По воле судьбы - Наталья Бульба

Надеюсь, так оно и будет. И для нас тоже.

Серый туман рассеялся, и мы оказались в окрестностях Тургира, столицы земель демонов. А вокруг пара дюжин воинов внушительного размера. Хорошо еще, сам ар-принц, который ступил на родную землю, опередив остальных, на их фоне не терялся.

– Ваше высочество, – сделал шаг вперед старший, на рукаве у которого черную ткань прочерчивали три серебряные полосы – знак командира малого отряда стражи, – повелитель приказал встретить вас вместе со спутниками и проводить во дворец.

Все как всегда!

Однажды я спросил у демона, откуда его отец наперед знает то, чего сами участники будущих событий еще даже не предполагают, и услышал поразивший меня ответ. По словам Ингвара, главный в их семействе пообещал передать власть тому из сыновей, кто догадается, как ему это удается.

Похоже, задачка не отличалась простотой, раз правил до сих пор он сам.

Пока я отвлекся на свои мысли, не расслышал, что ответил младшенький принц. Но успел вскочить на лошадь до того, как кавалькада тронулась в сторону виднеющихся неподалеку крепостных стен, окружавших город.

Тракт находился неподалеку, так что уже довольно скоро копыта лошадей весело цокали по выложенной каменными плитами дороге. Сам я здесь раньше не бывал, но те, кому это довелось, рассказывали, что именно так вымощены все пять дорог, ведущих к столице. И только через полдня пути они становились похожими на те, что радовали путников в человеческих землях.

Ехать в сопровождении, которое подчеркивало наш статус желанных гостей, оказалось очень удобно. По звуку рожка повозки и телеги, снующие в обе стороны, съезжали на песчаную обочину, ширина которой вполне позволяла им там останавливаться, и дожидались, пока мы не проедем мимо. Пеших до самых ворот я не заметил.

Подтверждались слова Дамира, рассказывавшего мне, что достаток у демонов позволял даже самому бедному из них купить и прокормить хотя бы одну лошадь. Да и определить статус жителей помогала не столько одежда (она была одинаково добротной и весьма скромной), а мелькавшие кое-где драгуры. Вот их стоимость была такова, что вполне могла служить признаком состоятельности.

Стража на въезде в город, завидев бьющийся под порывами довольно резкого ветра вымпел рода Аст’Харов, к которому принадлежал мой друг, окриками, слышными издалека, разогнала страждущих попасть за ворота, освобождая нам проезд. А когда мы приблизились настолько, что я мог уже разглядеть их лица, застыла, приветствуя младшего сына своего повелителя.

Пока мы ехали по улицам сначала нижнего, а затем и верхнего города, меня поражала не только их чистота, но и то, с какой любовью и выдумкой относились его жители к своим домам. Замысловатая архитектура, яркие краски, высаженные вокруг деревья, лианы, которые ползли по стенам, украшая их узором из ярких зеленых листьев и цветов удивительной расцветки, – все это выглядело одновременно и необычно и очень привлекательно. Наша столица смотрелась намного строже и довольно четко делилась на богатые и бедные районы.

Еще бросалось в глаза, что большинство женщин были одеты в мужское платье, украшенное перевязью с оружием. Впрочем, об этом я тоже знал. Многие демонессы становились воинами и, даже выходя замуж, продолжали нести службу, покидая ее только на время беременности и пока кормили ребенка грудью.

Потому с этой расой предпочитали не связываться: в случае нужды на защиту своей земли поднимались все – начиная с детей, которые уже к десяти годам неплохо владели мечом, и заканчивая стариками, мечтающими встретиться со смертью не лежа в постели, а в азарте боя.

Мы поднимались все выше и выше – город словно спиралью наползал на высокий холм, на плоской вершине которого как раз и находился замок повелителя.

Тот мог бы показаться мрачным – везде, куда ни кинь взор, темно-серый камень, тяжелые башни, устремленные к прозрачно-голубому небу с редкими белесыми разводами, мощные стены, двумя рядами опоясывающие личные владения повелителя, но выглядел при этом столь лаконично, что напоминал готового к бою воина. Впрочем, так оно и было. Еще ни разу врагу не довелось попасть во внутренний двор.

Несмотря на сопровождение и присутствие с нами ар-принца, у внешних ворот пришлось задержаться. Вторые ворота – и очередная задержка. И пусть это нервирует, но каждый из нас понимает, что подобная предосторожность оправдывает себя, когда речь заходит о безопасности правителя. И демоны знают об этом едва ли не лучше многих других. Богатство их земель всегда привлекало желающих ими воспользоваться.

В замок повелителя мы попали, выдержав еще несколько проверок, и были вознаграждены за терпение возможностью насладиться великолепием его интерьера. Не зря же о старшем Аст’Харе говорили как о тонком ценителе прекрасного. Только здесь кроме земель негостеприимных эльфов можно было увидеть тончайшую вышивку серебряными и золотыми нитями, украшавшую шелковые портьеры в залах, наполненных разноцветным сиянием лучей полуденного солнца, которые проникали сквозь витражные окна. Или подивиться фантазии создававших гобелены мастериц: ткани висели в небольших альковах, во множестве встречавшихся на нашем пути к кабинету повелителя.

Внешняя расслабленность охраны у дверей никого из нас не ввела в заблуждение. Это были не просто воины, а едва ли не самые лучшие из тех, кого мне довелось в своей жизни встречать. Если не считать, конечно, Ингвара и трех его друзей, которых ар-принц отправил на помощь в крепость Арансон-Хар.

Нас вежливо, но без малейшей возможности отказаться попросили оставить все оружие на специальных подставках, установленных в небольшой нише в стене. Достаточно далеко от самого кабинета, чтобы успеть им воспользоваться. И только после этого позволили войти в самое охраняемое в этом дворце помещение.

Заинтересоваться убранством комнаты, в которой мы оказались, я не успел. Из-за массивного стола темного дерева нам навстречу поднялся демон. И, судя по тому как почтительно склонил перед ним голову Ингвар, это и был тот, кто должен был рассказать нам о степняках.

Тиана

Когда мы вышли из перехода, серая тень разродившейся дождем тучи уже уползла дальше в долину. В лучах показавшегося яркого полуденного солнца замершие в безветрии на траве и листьях деревьев капли смотрелись россыпью алмазов на зеленом покрывале.

Виднеющиеся вдали горы напоминали небрежные мазки художника, который на голубом холсте смешал все оттенки зеленого с грязно-серым. Но особенно удались ему зубчатые линии гор. Ослепительно белые, меняющие свой контур, когда выползшее из-за гряды облако тенью набегало на покрытые снегом вершины.