Граф Мечников - Сахаров Василий Иванович

Не спеша я ходил по своему новому дому. Осматривал каждую комнату, одобрял работу строителей, давал советы и рекомендации по отделке того или иного помещения и всячески расхваливал довольных моим вниманием к их труду жён. Затем я привёл себя в порядок, и состоялся обед в семейном кругу с моими расспросами о жизни и поведении детей, с комплиментами моим красавицам. Время провели просто замечательно! Серьёзных тем старались не касаться, и благодаря этому всего за час я так отдохнул душой, что разом сбросил всё напряжение, которое скопилось за время похода на Балтику.

Однако сколь ни продлевай приятные моменты, рано или поздно они заканчиваются. До вечера ещё несколько часов, а меня не было в форте два месяца. И не обо всём происходящем в моих владениях я мог узнать через разумных псов или радиосвязь. Поэтому, дабы завтра день не был похерен, уже сегодня надо разобраться с самыми срочными делами и переговорить с командиром ВМБ «Гибралтар» Александром Семёновым.

Покинув виллу, я двинулся по территории форта. Ко мне тут же присоединились Крепыш, Панкратов и бывший совладелец краснодарского Нефтемаша Зубков.

Все вместе мы прошлись по стройке. Я проинспектировал работы по расчистке портовых развалин, посмотрел на временные жилища для наших людей и укрепления по периметру форта. И то, что я видел, мне нравилось. Объём работ был проделан большой, а с прибытием людей с Балтики темпы строительства существенно возрастут, и уже к зиме мы будем под крышами и за оборонительными стенами. Дела идут хорошо, и конечно же я не мог не похвалить Зубкова, который завязал с пьянками и вспомнил, что он управленец каких поискать. При этом ясно, что, если бы за спиной Ярослава Петровича не стоял постоянный надсмотрщик в лице Крепыша, он бы сорвался. А так, пока он под присмотром, инженер делает свою работу на совесть, жизнью вполне доволен и подсчитывает золото, которое по окончании трёхлетнего контракта увезёт на родину. Пусть мечтает, мы его здесь оженим, и останется он в форте на постоянной основе.

Потом мы посетили склады, и Панкратов показал добытое за минувшие месяцы на мародёрках добро. Ничего такого, чтобы сильно привлекло моё внимания, я не заметил. В основном у кладовщика скопились самые разные образцы древнего стрелкового оружия, позеленевшие от времени боеприпасы, некоторое количество электроники и немного золотых и серебряных украшений. Невелика добыча, но это не оттого, что места здесь для поиска бедные, а по той причине, что рота Крепыша и ГОП занимались охраной форта, обустройством огневых позиций и разведывательными рейдами по району. Следовательно, времени на поиск у них не было. Ну ничего, сейчас сил у нас прибавилось. Рота Серого возьмёт на себя охрану Передового. Сицилийцы Джузеппе Патти начнут закрепляться в развалинах деревушек вокруг бывшего Ла-Ферроля. А воины Крепыша, полсотни питерских поисковиков-повольников и десяток местных парней начнут настоящую работу по добыче трофеев. То-то будет дело!

Со складов вместе со своим лейтенантом я двинулся на командный пункт форта, всё так же расположенный в здании военно-морского училища. И когда мы остались с Крепышом вдвоём, я сказал:

– Хвались, братка.

Крепыш раскинул карту Ла-Ферроля с окрестностями и начал доклад:

– Мне хвалиться особо нечем. Что-то кардинальное сделать просто-напросто сил не хватало. Хотя разведку проводил и обследовал весь участок побережья до гор Ксистраль на востоке и развалин городка Карбалло за Ла-Коруньей на западе. Все места старых заводов, фабрик и складов отмечены на картах автономного сообщества Галисия.

Посмотрев на карту и представив, сколько воинам Крепыша пришлось пройти, я уважительно произнёс:

– Серьёзная работа проделана. Альмугавар вам помогал?

– Кстати, насчёт него. Мужик хваткий и помощь оказывает огромнейшую. Местность вокруг знает превосходно, и на мотопараплане своём чудеса творит. Чуть погода спокойная, он уже в небесах, окрестности патрулирует и ведёт разведку местности.

– Значит, мотопараплан – вещь хорошая?

– Ещё бы! Нам бы таких десяток, и жизнь себе конкретно облегчим. Мечник, может, есть возможность этот вопрос как-то через Краснодар решить?

– Попробовать можно. В этом летательном аппарате ничего сложного нет. Главное – парашют пошить особым кроем и движок к нему приспособить надёжный, а мелочи всякие мы в своих мастерских прекрасно сделаем. И здесь даже не надо Ерёменко беспокоить или ещё кого из начальства. Дам инструкции Калуге. Он закажет всё, что потребуется, на столичных предприятиях, и при первом удобном случае мы получим части мотопараплана.

– Хорошо бы.

– Что по опорным пунктам в городе и вокруг?

Крепыш снова сосредоточился на карте и карандашом стал отмечать места будущих наблюдательных пунктов и острогов:

– На выходе из бухты Ла-Ферроль, в самом узком её месте, были две маленькие деревушки: Сан-Фелипе и Ла-Пальма. Там необходимо поставить миномётные батареи и посадить по взводу сицилийцев.

– Так, продолжай.

– Вокруг самой бухты ещё четыре деревеньки. В случае, если противник нас обойдёт, дикари местные или кто-то из океанских просторов на берег десантируется, с них можно вести обстрел порта и наших кораблей. Значит, придётся держать эти развалины под наблюдением. Это ещё полтора взвода, половина – сицилийцы, другая половина – местные испанцы. И в каждом таком месте надо по крепкому доту поставить.

– Одобряю.

– Теперь сам город. Он слишком большой, весь его не удержать, и на развалинах много ключевых точек. Пока я вёл патрулирование основных проспектов Кастела и Тринчейра и держал дозоры в самых высоких сохранившихся зданиях. Теперь предлагаю оборудовать стационарные наблюдательные посты. Места для этого следующие: выезды из города по автострадам N-651, AC-116, AP-9, гостиница «Ферроль», отель «Валенсия» и площадь Эль-Каудильо. На большее сил не хватит.

– Неплохо всё разметил, – согласился я с лейтенантом. – Однако есть один минус.

– Какой? – покраснел Крепыш.

Было заметно, что своей работой он доволен и, видимо, посчитал, что где-то допустил промашку. Но моё замечание касалась не обороны.

– Братка, я тебя инструктировал насчёт того, что мы пришли в эти края навсегда?

– Да. – Лейтенант согласно мотнул головой.

– Тогда что это за чепуха с местными названиями? Пора всё под себя переделывать.

– А как?

– Просто. – Взяв из рук Крепыша карандаш, я начал черкать по карте. – Была площадь Эль-Каудильо, стала имени Николая Симакова. Деревушка Сан-Фелипе отныне зовётся Выселки. Ла-Пальма будет Новосёлово. В общем, в таком вот духе. До чего дотянулись и под контроль взяли, сразу переименовываем, а то привыкнем к чужому, так оно и останется. Понял?

– Понял. Это единственное замечание?

– Да, больше пока не имеется.

– Ху-х! – выдохнул лейтенант. – Я уж думал, что-то серьёзное…

– А это не шутки, братка. Я серьёзен, как никогда. Именно из таких мелочей, как переделка всего местного житья-бытья и названий посёлков, и состоит успех нашей колонизаторской миссии. Пострелять всех врагов и удержать форпост мы сможем, но помимо этого надо врасти в землю корнями. Представь, проходят годы, а ты своим внукам рассказываешь, как оборонял деревню Мугардос, и они тебя не понимают. А когда речь идёт о Новокубанске, рассказ воспринимается конкретно. Вот к чему надо стремиться самим и испанцев с остальными подстраивать.

– Уяснил.

– Вот и ладно. Теперь давай перейдём к приоритетным целям. Где можно хороший хабар добыть?

– А нам это к спеху?

– Да. Семёнов вчера сообщал, что средиземноморцы между собой собираются мирные переговоры провести, и если они договорятся о прекращении огня и разделе территорий, то «Аделаида» вернётся на родину. Попутно и мы своё добро переправим. Времени немного, есть месяц, так что давай думать.

– Ну-у-у… – почесав затылок, протянул Крепыш. – Сведения от местных жителей я собирал, как ты приказал. И вариантов имеется много, а вот какой лучше, сказать сложно. Дай время, я свои записи переворошу, карты посмотрю и тогда ответ дам.