Младший сын князя. Том 2 (СИ) - Андрей Юрьевич Ткачев

Как нетрудно догадаться, единственный транспорт, который смог бы справиться с такими жёсткими условиями севера, стала «Черепаха».

Казалось бы, всего-то четыре часа дороги, что может пойти не так? Может, если ты всю жизнь катался в бизнес-классе, и тут внезапно оказался в самом худшем экономе, какой только возможно придумать. Да и то его таковым можно назвать с натяжкой.

Спинки сидений ощущались настолько жёсткими, будто их выбили из камня. Печка внутри машины практически никак не спасала от холода. Каждая кочка или небольшой камень каким-то образом заставлял машину трястись, хотя это казалось невозможным — ну как машина, чей вес близился к десяти тоннам, может вообще от такого трястись⁈ Она же просто должна была раздавливать любое препятствие на своём пути.

Даже места в машине было столько, что приходилось всем сильно тесниться. Не шло и речи о том, чтобы хоть немного вытянуть ноги вперёд. И это с максимальной скоростью — тридцать километров в час.

Одним словом, машина полностью оправдывала своё название. «Черепаха» ехала со скоростью черепахи.

Когда же Евгений наконец-то оказался в городе, то к своему ещё большему разочарованию понял, что из развлечений, только музей военной техники. Собственно, ему пришлось провести там около шести часов своего времени, пока отец разбирался с делами рода, куда Евгения, собственно, не приглашали, чтобы не мешался.

Уже в музее он сделал для себя вывод, что ехать в танке и то удобнее, чем в «Черепахе». И что более худшего способа провести время с отцом уже не придумаешь.

Мне лично на комфорт в таких ситуациях было по большому счёту наплевать. Да, комфорт — штука приятная, но я прошёл через войну и мне не привыкать к суровым условиям жизни. Поэтому даже если бы в машине вообще не было сидений, например, я бы не стал строить из себя недовольного, если бы это было нужно для дела. Для дела действительно можно и потерпеть.

— Прошу прощения, но чем вам не нравится мой австриец? — выбил меня Борей из моих мыслей, а точнее, нахлынувших воспоминаний.

— Тем, что это самый медленный магокар из всех, что я видела и знаю, — со спокойной интонацией ответила сестра, однако в её голосе проскальзывала неприязнь к самой машине.

— Прошу прощения, — Суворов-младший деловито скрестил руки на груди и приподнял левую бровь, — но это не та «Черепаха», что вы, должно быть, себе представляете. Мы подвергли её модернизации

— Тогда не поделитесь мыслями, чем так хорош подобный избыточно защищённый магокар? — уже в этот момент я понял, что сестру вряд ли переубедит хоть один довод Борея, но последнего тоже, похоже, было не остановить.

— Во-первых, благодаря новой броне и защитным рунам, этот красавец способен выдержать даже магию пятого круга. Во-вторых, ему заменили движок, и теперь он разгоняется до целых семидесяти километров в час, пусть даже только по прямой. Сами понимаете, что с подобной машиной подобное уже очень даже хорошо. И в-третьих, ему поменяли сиденья, добавили кондиционер, сменили трансмиссию, и ещё целый внушительный список изменений, добавляющих удобства и комфорта, чтобы использовать данный транспорт в городской среде, — Борей демонстративно постучал по крыше машины. — Ну и, разумеется, обеспечивать защиту пассажирам.

Парень так сильно нахваливал свою машину, будто собрался её продавать на аукционе и поэтому набивал цену. Виктория, судя по её едва заметной улыбке, подумала о том же самом.

Впрочем, как бы Борей ни нахваливал свой магокар, уважения среди аристократов такая машина точно не могла сыскать. Скорее, она вызывала ровно противоположный эффект.

Последние очень любят кичиться роскошью и дороговизной, а подобного типа машина служила скорее антонимом этих слов. Суровый минимализм в угоду надёжности. А то, что в конкретно этой машине что-то поменяли, никого бы не стало волновать. Внешне она оставалась всё той же «Черепахой», пусть и была более продвинутой и облегчённой моделью, чем та, что была в воспоминаниях Евгения.

Хотя надо отдать должное, стоила она колоссальных денег. Даже дороже некоторых спорткаров от Ратиевых. Как-никак военная машина, которую не так и просто получить в личное пользование.

— Боюсь, несмотря даже на все модификации, машина для меня очень медленная. Плестись за ней для меня будет пыткой. Я предпочитаю скорость. Большую скорость. Поэтому мой магокар может разгоняться до пятисот километров в час, а на специализированной трассе даже до шестисот, — объяснила свою точку зрения Виктория, не без ноток гордости за собственную машину.

— Что ж, уговаривать не стану, — разочарованно покачал головой Борей.

Возможно, ему даже стало обидно за то, что его машину не оценили по достоинству. Тут уже я мог только гадать. Я недостаточно хорошо знал Суворова-младшего, чтобы делать какие-то достоверные предположения.

— А почему на капоте возле «Черепахи» написано «Наглур Грубер»? — решил поинтересоваться я, заметив эту странную деталь.

— Так это создатель серии магокаров! Он был правой рукой Австрийского короля и служил генералом в армии. Император лично поручил ему задачу — помочь спроектировать магокар, который мог бы эффективно участвовать в военных действиях. К сожалению, из-за дороговизны машина большой серией не вышла, но вот один такой магокар Наглур Грубер подарил лично моему прадеду, — тут же воодушевился Борей, будто бы в нём проснулось второе дыхание. — Ну а потом мы его модифицировали, чтобы машина соответствовала текущим реалиям.

— Должно быть, эта машина чем-то дорога вашему роду, — сделал я предположение.

— Верно. Она как знак дружбы наших двух семей. Мой друг из рода Груберов тоже собирается поступать в этом году в Академию, и… — тут он внезапно запнулся, и при этом сделал такое лицо, будто вспомнил что-то очень неприятное. — Прошу прощения, что-то меня понесло не туда.

— Всё в порядке, ничего страшного. Раз на то пошло, давайте уже сядем в магокар и отправимся ко мне? Заодно обсудим наше с вами поступлению в Академию, — лишний раз намекнул я на то, что не прочь завести долгосрочные отношения с ним. Ну и заодно и с его родом, что всё равно неизбежно.

— Я только всеми руками за, — тут же улыбнувшись, ответил мне Борей.

— Кстати говоря, Евгений, ты не будешь против, если твои слуги и гости прокатятся со мной? — внезапно спросила у меня Виктория.

— В каком смысле прокатятся? — не понял я её слов.

— Я бы хотела заскочить к одно ателье и сделать у них заказ. Только одной мне туда ехать совсем не хочется. Терпеть не могу подобные места. А вот с женской компанией находиться там куда приятнее. Тем более, пока вы доедете до поместья — мы успеем закончить со всеми делами, — объяснила сестра и тут