Вечные каникулы - Скотт Киган Эндрюс

обязательно. — Он указал на свои руки и лицо. — Я как будто голый. А ты? Мы не в безопасности, братан. А надо быть в безопасности.

— Ага, наверн'.

— Так, давай пустим кровь скотинке, и тогда сможем расслабиться, а?

Старик, который и был субъектом этой банальной, но жуткой беседы, беспомощно хныкал. Первый человек подхватил его под руки и поднял, а второй подошёл к нему с мачете наперевес. Только в этот момент я чётко осознал, о чём они говорили.

Коричневая краска — это никакая не краска. Это кровь.

Человеческая кровь.

«Так. Ясно. Это не хорошие парни».

У меня появилось знакомое сосущее чувство, едва я осознал, что мне придётся вмешаться. Я повернулся к остальным и прошептал:

— Давайте за мной.

Затем я открыл дверь, заорал изо всех сил, и бросился на того, кто замахивался мачете.

Обычно я стараюсь избегать драк с людьми, особенно с совершенно безумными, заляпанными кровью, и с охуительными ножами, однако именно это я и собирался сделать, вооруженный лишь деталью унитаза.

На моей стороне была внезапность, а времени на то, чтобы отреагировать у моей цели было совсем немного. Я замахнулся крышкой бачка, вложив в удар весь импульс своего небольшого разбега, и со всех сил влепил ему в подбородок. Послышался громкий хруст, его ноги оторвались от пола, а голова шлёпнулась о стену коридора.

Его приятель злобно закричал, отбросил старика в сторону, поднял мачете и с угрожающим видом пошёл на меня. В этот момент позади него появился Уильямс, накинул душевой шланг ему на шею и поднял вверх. Они завалились на спину, сплетясь конечностями. К нему подбежал Петтс и плеснул в лицо отбеливатель.

Уильямс отполз в сторону, а мужчина обхватил руками лицо и заорал так, что его крик смог бы поднять мёртвых. Не успел я вырубить его своей верной крышкой от бачка, старик поднялся на ноги и уложил своего неудавшегося убийцу минимум на неделю.

На мгновение повисла тишина, пока мы вчетвером стояли и тяжело дышали, оглядывая двух мужчин, лежавших без сознания.

— Спасибо парни, — весело произнёс старик. — Но у меня всё было под контролем.

Мы уставились на него.

— Обучился кое-каким навыкам рукопашного боя в армии, — продолжал он. — Я просто ждал, пока он подойдёт по ближе, чтобы пнуть его прямо по шарам, перебросить через себя и дать дёру.

— Вы же плакали! — сказал я.

— Играл роль, понимаете ли.

Времени на всё это не было.

— Так, — сказал я. — Ладно. Хорошо. Нам пора бежать, если вы не против. Так что вы нас не видели, ладно?

Он постучал себя по носу и прищурился.

— Погорячились вы тут, парни. Я позабочусь об этих двоих. — Он наклонился и поднял мачете. — Не пользовался такими штуками с Бирмы, — с наслаждением произнёс он.

Мы побежали.

До первого этажа мы добрались, никого не встретив. Мы слышали, как во дворе кто-то выступал с речью, но мне не хотелось тут оставаться, поэтому Уильямс провёл нас через кухни к черному ходу.

— Выйдем тут и окажемся позади здания, — сказал он нам. — Там есть сад, скрытый от дороги высокой изгородью. Затем через дорогу, по полю и в лес. Там мы должны быть в безопасности.

Я открыл дверь. Охраны нет. Мы побежали изо всех сил, Уильямс впереди, до тех пор, пока не оказались в укрытом саду, и побежали вдоль двора. По-прежнему никого вокруг. Все находились по другую сторону изгороди, слушали, как кто-то ругался. Мы находились посреди сада, когда услышали поистине душераздирающий крик. Без толку; я должен был посмотреть, что происходит. Я подбежал к изгороди и выглянул из-за неё.

Лучше бы я этого не делал.

Люди с мачете окружили захваченных горожан, но всё внимание было сосредоточено на эшафоте. Петля лежала на досках, веревка обвисла. В объятиях двух здоровых обнажённых охранников билась женщина средних лет, но она была связана по рукам и ногам, и шансов вырваться у неё не было. Один из голых мужчин просунул её ноги в петлю, а другой потянул веревку. Она повисла в воздухе кверху ногами.

Человек в полосатом костюме, который также стоял на эшафоте — вероятно, это и есть главарь группировки Дэвид — вышел вперед и начал раздеваться, методично складывая одежду в сторону. Последней он снял шляпу-котелок, которую положил поверх стопки одежды. Он стоял на месте, всё его тело было измазано подсохшей кровью. Он расставил руки в стороны и обратился к толпе.

— В фонтане жизни воскресну я, — произнёс он.

Люди с мачете в унисон ответили:

— Спаси нас.

Судя по призыву и ответу, складывалось впечатление, будто католическая месса пошла как-то не так.

— Кровью агнца омою я себя.

— Спаси нас.

— Из источника чумы придёт наше спасение.

— Спаси нас.

— Жизнь за жизнь. Кровь за кровь.

— Спаси нас.

Он повернулся, нежно обхватил голову женщины и поцеловал её в губы.

— Благодарю тебя за подарок, — произнёс он.

Затем её подняли на максимальную длину веревки. Дэвид стоял прямо под ней. Один из его приспешников выступил вперед, легко и безо всяческих эмоций достал мачете, и перерезал женщине горло.

Её свежая кровь полилась на Дэвида, толпа завопила, а его приспешники хором завыли:

— Спаси! Спаси! Спаси!

Внезапно Мак перестал казаться мне таким уж плохим парнем.

Я с отвращением отвернулся, увидел Петтса с белым от шока лицом, блюющего Уильямса и очень крупного мужика с мачете в руках.

Я без раздумий выбросил вперед кулак, но он качнулся назад и моя рука ударила воздух. Он подался вперед и ударил, целясь мачете мне в плечо. Я дернулся влево и металлическое лезвие мачете пролетело в миллиметре от моего уха. Я споткнулся, больная нога тут же предала меня. Я упал на землю и попытался перекатиться.

Я не большой специалист по рукопашному бою. С оружием я справляюсь, без проблем. Могу даже пользоваться крышками от унитазов. Но в непосредственной драке, особенно, когда я безоружен, а против меня мужик с заточенной железкой, специально предназначенной резать людей на куски, я не очень силён.

Моя неуклюжая попытка кувыркаться, похоже, спасла мне жизнь. Человек замахнулся мачете со скоростью света, вспоров воздух в том месте, где мог бы находиться я, если бы рука не соскользнула и я не покатился вперед.

Петтс классическим регбийным приёмом врезался ему в бок. Человек качнулся в сторону, но не упал, и ударил Петтса рукояткой мачете прямо по шее, и тот упал, как