Монголия. Следами номадов - Андраш Рона-Тас

Старый и молодой монголы в Джаргаланте

Приглашают нас в новую хорошую юрту. Это так называемая «юрта культуры», или «красная юрта», в которой в распоряжении окрестных пастухов имеются газеты, книги, радио. Стены украшает небольшая выставка о жизни Монголии. На одной из выставленных фотографий узнаём – к нашему великому удивлению – себя. Это была фотография, сделанная ещё в столице.

Здесь в сомоне она становится документом монгольско-венгерской дружбы. В самом деле, мы на это не надеялись. Наше удивление приносит удовольствие хозяевам, которые одновременно поясняют, что, собственно, благодаря фотографии они узнали нас сразу. Буря повредила телеграфный провод, следовательно, они не имели никакого известия о нашем приезде. Узнали мы также, что в МНР не смогли бы мы путешествовать инкогнито, потому что будут здесь вскоре выборы, а среди пропагандистских материалов предвыборной акции находятся, между прочим, наши фотографии.

Мы пьём обязательный солёный белый чай и продолжаем наше путешествие. Здесь и там встречаем мы юрты, а рядом с ними скотные дворы. Растительности почти нет, только на склонах растёт дзаг, куст вроде саксаула. Вдоль дороге тянутся малые или большие бугры, за которыми иногда виднеется одинокий верблюд. Налево между двумя взгорьями блестит большое озеро. Нас радует его вид, так как во время такой докучливой жары очень хочется пить. Полуденное солнце нагрело нашу машину. А мы начинаем сбрасывать с себя пальто. Озеро, находящееся между холмами, играет с нами в жмурки. Когда мы съезжаем на плоскую местность, кажется, как бы оно перед нами убегает. Мы мчимся в сторону озера на полном газу, а в это время озеро отдаляется всё больше. Потом мы видим другое озеро. Нет, озёра как бы соприкасаются, то есть становится одно озеро, а мы едем прямо в сторону его центра. Воздух сильно нагрелся. Машина делает большую дугу, чтобы обогнуть несколько песчаных возвышенностей. На песке не видно ни одной дороги. Держимся колеи какого-то средства передвижения, которое ехало перед нами, но потом всякие следы исчезают на песке.

Загон для верблюдов в Джаргаланте

Мы доезжаем до небольшого речного русла. На берегах растёт трава. После коротких поисков находим след машины и едем по нему дальше, но после пяти минут теряем его из виду. Озёра спрятались так загадочно, что не получается определить расстояние до них. У нас израсходован полностью запас воды. Радиатор двигателя наполнили мы до этого водой из ручья, но сами не имели смелости её пить. Радиатор снова греется необычайно. Быстро передвигаемся вперёд, а озёра постоянно убегают перед нами. Каким путём бы мы не ехали, они всегда оставались сбоку. Так как по причине многочисленных маленьких холмиков ориентация на местности очень затруднена, вынуждены мы искать спасения у компаса. Отмеряем расстояние, и после какого-то времени проверяем замеры и оказывается, что или мы имеет неисправный компас, или озёра здесь кочующие…

Мы наблюдаем внимательно горизонт и начинаем подозревать, что уступаем обману фата морганы. Когда выезжаем несколько выше, под гору, в самом деле оказывается, что здесь нет следов никакого озера, и увиденная вода была только иллюзией, вызванной разогретым воздухом. А следовательно, мы должны отказаться от мысли, что быстро увидим воду. Как бы только мы не заблудились. Прежнего следа машины нигде не видно, также как и телеграфной линии, с которой расстались мы у Хасак Джаргаланта, и с той поры её не встречали. Медленно спускаются сумерки, а мы попадаем в холодные, полные неожиданностей и безнадёжности объятия пустынной ночи. Приближается седьмой час. Уже давно должны мы быть в назначенном месте, а здесь на горизонте нет никаких строений, никакой дороги. Даже юрт нигде не видно, где можно было бы спросить о направлении. Около восьми часов на однообразном фоне показывается что-то вроде удивительной группы скал. Сумья утверждает, что знает эти скалы, и едем мы в надлежащем направлении. Встречаются новые следы растительности. Уже почти ничего мы не видим, так как солнце спряталось за горизонтом, когда Сумья кричит громко:

– Дзам! Дорога!

И действительно, на расстоянии двухсот метров на песке появляется автомобильная колея. Но рядом с дорогой двигаются удивительные маленькие точечки. Всех членов нашей небольшой экспедиции внезапно отпускает усталость. В напряжении мы ждём, что будет дальше. На несчастье, перед нами тянется глубокий ров, и мы должны возвращаться на значительный кусок дороги. Когда мы, наконец, выбираем правильное направление, оказывается, что маленькие движущиеся чёрные точки не исчезают. Едем прямо на них!

8. На земле найманов

Неожиданное приветствие. Сколько имеется способов ношения монгольского наряда. Юрта из глины. Что-то чёрное мчится в воздухе. «Город радости». Немножко языкознания. Собрание под голым небом. Танец в юрте. Спрятанная невеста. В больнице. Бишак. «Горы Пяти Богов».

Из темноты возникают тела, а затем людские головы. Вскоре наблюдаем мы шеренгу людей. Машина останавливается. Из шеренги выступает один из собравшихся и сердечно приветствует нас. Со ступени нашего грузовика мы отвечаем речью, сымпровизированной на скорую руку. В целом, ситуация представляется нам очень комичной. После многочасового странствования по безлюдной пустыне слышим мы речи приветственные, видим собравшихся людей. Даже трудно поверить, что они вышли нам навстречу, но это не подлежало сомнению. Позже узнали мы, каким способом известили их о нашем приближении. Попросту они получили телеграмму из Есенбулака. Всё это время до настоящего момента оставалось тайной, откуда они узнали, что мы заблудились и подъезжаем с надлежащей стороны.

В гостинице застали мы уже горячий чай на столе. Хозяева любезно ожидали, когда мы приведём себя немножко в порядок, а затем попросили нас на подворье, где нас ожидала группка здешних жителей. Они, конечно, хотели нас увидеть. Мы были очень утомлены, но Вандуй им объяснил, кто мы и с какой целью сюда прибыли.

Населённый пункт Дарви является административным центром сомона. Насчитывает он 3821 человек, проживающих в 940 юртах. На общее число из около 164000 животных приходится 4800 верблюдов, 10800 коней, 3700 яков и крупного рогатого скота, 101000 овец и 43000 коз. В административном центре имеется одна семилетняя школа и одна десятилетняя. В первой учится 80, во второй – 100 учащихся под руководством девяти учителей. Одна из школ помещается в небольшом одноэтажном доме. Он хорошо виден из окна гостиницы. Рядом с ним находится меньший глиняный домик. Это интернат для примерно сотни детей, живущих тут зимой во время учебного процесса. Есть также здесь три производственных предприятия: одно вырабатывает масло и другие молочные продукты; второе – сапоги с голенищами; третье – оснащение юрт, прежде всего, сундуки. Древесину для производственных и хозяйственных нужд поставляет лес, находящийся поблизости, но она, однако, не пригодна для изготовления конструктивных частей юрты, поэтому покупают её в столице. В Дарви открыт один универмаг, один магазин смешанных товаров, а кроме того, в степи действуют три передвижных магазина. Эти магазинчики установлены на грузовиках. В принятом сверху порядке объезжают они далёкие юрты, а где только они останавливаются, в это время прибывают покупатели на конях с целой окрестности. Такие кочующие магазины продают преимущественно продукты питания, в основном, муку, сахар, конфеты и приправы, а также некоторые промышленные товары, как одежду, сапоги с голенищами и инструмент. Можно также купить в них книжки и даже радио с аккумулятором.