Альфа и Омега. Книга 3 (СИ) - Сейд Анна

— Сидеть.

В тот момент я почти села сама — желание сделать это вдруг стало необоримо сильным, и я почти невольно запрокинула голову, обнажая шею и тяжело дыша через рот.

Несколько секунд пес не двигался с места, продолжая приглушенно ворчать сквозь неплотно сжатые зубы, но потом его тяжелый лохматый зад все же плюхнулся в грязь.

— Хороший мальчик, — одобрительно кивнул Йон и, опустив руку, потрепал пса между ушами. Тот позволил это без особой охоты и удовольствия, но судя по лицам собравшихся, даже такое его поведение было чем-то из ряда вон выходящим. — Как его зовут? — Он обратился к наконец-то подоспевшим охранникам, один из которых прихрамывал на поврежденную при падении ногу.

— Его… его… — Они переглянулись между собой, словно из всех вопросов этот оказался самым затруднительным. — Да никак его…

— Вы уволены, — все с той же обманчиво доброй интонацией добавил Йон. — Оба. Выметайтесь нахрен отсюда, и чтобы я вас больше тут не видел.

Они даже не стали спорить — не думаю, что хоть кому-нибудь пришло бы это в голову после сцены, что только что тут разыгралась.

— Хана, ты в порядке? — меж тем уточнил мой альфа, обернувшись ко мне через плечо и продолжая одной рукой гладить пса по голове.

Я кивнула, решив не уточнять, что переполнявшее меня сейчас чувство было максимально далеко от страха — впрочем, я думаю, он и так это чувствовал, потому что по его губам змейкой скользнула одобрительная усмешка.

— Хороший мальчик, — снова повторил Йон. — Ты заслужил угощение. Покормите его и не подпускайте к нему идиотов, которые не могут с ним справиться, — обратился он к управляющему.

— Да, босс, — пролепетал тот, на тот момент почти сравнявшись по цвету с пасмурно-белым небо у нас над головой.

— Ты тоже, — добавил мой альфа, обратившись к Кадо, который все еще держал в левой руке пистолет со взведенным курком.

— Заслужил угощение? — осклабился тот, хотя, стоя к нему ближе, я ясно ощущала, что его не меньше моего потряхивало от выброса адреналина.

— Продолжай в том же духе, — кивнул Йон.

После произошедшего я далеко не сразу смогла взять себя в руки и на какое-то время вообще забыла о том, где мы и зачем сюда приехали, а потому, когда мы вошли в барак, куда нас вел управляющий, у меня слегка закоротило в мозгу, потому что я долгое время вообще не могла понять, что именно вижу.

Снаружи казавшееся полуразвалившейся халупой строение внутри оказалось высокотехнологичным медицинским корпусом, почти полностью заставленным койками с лежащими на них мужчинами и женщинами. Приглядевшись поближе к той, что была ближе всего к нам, я с содроганием осознала, что в шею лежавшей там совсем еще юной девушки — как раз со стороны ароматической железы — глубоко входила игла катетера, от которого шла длинная трубка к находящемуся чуть ниже пластиковому мешку. И судя по его расположению, а также по направлению медленного движения бледно-желтой жидкости внутри, она шла не в тело, а из него.

— Йон…

— Хана, ты чувствуешь запах? — тихо спросил он, крепко сжав мою руку.

Я беспомощно кивнула. Здесь пахло феромонами — сырыми, душными, лишенными эмоциональной окраски и осознанности. Так пахли омеги, которых их альфы принуждали к соитию против их воли, вызывая у них ответную реакцию силой.

— Они спят, — зачем-то поспешил успокоить нас управляющий, продолжая утирать губы платком и пугливо озираться по сторонам, словно ища щель, в которую можно было бы забиться, чтобы его оттуда никто не достал. — Им снятся… приятные сны.

— Значит, вот он — основной компонент Звездной пыли? — негромко уточнил Йон, остановившись возле одной из коек и сунув руки глубоко в карманы собственных брюк. — Феромоны бестий? Ортего подсадил нас на нас самих?

— Я, видите ли, не так давно здесь работаю, — снова залепетал управляющий. — Я, право, не имею возможности знать всех деталей…

— Кадо? — словно не слыша его, обратился мой альфа к мужчине, что все еще шел подле меня, сложив после улицы зонт и сунув его под мышку.

— Ему казалось это потрясающе ироничным, — пожевав губами, отозвался тот. — Звездная пыль реагирует на носителя — если ее принимает омега, в ней активируются феромоны альф. Если альфа — то наоборот. И они поступают напрямую в мозг, как если бы… — Он замолк, подбирая удачное сравнение.

— Как если бы он скармливал нас друг другу, — безэмоциональным голосом закончил за него Йон.

— Если хотите знать мое мнение, я всегда был глубоко возмущен таким положением дел, — тоненьким голосом сообщил управляющий.

— Вон, — коротко выдохнул альфа.

— Босс, я…

— ВОН! — рявкнул тот, и мужчину как ветром сдуло.

У меня опять подкосились колени, но на этот раз я была совсем не уверена, что дело в запахе Йона.

— Что происходит дальше? — между тем спросил тот, обращаясь к Кадо.

— Весь цикл мне неизвестен, но они варят из этого что-то типа кристаллов, потом дробят их до состояния порошка. Порошок соответствующим образом обрабатывается и потом уже распространяется.

— А откуда они здесь? — вмешалась я, ткнув пальцем в сторону ряда коек.

— Поставкой… сырья занимается один из зубцов, — вместо него ответил Йон. — Мне давно было интересно, почему в документах об этом сказано так мало и без… единиц измерения. Но такого я… и предположить не мог.

— Да, все верно, — подтвердил Кадо. — Сырье сортируется в доках, а потом по готовности доставляется сюда, где его уже берут… в оборот.

— В доках? — переспросила я, озаренная внезапным осознанием. — Те клетки… То место, где ты нас запер! — Я перевела взгляд на мужчину с тремя пальцами.

— Да, это один из главных перевалочных пунктов, — серьезно подтвердил он, не опуская глаз. — Сырье обычно набирается среди нелегальных эмигрантов, а в доках их полно, так что…

Я почувствовала, как к горлу резко подкатила тошнота, и была вынуждена ухватиться за изножье стоявшей рядом койки, чтобы не упасть. В голове шумело, и среди вороха обжигающих мыслей ярче всего полыхала одна.

Могли ли мы это остановить, если бы рассказали обо всем полиции еще полгода назад?

«Нет, — мягко произнес голос Йона у меня в голове. — У этого бизнеса железная крыша. Я уже говорил тебе, что в этот проект вложено очень много денег и почти все зубцы так или иначе в нем заинтересованы».

— А они знают? — от возмущения я не могла сдерживаться и держать слова только в своей голове. — Знают, из чего делают Звездную пыль?

— Честно говоря, я думаю, что им плевать, — помолчав, пожал плечами он.

— Но тебе же нет? — Меня уже ощутимо трясло. — Йон? Йон, почему ты молчишь?

— Все… не так просто, — покачал головой альфа.

— Нет, просто, — возразила я. — Ты владеешь всем этим. Прикажи, просто прикажи — и все это прекратится. Это ненормально, Йон! Они же не растения, чтобы… Йон, мы сами там были, о чем ты вообще говоришь!

— Хана, успокойся, пожалуйста. — Он попытался положить мне руки на плечи, как делал всегда, чтобы привести меня в чувство, но я отдернулась назад, не давая ему приблизиться.

— Ты должен остановить это. Йон, ты должен!

В иной момент мне могло бы стать стыдно за свою истерику, но сейчас я не помнила ни о чем. Ни о Кадо, что наблюдал за нами обоими, ни о сотрудниках фермы, которые пугливо жались по углам, видимо ожидая, пока новый владелец решит их участь, ни даже о зубцах, Обществе или ком угодно другом за пределами этого душного, залитого мертвенным больничным светом помещения.

— Я… что-нибудь придумаю, хорошо? — наконец примиряюще произнес мой альфа. — Я разберусь с этим, обещаю.

Я знала, что не имею права просить от него большего в текущих обстоятельствах, но шок от увиденного был слишком сильным, и я не могла себя сдерживать. Потому, резко развернувшись на каблуках, бросилась к выходу. Уткнувшись в запертую дверь, я несколько раз безрезультатно подергала ее, а потом, словно бы мгновенно лишившись сил, сползла на пол, обняв колени и уткнувшись них носом.