Личная игрушка мажора - Дарина Адри

Глава 23

Мажор отправляет меня в бар, а сам остается с Сергеем. Не знаю, на что он способен, но почему-то страшно за внука этой Микулишны, тем более что он показался неплохим парнем. Была бы я в другой ситуации, может быть, даже надеялась бы привлечь его внимание. Но сейчас не тот период моей жизни, чтобы думать о парнях.

Проскальзываю мимо охраны в служебный вход и иду сразу же к администратору:

— Ты о чем вообще думаешь? — на меня с порога кидается Мария. — Я тебе уже полчаса как минимум трезвоню. У нас сегодня намечается аншлаг, а тебя все нет. Только приняли тебя на работу, да еще и на птичьих правах, а тут же решила, что все можно?

— Прошу прощения, — я стою как нашкодившая школьница и смотрю на носки своих, точнее, не своих, а Иркиных, босоножек. Мои кеды-то у нее остались.

— Просит она! Трубку тебя не учили брать?

Я закусываю губу, представляя, что мой потрепанный жизнью телефон звенел где-то на свалке вместе с сумкой. Эх…

— Я его потеряла. Но я принесла сегодня медкнижку, — я подхожу ближе и протягиваю тот единственный документ, который у меня сейчас остался.

— Потеряла она, — фыркает Мария, пролистывая книжку. — Иди уже, переодевайся, а то девчонки скоро будут зашиваться.

У меня будто камень с души свалился. Я по-быстрому переодеваюсь и сразу же иду в зал. Вера, та официантка, которая мне в прошлый раз сказала пойти обслуживать столик мажора, бросает на меня пренебрежительный взгляд, а потом делает вид, что игнорирует. Двое других, которых я встречаю, участливо интересуются, все ли в порядке. Я только киваю и принимаюсь за столы.

В глазах, как обычно, мелькает от диско-шаров и разных ламп. Я сосредотачиваюсь на работе, но все же краем глаза замечаю мажора, сидящего все за тем же столиком. Хотелось бы убедить себя в обратном, но я прекрасно вижу, что он пристально следит за мной.

Его взгляд заставляет бежать мурашки по моей спине, нервничать и быть неуклюжей. Пару раз роняю салфетки на пол, один раз чуть не разбиваю стакан, а потом и вовсе забываю поднос, когда подхожу к столику.

— Может, присоединитесь ко мне? — слышу голос мужчины, со столика которого я собирала мусор.

— Простите, я на работе, — повторяю я уже зазубренную за этот вечер фразу.

— Очень жаль, — он делает расстроенное лицо. — Ваша компания скрасила бы ночь одинокого холостяка.

Он случайно касается моего бедра рукой, а я вздрагиваю. Слишком ярки еще воспоминания о ладони парня в машине. Мужчина поднимает бровь, я улыбаюсь и торопливо ухожу.

Возвращаюсь к столику только после того, как убеждаюсь, что гость ушел. Вытираю стол и замечаю, что на нем остался портмоне мужчины. Черт! Я не знаю, что нужно делать в таких случаях? Трогать или нет?

Со всех ног бегу к бару, чтобы узнать.

— Ты его там на столике и оставила? — хмурится бармен. — Неси Марии, она составит акт.

— Я не знала, — бормочу я и опрометью кидаюсь к столику, но портмоне там уже нет.

Меня бросает в холодный пот, сердце буквально падает в пятки, а я все еще надеюсь, что гость сам пришел вернуть свой кошелек. Но как это узнать — понятия не имею.

Возвращаюсь к бармену. Он пожимает плечами и говорит, что теперь это узнать можно только по камерам и то если сильно повезло, поэтому лучше возвращаться к работе и подзабить.

С камнем в душе и отвратительным предчувствием я продолжаю убирать столы, пока меня не отлавливает Мария. Ее глаза мечут молнии, а я, кажется, уже готова провалиться сквозь землю. Неужели я опять что-то не то сделала?

— Срочно в мой кабинет, — шипит она мне на ухо и уходит, вбивая каблуки в пол.

Я откладываю тряпку и поднос и следую за ней. В кабинете на кресле в позе хозяина жизни сидит мажор. Он окатывает меня оценивающим взглядом, пробирающим до самого сердца, которое начинает биться часто-часто, кажется, вот-вот выпрыгнет.

— Не думал, что такая скромница способна на плохие поступки, — ехидно говорит мажор. — Или это все же фасад. Может, и поездка была неслучайной? Просто о цене не договорились?

Я заливаюсь краской до самых корней, щеки горят, а я от несправедливости только и могу сказать, что “ох”. Как он может так говорить? Он же сам видел, в каком я была состоянии. Сам провожал до самой двери тети Нины.

— Неужели нечего сказать? — он поднимает свою темную, четко очерченную бровь и все еще ждет от меня каких-то объяснений.

— Я не понимаю о чем ты, — все, что могу выдавить из себя я.

— Вероника, ты совсем с дуба рухнула? — перебивает Мария. — Как ты имеешь наглость так разговаривать с Максимом Андреевичем?!

И тут я понимаю, что совсем ничего не понимаю. Зато ухмылка мажора становится еще более довольной и широкой. Хозяин бара Андрей Аркадьевич (это я точно запомнила). Если включить логику и отмести вариант случайного совпадения, то… Блин блинский! Вот это я попала.

— Скажи мне, Ника, — тихо и опасно-спокойно начал мажор. — Тебе не говорили, что воровать плохо?

Я кусаю губы и невольно замечаю, как мажор в мгновение потемневшим взглядом задерживается на них.

— Я это знаю, — отвечаю, но понимаю, что это звучит очень неубедительно.

— Тогда по какому праву ты присвоила себе портмоне посетителя?

— Я? — опешиваю и ловлю ртом воздух как рыбка. — Я ничего не делала! Когда я вернулась, его уже не было.

— Ну, тогда ты не будешь против, если мы проверим твой шкафчик?

Я мотаю головой. Там нет ничего, кроме платья, купленного тетей Ниной. Нечего там искать. Как под конвоем меня ведут в раздевалку, при мне открывают дверцу и… Черт! На полочке лежит портмоне, а рядом с ним — сумочка, из которой выглядывает телефон.

— Значит, потеряла? — усмехается Мария. — Мастерски ты, однако, умеешь врать.

Администратор складывает на груди руки и явно ждет, какие же репрессии меня сейчас настигнут.

— Выйди, — кратко командует мажор, а лицо Марии вытягивается. — Ты плохо слышала?

В голосе столько опасности, что администратор предпочитает практически испариться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍