Индиль - Ли Леви

вздохнув, сжав губы и медленно осмотрев всех собравшихся, Махталеон занял свое место за столом.

– Где ты пропадал все это время?

В ответ Махталеон лишь пожал плечами, показывая своим видом, что этот вопрос не заслуживает ответа.

– Со времен последней охоты ты не жалуешь нас своими визитами.

– Я был занят.

– Краток как никогда! Позволь узнать, что за дела заставляют тебя забыть о делах государственных?

– Это дела личного порядка, – он медленно положил руки на стол и напряженно сцепил пальцы.

– Личного? Что это за дела личного порядка, которые ты ставишь превыше Великой Тьмы? – Владыка поднялся и вышел из глубины залы.

Он остановился рядом с невысоким столиком, на котором стояла тяжелая бутыль с темно-бурой густой жидкостью.

– Тебя видели в Темных Горах, Леон.

– Что с того? Я живу в тех местах и не скрываю этого.

– Каждый слышал о твоем замке, но никто не видел его.

– Не люблю гостей.

– Ты что-то скрываешь от меня. Что это, позволь узнать? – и он налил в свой бокал темной застоявшейся крови.

– Разве что свой покой, – наблюдая за руками отца, Махталеон уже знал, к чему этот разговор, но слабая надежда, что он ошибся в своих догадках, все же не оставляла его.

– Нет, ты скрываешь от меня нечто другое. Что это, расскажи нам. Трофеи? Золото? Самоцветы? Оружие? Вечный источник энергии? Живая вода? Весьма банально. Быть может, ты закопал там свое сердце? Что ж… – Владыка внимательно посмотрел на сына, но тот молчал. – Или, быть может, в стенах своего замка ты скрываешь от меня… наследницу нимфийского трона?

Этот прямой вопрос, словно порыв ветра, заставил слабый огонек его надежды дрогнуть и мгновенно погаснуть. Отец его, хоть и был увлечен водружением пробки в горлышко бутыли, все же заметил эту вспышку в глазах сына, ставшую однозначным подтверждением его домыслов.

– Ее ведь так и не нашли, – продолжал Владыка, наблюдая краем глаза за молодым демоном.

– В моем замке две нимфы, отец. Ты это прекрасно знаешь. Ты сам передал их мне. Тебе лучше знать, есть ли среди них нимфийская принцесса.

– Ты стал неуправляем, непредсказуем и опасен, Леон!

– Я унаследовал твои лучшие качества, отец.

Махталеон откинулся на спинку кресла и стал внимательно изучать собравшихся демонов. Напряжение росло, в воздухе становилось неспокойно, и он чувствовал, что словесная перепалка вот-вот должна была перерасти в нечто большее.

Складывавшаяся ситуация казалась явно неблагоприятной для него. За столом было шесть демонов, за его спиной стояли еще двое, итого в зале их насчитывалось восемь, не считая отца. Махталеон внимательно изучил каждого из сидящих за столом. Они не двигались и не поднимали на него глаз. Двое за спиной – другое дело. Им, вероятно, поручена основная задача. Они не дадут ему вырваться из залы. Здесь слишком низкие потолки и много колонн. Крылья здесь не расправить.

Махталеон подался вперед, желая встать, но тяжелая рука опустилась на его плечо и вернула на место. Старый демон наполнил второй бокал и поставил его перед сыном.

– Не пью мертвечину, отец. Убери руку! – прикрикнул он на стоящего позади демона и дернул плечом, желая сбросить его руку. Демон не пошевелился, и рука его значительно потяжелела.

– Здесь слушают только меня и повинуются только мне, глупец! – сверкнул глазами Владыка. – Ты слаб и ничтожен. Ты подчинился Свету. Ты нарушил Закон. Назови мне истинное имя той, что ты скрываешь в своем тумане!

Глядя исподлобья, Махталеон усмехнулся:

– Зачем тебе знать ее имя?

– Зачем мне знать ее имя?! Затем что нет силы большей, чем та, что несет истинное имя, данное живому существу при рождении! Тебе ли не знать об этом? Назови мне ее имя! Она – обещанная предсказателями, пришедшая из Света, чтобы править во Тьме! Я желаю обладать ею!

– Она моя, отец.

– Твоя… Значит, я не ошибся. Значит, все так… Нимфийская принцесса… Та, что пробуждает к жизни умершие реки, высохшие от зноя деревья, та, что способна возрождать нимф, лишенных корней. Та, что способна избавлять от ран лишь одним прикосновением своих рук. Та, что была обещана мне. Та, чье тело я намерен использовать для избавления от собственных ран. Она соединит Свет и Тьму! И я стану Владыкой двух миров.

– Она моя, – спокойно повторил демон. – Она носит мой знак, и только я знаю ее истинное имя.

Он снова неторопливо осмотрел всех присутствующих. «Тех, что сзади, убить в первую очередь», – решил он.

– Она моя, – снова медленно повторил он, обдумывая свои дальнейшие действия. – Я не намерен делить ее ни с тобой, ни с твоими демонами.

– Таков Закон!

– Твои законы – это всего лишь твои прихоти! В них нет другой силы, кроме той, что движет твоими желаниями.

– Назови мне ее истинное имя, данное ей при рождении, во всеуслышание, или…

– Или что? Станешь угрожать мне? – Махталеон вальяжно откинулся на спинку стула и скрестил на груди обе пары рук.

– Как только ты умрешь, чары падут с твоего замка. Он станет проходным двором. Я найду твое логово, и эта нимфа станет украшением в моих покоях, если не согласится стать моей королевой.

– Как только я умру? Я не собираюсь умирать.

– Придется.

Махталеон подался вперед, облокотившись локтями о стол, и вызывающе посмотрел отцу в глаза.

– Сразимся?

– Сразимся?! – усмехнулся Владыка. – Это даже не смешно. Кто ты такой, чтобы бросать мне вызов?!

– Я твой наследник. Единственный. Единственный оставшийся в живых из всех твоих двухсот сыновей, если ты успел забыть об этом.

– Веришь в древние проклятья?

– А ты веришь в предсказания, – Махталеон зло улыбнулся, – поэтому и убил их всех. Но позволь напомнить тебе, что и дед мой погиб от твоей руки. И прадед мой был убит моим дедом. Что ж до предсказаний, трактуешь ты их неверно. Ты слишком занят собой и собственной властью. Это не дает тебе шире взглянуть на вещи. Ты настолько самоуверен, что тебе даже в голову не приходит, что та, что соединит Свет и Тьму, обещана Темному Правителю, а вовсе не тебе! Она станет Темной Королевой. Но кто назвал твое имя рядом с ее именем? С чего ты взял, что это пророчество о тебе? Возможно, оно, скажем… обо мне? – он наигранно безразлично пожал плечами. – О новом