Сумерки - Стефани Майер

Магазин нашёлся легко, но это было не то, что мне нужно. Витрину заполняли магические кристаллы, ловцы снов[10] и книги по психотерапии. Я даже не зашла внутрь. Хотя через стекло видела женщину лет шестидесяти, с длинными седыми волосами, одетую в платье шестидесятых годов и приветливо улыбавшуюся мне из-за прилавка. Я решила, что от этого разговора вполне могу улизнуть. Должен же быть где-то в городе нормальный книжный.

Я побрела по заполненным вечерними толпами улицам, в надежде, что направляюсь к деловой части города. Я почти не замечала, где иду, и не запоминала окрестности. Мне и без того было чем заняться: борьба с отчаянием; мысли об Эдварде и о том, что сказала Анжела; надежды на следующую субботу, которые могли не сбыться; болезненное разочарование, каждый раз, когда я замечала припаркованный у дороги серебристый вольво. Всё это обрушилось на меня с новой силой. «Дурацкий, не заслуживающий доверия вампир», — сказала я себе.

Я повернула на юг, по направлению к многообещающему зданию с застеклённым фасадом. Но, подойдя, обнаружила лишь ремонтную мастерскую и пустые витрины. Оставалось ещё слишком много времени, к тому же мне определённо нужно было взять себя в руки перед встречей с Анжелой и Джессикой. Я пригладила волосы и сделала пару глубоких вдохов, прежде чем повернуть за угол.

Пересекая незнакомую улицу, я поняла, что иду не в ту сторону. Немногочисленные пешеходы двигались на север, и задания уже скорее напоминали склады. Я решила за следующим углом повернуть на восток и обогнуть несколько кварталов в надежде выйти на улицу, которая выведёт меня к променаду.

Из-за угла, к которому я направлялась, появились четверо мужчин. Определённо не офисные клерки, возвращающиеся с работы, и не туристы — слишком небрежно и грязно одеты. Когда они подошли ближе, стало понятно, что они немногим старше меня. Парни громко балагурили, шумно смеялись и хлопали друг друга по плечам. Я быстро шла вперед, почти прижимаясь к стене здания и глядя прямо перед собой.

— Эй, там! — окликнул вдруг один, когда они проходили мимо. Похоже, обращался ко мне — никого больше на улице не было. Я машинально посмотрела в их сторону. Двое остановились, двое других замедлили шаг. Похоже, говорил тот, что стоял ко мне ближе всех — коренастый и темноволосый, лет двадцати или немного старше. Одет он был во фланелевую рубашку поверх грязной футболки, обрезанные джинсы и сандалии. Он сделал полшага по направлению ко мне.

— Привет, — автоматически сказала я. Потом быстро отвернулась и пошла по направлению к перекрестку. За мой спиной раздался оглушительный хохот.

— Эй, подожди, — опять позвал кто-то из них, но я наклонила голову и со вздохом облегчения повернула за угол. Они смеялись мне вслед.

Я обнаружила, что стою на тротуаре улицы, ведущей к задним стенам унылых складов с запертыми на ночь огромными дверями. На противоположной стороне тротуара не было — только сетчатый забор с колючей проволокой отгораживал двор со сваленными на нём запчастями. Я забрела в какую-то дальнюю часть Порт-Анджелеса, которую туристам наверняка не показывали. Темнело, на западе тучи обволакивали небо, так что закат наступал раньше, чем положено. Ясное серое небо на востоке было расцвечено розовыми и оранжевыми полосами. Куртка осталась в машине, и, вздрогнув, я обхватила себя руками. Проехал фургон, а потом улица окончательно опустела.

Небо стремительно темнело. Взглянув через плечо на тучи, я обнаружила, что за мной, примерно в шести метрах тихо идут двое мужчин. Из той самой компании, мимо которой я недавно прошла. Но темноволосого, заговорившего со мной, среди них не было. Я немедленно отвернулась и ускорила шаг. Меня снова пронзила холодная дрожь, теперь не имевшая никакого отношения к погоде. Сумочка на длинном ремне висела на плече накрест — именно так её и предполагалось носить, чтобы не сорвали. И я точно помнила, где находится мой перцовый баллончик — в так и не распакованном рюкзаке под кроватью. Денег у меня было немного, двадцать с мелочью, и я подумывала о том, чтобы «случайно» уронить сумочку и убежать. Но испуганный голос на задворках сознания шептал, что идущие за мной люди могут оказаться не просто ворами.

Я настороженно прислушивалась к шагам, казавшимся ещё более тихими по сравнению с теми громогласными звуками, которые издавали эти люди немного раньше. Шаги не ускорялись и не приближались. «Успокойся, — приказала я себе. — Ты не знаешь — может, они идут не за тобой».

Я шла очень быстро, но не бежала, сосредоточившись взглядом на повороте направо, всего в нескольких метрах. Двое за моей спиной держались всё на том же расстоянии. С юга на улицу въехала синяя машина. У меня мелькнула мысль — выскочить прямо перед ней на дорогу. Но я помедлила, не уверенная в том, что меня действительно преследуют, а потом стало поздно — машина промчалась мимо.

Я дошла до поворота, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что там тупик, подъезд к задней стене очередного здания. Я уже почти повернула, пришлось быстро исправиться и броситься через узкий проезд обратно на тротуар. Улица заканчивалась на следующем перекрестке, и там висел знак «Стоп». Пытаясь решить, стоит ли побежать, я прислушалась к тихим звукам шагов за своей спиной. Вроде бы отдалились. Бежать вряд ли имело смысл — в любом случае меня догонят. К тому же рискованно — неминуемо споткнусь и упаду. Я осторожно взглянула назад через плечо и с облегчением обнаружила, что эти двое уже отстают от меня на метров на двенадцать. Но они пристально смотрели мне вслед.

Чтобы дойти до угла, мне понадобилась целая вечность. Звуки за моей спиной отдалялись с каждым шагом. Может быть, они поняли, что напугали меня, и теперь жалеют об этом? Увидев, как две машины пересекли перекресток, к которому я направлялась, я немного успокоилась. Там должно быть больше людей, чем на этой пустынной улице. Я повернула за угол с благодарным вздохом.

И резко остановилась.

По обеим сторонам улицы тянулись слепые стены без дверей и окон. В некотором отдалении были видны ещё два перекрёстка, уличные фонари, машины и пешеходы. Но всё это было слишком далеко. Потому что на полпути, прислонившись к стене здания, стояли двое других из той же компании и с глумливыми улыбками наблюдали за мной. Я вросла в землю. Меня не преследовали.

Меня загоняли в ловушку.

Я помедлила секунду, которая показалась мне бесконечной. Потом повернулась и бросилась на противоположную сторону улицы, понимая, что всё это напрасно. Шаги за моей спиной зазвучали громче.

— Вот вы где, — низкий голос коренастого темноволосого мужчины разбил напряжённую тишину, и я вздрогнула. В сгущающейся темноте мне показалось, что он смотрит мимо меня.