Ложь - Петра Хаммесфар

Затем она осмотрела содержимое второго выдвижного ящика шкафа. Списка с номерами телефонов Сюзанна не нашла, но в самой глубине, среди всяких ненужных мелочей, наткнулась на конверт, залитый темной жидкостью. Адрес получателя был неразборчив. Можно было разобрать только имя отправителя, которым была Надя, почтовый штемпель, поставленный в августе позапрошлого года в Кельне, и штемпель, поставленный поверх другого: «Retour à l'Expéditeur».[6]

Конверт был вскрыт, внутри находилось два листа бумаги, сильно поврежденные темной жидкостью. Текст был написан от руки и, к сожалению, на французском языке. Обращение можно было разобрать: «Jacques, mon chéri».[7] Сюзанна решила, что это интимное письмо к любовнику. Не факт, что темноволосый мужчина в аэропорту был единственным, с которым Надя обманывала мужа. То, что письмо пришло обратно, могло означать только одно: mon chéri отказался отвечать, другими словами – порвал с Надей.

Взяв письмо, Сюзанна отправилась в кабинет. Компьютер давно уже находился в режиме ожидания, но достаточно было нажать на клавишу пробела, чтобы активировать текстовую программу. Слова, которые можно было разобрать в тексте письма, Сюзанна перепечатала. Все уместилось на одной странице, которую Сюзанна и распечатала.

Прежде чем продолжить поиски телефонного номера лаборатории, Сюзанна приготовила себе поесть, как обычно, разогрев одно из готовых блюд. Тарелку с едой она взяла с собой в кабинет. Надеясь обнаружить список адресов, она пролистывала бесчисленное количество файлов. Она распечатала те из них, которые были похожи на документы, а также то, девятое письмо от Филиппа Харденберга. Получателя звали Марингер, и на порванном листке его имя стояло напротив самой маленькой суммы. Остальные распечатки Сюзанны представляли собой отчеты по различным, в большинстве своем иностранным фирмам, чье развитие оценивалось весьма положительно. Три письма, посланные ей Надей, Сюзанна так и не нашла.

После того, как набралось примерно двести напечатанных листов, бумага в принтере закончилась. Сюзанна достала из выдвижного ящика письменного стола большой конверт, надписала собственный адрес, вложила внутрь всю кипу распечаток, маленькую кассету с копией разговора, записанного на диктофон, и, поддавшись желанию поиронизировать, в графе «Отправитель» написала «Дитер Ласко». Почтовых марок Сюзанна не нашла, пришлось написать «почтовую пошлину платит получатель». Бумаги было столько, что конверт невозможно было положить в сумочку или каким-нибудь другим образом незаметно взять с собой.

Затем Сюзанна взяла мобильный телефон и набрала телефонный номер отеля в Люксембурге, решив узнать имя темноволосого мужчины, которого она видела в аэропорту. На другом конце провода молодой женский голос на отличном немецком языке объяснил, что фрау Ласко уже выписалась. Сюзанна спросила о спутнике фрау Ласко, уверяя, что речь идет о крайне срочном деловом вопросе. Дежурный администратор ничего не знала о сопровождающем фрау Ласко мужчине. Она сообщила, что у их клиентки был одноместный номер. Такая предосторожность для женатого мужчины, находящегося в деловой поездке, не показалась Сюзанне удивительной. Но хотя дама была крайне любезна, она тем не менее не согласилась сообщить Сюзанне фамилии постояльцев мужского пола из соседних одноместных номеров, несмотря на всю срочность дела. А жаль.

Когда часов около трех Михаэль вернулся домой, Сюзанна все еще просматривала списки в надежде обнаружить личное письмо или иную важную улику, при помощи которой она могла бы открыть глаза Надиному мужу. Окно кабинета пришлось открыть, потому что из-за работающего принтера по кабинету распространился странный запах. Когда Сюзанна с улицы услышала шум мотора машины, курсор, управляемый мышкой, остановился на каком-то файле, о содержании которого могла знать только Надя. Для Сюзанны это была последняя попытка. Она еще раз нажала на клавишу ввода и, пока ворота гаража поднимались, стала рассматривать меняющиеся сообщения на мониторе.

Мелькание прекратилось, на мониторе появилось изображение одной карточки из громадной картотеки, с именем, адресом и номером телефона. Не важно, что это была карточка доктора медицинских наук Петера Ройша. За карточкой врача друг за другом располагались другие, Сюзанне была видна верхняя строка каждой карточки. Сюзанна стала быстро их пролистывать, пока не обнаружила карточку Жака. Внизу хлопнула дверь, соединяющая прихожую с гаражом. На карточке не было фамилии Жака, зато был напечатан его адрес в Женеве и номер мобильного телефона, который Сюзанна быстро переписала. Еще несколько щелчков мышкой. Она обнаружила карточку Филиппа. Но на любезного работодателя Нади Сюзанне было наплевать. Внизу раздался голос Михаэля:

– Ты наверху, милая?

«Милая»! Дитер в начале их брака несколько раз называл ее зайкой, но только в интимные моменты. Обычно же он обращался к ней по имени. И обращение «милая» сейчас предназначалось не ей, хотя при этих словах сердце Сюзанны учащенно забилось. Михаэль поднимался по лестнице.

– Да, – крикнула она, засунула записку с номером мобильного телефона в еще открытый конверт, закрыла файл с карточками на мониторе, поменяла списки каталогов, захотела зайти обратно в текстовую программу, но в спешке промахнулась и двойным щелчком мышки запустила какую-то другую программу.

Михаэль появился в дверях. Под его взглядом вся ее ярость внезапно испарилась. Сюзанна неожиданно поняла, что ничего не выиграет, если расскажет, кто она на самом деле и что здесь делает. Как он отнесется к незнакомой женщине, которая обманом пыталась извлечь для себя выгоду?

– Полное дерьмо, – сказал он и подошел ближе. – Это действительно оказался вирус. Кеммерлинг просто убит. Вчера, через полчаса после того, как я ушел, случилась катастрофа. Все данные на диске стерлись.

Он беспомощно улыбнулся.

Плотно набитый конверт, адресованный Сюзанне Ласко, она положила на письменный стол. Михаэль бегло взглянул на него, склонился к Сюзанне и поцеловал ее.

– Хорошо, что ты тогда не разрешила воспользоваться твоим компьютером. – Затем он посмотрел на монитор. – Ты должна сделать еще что-то важное?

Сюзанна бросила взгляд на монитор. На нем высветились окошки, которые Надя предложила ей для развлечения. Только сейчас все они были заполнены данными. В первой строке она прочитала «Коглер». Далее следовали даты, цифры, буквенные сокращения. В верхнем краю окошка было имя файла – «НТК». Сюзанна улыбнулась Михаэлю:

– Нет, на сегодня хватит, иначе у меня голова треснет.

Он попытался изобразить на лице сочувствие:

– Снова головная боль?

– Ужасная, – ответила она. – Ты сможешь мне чем-нибудь помочь?

– В этом я почти уверен.

Рука Михаэля легла на ее затылок, чуть надавив на него, скользнула по плечу и на секунду задержалась на груди, несколько более полной, чем грудь Нади. Но на глаз эту разницу не определить, тут нужно мягкое, нежное прикосновение рук.

Грудь Сюзанны нравилась Надиному мужу. Еще ему нравилось, что Сюзанна не курила. Он оглядел поверхность письменного стола. Очевидно, Михаэль обратил внимание на то, что на столе не было пепельницы.

– Ты все еще держишься?

Она сразу догадалась, что он имел в виду, и, взглянув на него, ответила:

– Да, конечно.

– Ничего себе! – изумился Михаэль. – Это настоящий рекорд – ты продержалась уже полтора дня! Придумала какой-нибудь особенный прием?

Сюзанна покачала головой. Он стащил ее со стула и заключил в объятия.

– Тогда мы можем позволить себе что-нибудь приятное.

В этот раз поцелуй длился целую вечность. Ее юбка упала на пол, блузка соскользнула с плеч. Когда она осталась в одном нижнем белье, он предложил:

– Давай проплывем один круг.

– Что-то не хочется, – пробормотала она.

– Пойдем. Обещаю, что тебе захочется.

Он тянул ее к двери.

– Тебе ведь нравится подводный массаж, правда?

– Нет. – Она упиралась. – Я не хочу в воду.

Сюзанне не пришло в голову ничего более удачного, как аргументировать свой отказ тем, что ей не хочется портить макияж и прическу.

Он смирился:

– Ну хорошо, тогда я сварю нам кофе. Мы перекусим, а потом, на суше, я займусь твоей головной болью. Согласна?

Она облегченно кивнула. Он отпустил ее и вышел из комнаты. Она уверенно убрала с экрана файл «НТК» и выключила компьютер. Затем быстро оделась и поспешила вниз.

На кухне уже шумела кофеварка. Посуду Михаэль отнес в комнату с камином, а сейчас стоял перед одним из кухонных столов и распаковывал печенье.

– Как ты смотришь на то, если мы на несколько дней отправимся в путешествие? – спросил он. – У Кеммерлинга лодка в Вальхерене. Если я его попрошу, он наверняка не откажет.