там, – показала она в угол комнаты и выскочила на улицу.

Малко подошел к указанному месту.

На старых мешках вытянувшись лежал почти обнаженный мужчина. На его теле виднелись следы ужасных пыток. Выпавший, очевидно, после удара пальцем левый глаз свисал на щеку несчастного. Половые органы непомерно распухли под жестокими ударами палача.

Малко отвернулся, едва сдерживая тошноту. Специфический запах крови смешивался с грязной вонью, стоящей в комнате. Малко притронулся к лицу убитого: оно еще было теплым! Значит, Ченг Чанг был замучен одной из тигриц в то время, когда Малко находился в курильне!

Превозмогая отвращение, он перевернул тело. Кроме пропитанных кровью тряпок, под Чангом ничего не было. Китаец наверняка унес свою тайну в могилу! Но зачем они пытали его? Достаточно было просто убить Чанга, чтобы не дать ему возможности раскрыть свой секрет. Если, конечно, в убийстве не принимала участия Мина.

Не будь Малко только что свидетелем таких страшных пыток, он не мог бы поверить, что в молодой девушке столько жестокости...

Принц быстро осмотрел комнату и вышел на улицу. Он попытался восстановить в памяти все события. Вторая китаянка наверное выследила его. Побывав на ночном базаре во время стычки Малко с китайцами, она проследила за Миной, которая и привела ее на Тампл-стрит. Затем две женщины, должно быть, подрались у трупа Ченг Чанга.

Маленькие улочки Шатокока были в этот час уже опустевшими и тихими. Малко не менее получаса кружил по ним, пока наконец выбрался на трассу. Такси все еще оставалось на месте. Водитель дремал, положив голову на руль. Малко разбудил его и в изнеможении откинулся на заднее сиденье машины.

Теперь ему необходимо найти Мину!

Глава 14

Холи Тонг тяжело вздохнул. Вот уже два часа, как прекрасное тело Мины было отдано на растерзание его ненасытной сексуальности, но Холи никак не удавалось получить то удовольствие, которое он заранее предвкушал.

Холи провел рукой по груди девушки, но в ответ не последовало никакой реакции. У Тонга сложилось впечатление, что он гладит камень. Прикрыв глаза, Мина дышала так же ровно, как дышит ребенок во сне. Ни малейшая дрожь не пробегала по ее атласной коже, а лицо девушки сохраняло холод греческой статуи. Холи наклонился к ее уху, чтобы выразить свое желание. Не меняя выражения лица. Мина послушно изменила позу, обнаруживая высокое мастерство и терпение, безусловно заслуживающие награды. Выражаясь междометиями, Холи умело управлял своей партнершей, а та беспрекословно и в точности выполняла все его указания.

Мина снова приняла первоначальную позу, тогда как Холи пытался утихомирить рвавшееся наружу сердце. Тайной мечтой китайца было умереть в момент наивысшего удовлетворения его безудержных сексуальных потребностей. Сейчас Холи не боялся даже смерти. Впрочем, едва китаец успокоился, в нем снова возникло ощущение неудовлетворенности, неискренности, искусственности его любовных отношений хоть и с прекрасным, но все же роботом.

Пользуясь традиционными витиеватыми китайскими выражениями, Холи осведомился у Мины, сможет ли она проявить себя более эмоциональной и активной, если ему будет позволено употребить такие слова.

Это был вопрос, которого Мина ждала с той самой минуты, когда Холи Тонг прикоснулся к ней.

– Мне не нравится это место, – пренебрежительно бросила она и сделала глоток чая.

Они сейчас находились в одной из стеклянных кабинок «Ким-Холла», окруженные со всех сторон парочками, занимающимися тем же, что и они. Мина очень поздно вернулась из Шатокока в «Ким-Холл» и вынуждена была оправдываться, рассказывая всяческие небылицы «маме-сан», пообещавшей выбросить ее на улицу.

Возвращаясь из Шатокока на такси, Мина всю дорогу размышляла над тем, как ей поступить после убийства Ченг Чанга и второй «вдовы». Мина, работая на «красных», понимала, что у нее остается очень мало времени: когда ее поймают, расправа будет беспощадной, и то, что Мина сделала с раненым Ченг Чангом, чтобы заставить его заговорить, несравнимо с тем, что рискует получить она... «Красные» будут сдирать с нее кожу до тех пор, пока она не сойдет с ума! Это будет наказание в назидание остальным, пример для тех, кто не выполняет приказы...

Мине было совершенно необходимо найти надежное убежище и сделать это нужно очень быстро, до рассвета, иначе она будет загнана в ловушку. Именно поэтому Мина пошла в «Ким-Холл» в надежде встретить там Холи Тонга, часто посещающего это заведение. Если бы она решилась пойти к нему домой в столь поздний час и застала бы его дома, трусливый Холи Тонг мог просто не открыть дверь.

Придя в «Ким-Холл», Мина намеренно прошлась перед кабинкой, где Холи занимался любовью с другой девушкой. Китаец, конечно, тут же позвал Мину, которая дала понять, что если Холи захочет воспользоваться ее услугами, то она будет так любезна, что сполна проявит свою благосклонность... Холи поверил. Все это время Мина нетерпеливо ждала, когда он произнесет необходимые ей слова. И они наконец прозвучали:

– Почему бы нам не поехать ко мне?

Вилла Тонга – единственное место в Гонконге, где Мина в эту ночь могла быть в безопасности. Кроме того, ей нужно было поговорить с Холи.

Китаянка сделала вид, будто колеблется. Девушкам строжайше запрещалось ездить к своим клиентам домой, иначе «Ким-Холл» потерпел бы крах.

– Я скажу «маме-сан», что заболела, а ты жди меня в такси, – ответила наконец Мина совсем уже отчаявшемуся Холи Тонгу.

В этот момент китаянке уже было глубоко наплевать на «маму-сан»: если план удастся, ноги ее больше не будет в «Ким-Холле».

Мина вновь почувствовала опьяняющее возбуждение, заглушившее страх. Впервые в жизни она ощутила себя по-настоящему сильной. Убийство китайца и второй «вдовы» вывело ее из состояния постоянной униженности и тайного страха: Мина чувствовала себя неуязвимой.

Выждав время, она решительно направилась к «маме-сан».

Холи Тонг ждал Мину в такси. Во время поездки по пустынным улицам к дому Тонга, они не произнесли ни слова. Холи положил руку на колено Мины, и она милостиво позволила ему делать все, что он хотел...

Войдя в библиотеку. Холи страстно обнял Мину: за время, что они ехали к нему, его воображение разыгралось не на шутку. Однако Мина вдруг резко отстранилась от Тонга и со всего размаха влепила ему такую пощечину, что очки китайца пролетели через всю комнату. Это произошло так неожиданно, что Холи, открыв рот, застыл на месте. До сегодняшнего вечера Мина за несколько гонконговских долларов послушно подчинялась всем его сексуальным прихотям. В голове Холи на секунду промелькнула мысль, что своим поступком Мина намеревалась еще больше возбудить его, но выражение больших карих глаз китаянки тут же вывело Тонга из заблуждения: в них сквозила неприкрытая ненависть и отвращение.