Куколка - Ирина Леонидовна Воробей

коллеге. Ловкости в драке Дэну было не занимать. Все его движения были отточены, судя по всему, многоразовой практикой, а удары приносили «жилетикам» острую боль, будто вместо костей в кулаке у него крылось железо. Он одной рукой поднял первого и откинул его назад. Вадим переключился на второго, сев ему на живот и стал бить обоими кулаками в лицо, грудь, шею, в общем, куда попало. Дэн одним ударом ноги с разворота оставил первого «жилетика» без сознания. Татьяна, поддерживая голову Муравьевой своим животом, за подмышки вытаскивала ее из автомобиля прямо на землю, потому что нормально поднять ее она не могла. Бармены быстро раскидали похитителей и усадили их на тротуар возле машины. На улице уже образовалась небольшая толпа из оставшихся посетителей бара.

– Ментов только не вызывайте, – говорил один из «клетчатых жилетиков», вытирая кровь с лица. – Мы ей снотворное подсыпали. Самое обычное, безвредное. Сама проснется через пару часов. Нам ее подруга заплатила. Даша. Сказала, просто прикольнуться хочет. Мы фотосессию с ней должны были устроить. Ну, знаете, интимную… Даша должна была фотать. Мы как бы ничего не собирались с ней делать! Вы что! Мы не маньяки какие-нибудь.

Татьяна невольно ахнула, узнав правду, и прикрыла рот рукой. Так и замерла. Дэн сплюнул кровь. Вадим едва сдерживал омерзение, слушая его и морщась.

– Она дала нам адрес студии, куда мы должны были ее привезти. Вот бумажка. Она написала.

Он достал из кармана жилета мятый клочок клетчатой бумаги, капнув на него небольшую кляксу крови. Татьяна взяла бумажку и прочитала. Там действительно был написан адрес и указано время, к которому следовало привезти Муравьеву. Почерк Татьяна сразу узнала.

– Это Даша, – выдала свое заключение девушка.

Парни опустили плечи.

– Дебилы, сами не поняли, что херь какую-то творите? – с отвращением спросил Вадим.

– Ну, мы бабло поднять хотели. Главное, без криминала.

– Похищение человека – это преступление.

– Да мы ее не похищали. Мы ее только отвезти должны были. Даша, типа, за фотиком поехала.

Все лицо парня уже было в крови. Он сплюнул кровавую слюну на землю. Второй сидел с поникшей головой, такой же побитый и пристыженный, а третий вовсе валялся без сознания, распластавшись на асфальте в позе звездочки. Они все были невысокие, но плотные, спортивные и ухоженные, с явно сделанным профессионалом маникюром. На отъявленных киднэпперов они совсем не походили. Возраста были студенческого. По говору – не местные.

– Че делать будем? – спросил Вадим у Татьяны.

Та все еще пребывала в небольшом шоке от случившегося. Все происходило как в каком-нибудь дешевом НТВ-шном сериале. Муравьева лежала без сознания, холодная, бледная, прямо на земле. Татьяна только сейчас подумала о ней.

– Давайте, ее сначала отнесем куда-нибудь в теплое место.

– А с этими? – спросил Дэн. – Убегут же.

В похитителях уже проснулась надежда.

– Да хер с ними! – в отчаянии махнула рукой Татьяна. И это, кажется, был первый случай, когда она позволила себе употребить нецензурное слово. Вадим при этом улыбнулся.

Парни не стали ей перечить, хотя оба с презрением взглянули на неудавшихся преступников, но молча подняли Муравьеву и понесли в бар. Толпа из оставшихся посетителей расступилась перед ними. Бессознательную девушку положили на диван, на котором еще час назад сидели подруги Татьяны в обнимку с похитителями. В окно было видно, как двое впопыхах запихивают третьего в машину и уезжают в неизвестном направлении.

– А с ней точно все хорошо? – поинтересовалась девушка.

– Ну, спит, как младенец. Если это обычное снотворное, то проснется здоровой и невредимой, – ответил Дэн, а потом усмехнулся и добавил. – Через двое суток.

Татьяна вытаращила на него глаза. Она впервые оказалась в такой ситуации. И все еще пребывала в шоке, поэтому не чувствовала в себе ни паники, ни страха, а только недоумение.

– Надо ждать, когда проснется, – сказал Вадим и сел на еще не убранный стол, пододвинув почти пустые бокалы и недопитую бутылку вина.

Татьяна подошла поближе к Муравьевой, чтобы получше рассмотреть ее безмятежное лицо в попытке найти признаки пробуждения.

– Ей надо где-то отоспаться. Ты можешь ее взять с собой? – Вадим обратился к девушке.

– Домой?! Нет, ты что. Отец не поймет. И он ее тоже не любит.

Это «тоже» покоробило Вадима. Он вздохнул.

– Ну, не здесь же ее бросать.

– А ты?

Татьяна с мольбой посмотрела на Вадима. Тот отрицательно закачал головой.

– Неет, – протянул он. – По-твоему, у меня что, постоялый двор для пьяных девиц?

– Но я не знаю, куда еще ее девать.

– А родители у нее есть? Муж? Дети?

– Родители в другом городе. А парня я ее не знаю.

– Да блядь, – раздосадовался Вадим.

Дэн захихикал.

– Я тебе сразу сказал, что ты попал, брат.

Вадим грозно на него посмотрел и снова выругался. Татьяна сделала по-кошачьи жалостливые глаза. Парень долго в них смотрел и все-таки растаял.

– Ладно, тогда ты тоже поедешь ко мне.

– Что?! Зачем? Ты же знаешь моего отца!

– А что мне с ней делать, когда она проснется? Она обвинит меня в похищении. А тут хотя бы ты будешь. Тебе она поверит.

Дэн переводил веселый взгляд с друга на Татьяну и обратно. Девушка снова вся вжалась в себя, как черепаха в панцирь. Только панциря у нее не было и защищать ее было нечему.

– Ну, у тебя только два варианта. Решай, кого твой отец не любит больше, меня или ее.

– Ладно, поехали к тебе, – выдохнула Татьяна, вспомнив, что Даша все равно их видела вместе и почти наверняка расскажет все отцу.

Вадим округлил и без того очень круглые глаза. Дэн выдавил смешок.

Ребятам было нужно закрыть бар, который уже опустел полностью, все прибрать и посчитать кассу. Татьяна помогла им в зале: перетаскала вместе с ними в мойку грязную посуду, протерла влажной тряпкой столы и даже подмела пол. Муравьева продолжала лежать без сознания на диване у окна. Рот ее был смешно приоткрыт, шея чуть вывернута, голова запрокинута. Когда Татьяна подметала пол возле нее, к ней с совком подошел Вадим и, с ухмылкой глядя на Муравьеву, предложил разукрасить ей лицо ягодным сиропом. Это было совершенно по-детски безобидно и так же глупо, что Татьяна чуть было не согласилась. Муравьева и правда смешно спала, так безмятежно и так глубоко, что, казалось, даже удара кулаком в лицо не почувствовала бы. Через полминуты подбежал Дэн с початой бутылкой красной вязкой жидкости. Они явно намеревались осуществить свой коварный замысел, но Татьяна снова спасла Муравьеву от шаловливых рук, уже второй раз за ночь.

Закончив все дела, они вызвали такси.