Измена. Вирт не считается - Анастасия Максимова

Мне кажется, ей сейчас вообще было все равно, что я там говорил. Недолго думая, она просто кивнула. Я помог ей подняться и отдал врачам, называя адрес.

Глава 39. Настя

«Ну, хоть капот пока смотреть не пошли», — прокрутилось в моей голове. Слабое утешение в моем состоянии, но все же. Ладно, этот босс оказался не молокосос.

Когда скорая остановилась и меня попытались уложить на носилки, лишь отмахнулась. Ну, не настолько все плохо, ребята. Прекращаем. Да, так хреново было в последний раз очень давно.

Кажись, год назад, когда я свалилась с гриппом. Тогда накрыло быстро. Еще утром я была вялая, вечером в ресторане с Игорем поплыла. Меня тогда рвало от температуры, но в туалете, к счастью.

Игорь бухал и даже не сразу заметил, что меня нет, а потом, когда я ему эсэмэску написала, пришел и помог. Ага, в общагу отвез. Лили тогда не было, и мне воды носила Танька из сто пятидесятой за двести рублей.

Вот такая шняга шняжная, жизнь общажная. Меня штормило пару дней, но Игорь сказал, что его ко мне не пустят, да и заразиться не хочет. Мол, госы на носу. Я понимала.

Понимала и сама говорила, чтобы не приезжал. Чего заражаться-то, правда? Я ведь не хрустальная ваза. Ну, тридцать девять, ну, грипп. С кем не бывает? Тем более есть все равно не хотелось, а там уж Лилька приехала.

Только вот сейчас я себя ощущала реально фарфоровой вазой. Потому что меня под ручки держали. Еще в машине укольчик сделали. Навели соленого раствора и пить заставили.

— Сейчас мы вам капельницу поставим, и станет гораздо легче. Часочек прокапаетесь, и все. Потап Маркович!

Не поняла, к кому она обратилась, ведь народу было куча. Потап? Ого! Я думала, это редкое имя. Покосилась по бокам, но так и не поняла в этой ситуации, с кем медсестра говорит.

Нифига себе, у нас скорая какая стала хорошая. Лиле расскажу, не поверит. Ей плохо стало год назад в парке, подруга отравилась чем-то, так не то что выезжать, даже думать про это запретили и еще пригрозили штрафом за ложный вызов.

А я говорила ей, что устрицы по пятьдесят рублей — плохая идея. Но подруга же попробовать хотела. Мол, когда еще такой шанс представится! Угу. Представился. Зато реально запомнила на всю жизнь!

Думала, как так вышло, что сейчас я способна думать только про то, чтобы не наблевать на мужчину снова. Кстати, а как его зовут-то… А то кусок босса да кусок кобеля. Пора бы познакомиться, а то он мое имя знает. Нечестно как-то.

В такие минуты, как сейчас, во мне просыпалась виноватая во всех смертных грехах Настя. Я смотрела на расплывающееся лицо мужчины и думала, куда мы приехали. Реально, что ли, к себе повезет?

— Вообще, я к незнакомым мужчинам после первой встречи домой не езжу.

Он появился из-за спины медбрата и как-то странно посмотрел. Язык мой — враг мой, но я очень волновалась, мне было плохо, и вообще петросяню я знатно. Шутница года.

— Шучу.

— То есть ездишь?

Он улыбнулся, а меня снова затошнило. Ну супер. Еще подумает, что меня тошнит от его шуток. Прикрыла глаза и тормознула. Меня тут же окружил медперсонал. Он что, заплатил им? Чего они такие любезные?

Но не спрашивать же при них. Сейчас прокапаться быстренько, и домой. Лечиться. Я уже догадывалась, где подхватила эту заразу. И почему. Всему виной дикий стресс и постоянные переживания. У меня всегда так. Стоит только недельку с Игорем разруганными походить, как организм семафорит, чтобы я прекращала.

Сама не поняла, как оказалась в помещении и в горизонтальном положении. На лбу у меня очутилась холодная повязка. А в вене катетер. Удивительно, но попали даже с первого раза.

Нет, не то чтобы я не верила в нашу медицину. Скорее не питала иллюзий. Бывало и такое, что совершенно не понимала, как вообще мне жить с таким здравоохранением, но потом отпускало, и бытие налаживалось. Возможно, я пересмотрю свои принципы.

— Я, вообще-то, пришла договориться о том, как отдать долг, — проблеяла я.

— Значит, температура спадает.

Он улыбнулся, обеспокоенно глядя на меня. Я же смотрела на него как на ангела во плоти. Лекарства, не иначе. Попытаюсь оправдаться.

— Это Катька вернулась из Москвы вся чихающая. Сказала, что не заразная, а села пару дней назад возле меня.

Упоминать про то, что, кроме этого, я себе все нервы истрепала с его испорченной машиной и почти что бывшим парнем, не стала. Он ничего не говорил.

— Да, скорее всего, орви в такой тяжелой форме. Девушка, можно ваши данные? Фамилия?

Повисла неловкая пауза. Вот он, момент истины. Покраснела даже под капельницей. На меня все уставились, словно ждали как минимум признания. Бли-и-и-ин…

— Насть, все нормально? Ты помнишь свою фамилию?

Такую забудешь. Я прикусила губу и прошептала:

— Конченная.

Краска на лице наверняка стала ярче, ну и причиной этого была отнюдь не снижающаяся температура. Девушка медсестра уставилась на меня как на идиотку. Она строго переспросила:

— Девушка, скажите громче и четче.

Хотелось ответить, что она вот ни разу не ослышалась. Кусок босса, которого после всего надо бы смело повысить до целого, смотрел на меня со скепсисом. Я же трясущимся и более окрепшем голосом четко сообщила:

— Анастасия Андреевна Конченная.

Глава 40. Потап

Она сейчас серьезно? Смотрел на девушку, думая, что она прикалывается. Нет, я, конечно, не парень из пятого класса, которому учитель орет: «А если я вам палец покажу, что, тоже смеяться будете? — но подавить желание заржать сложно.

И дело даже не в фамилии, а в том, как она смотрит. Спустя один жаропонижающий укол и девять минут капельницы Настя взбодрилась. Ей явно лучше, и она сгорает со стыда.

Медперсонал застыл, не зная, что делать. Позади слышится пофыркивание. Ну что они как дети малые! Ну Конченная и Конченная. Для меня, между прочим, это имеет немного другое значение. И когда она впервые будет выкрикивать мое имя в момент оргазма, я это покажу.

— Вам по слогам надо повторить?

Грозно посмотрел на медсестру, и та стушевалась. Настя же была похожа на очень гордую, но сильно обедневшую аристократку. Вздернутый подбородок, легкий румянец на все еще бледном лице.

— Кон-чен-ная… — говорит она с вызовом.

Понятно. Когда необходимости в обороне больше нет, девушка идет в атаку, ощетинившись как дворняжка. Мне это