Космический Патруль - Марина Казанцева

— Как ты думаешь, — спросила королева своего мужа в одну из тех редких минут, когда король нашёл немного времени для отдыха среди дневных хлопот, — твоя сестра не постарается поддержать своего сына магическими чарами? Ведь она, как говорят, волшебница.

— Ты в самом деле в это веришь? — с насмешкой спросил король.

Но, как-то вечером Джиневра заметила кое-что странное. Прислуги в замке толпилось множество — иной раз проходу не было из-за этой суеты. Всех упомнить было невозможно. Но один человек привлёк её внимание: слишком стройная фигура, слишком прямая спина и гордая посадка головы — её не мог скрыть даже бесформенный капюшон и грубая накидка. Человек искусственно прихрамывал — явно, чтобы скрыть свою походку. Спутанные волосы почти скрывали его лицо, но незнакомец очень уж уверенно направился к одному из покоев и вошёл туда, где устроилась со своими домочадцами Моргана.

Это было очень странно, отчего Джиневра забеспокоилась. Она заподозрила, что сестра короля устраивает какие-то интриги, а этот человек — посланник от Уриенса, который сославшись на болезнь, не явился ко двору.

В Замке Камелот, как и во всяком другом средневековом замке, имелись тайные ходы. Тот, кто знал систему тайных переходов, мог проникнуть практически в любое помещение. Один из таких ходов был известен Джиневре. Случилось это ещё в прошлом сне, накануне отъезда короля Артура на войну с саксами. Тогда король призвал её и показал скрытый вход в тайный коридор. Тот вёл за пределы замка и выходил в лесу, в маленькой тайной конюшне, где верный слуга всегда наготове держал трёх свежих коней — на случай бегства. Тогда король сказал Джиневре:

— Если случится нечто непредвиденное, а я не смогу прибыть, чтобы защитить тебя, уходи этим ходом и скачи в Кентерберийское аббатство.

Он даже тогда назначил её тётушку, сестру Леодегранса, настоятельницей этого монастыря, и никогда не забывал подпитывать средствами этот своеобразное убежище на случай беды. Само аббатство располагалось в укреплённом замке и было достаточно хорошо защищено.

Сейчас Джиневре не требовалось спасаться, но она вспомнила расположение этого тайного коридора и догадалась, что он проходит как раз за стеной того помещения, где расположилась Моргана. Не может быть, чтобы строители замка не предусмотрели возможности подглядывать и подслушивать за гостями замка. Едва ли Моргана знала о всех тайнах Камелота, поскольку строительство этого замка началось в те поры, когда она уже не первый год была женой Уриенса и жила в Уэльсе.

Вход в лабиринт начинался как раз в комнате Джиневры, за одной из раздвижных панелей тёмного дуба, которым были обшиты стены.

Волнуясь, королева вдавила внутрь один из замысловатых витков, украшающих панель по периметру. Тяжёлая деревянная доска бесшумно сдвинулась и уплыла внутрь и вбок. Потайной ход существовал! Что бы королеве ранее вспомнить об этом, тогда не пришлось бы предпринимать рискованный полёт прямо с башни Камелота. Теперь же она вступила в прохладный и влажный мрак, слегка пахнущий плесенью. В руках королева несла фонарь с щитками — их можно опустить и закрыть свет свечи, не туша её.

Покои Морганы находились через одну комнату на том же этаже, что и комната Джиневры. Королева отсчитала нужное количество шагов и стала искать на каменной стене какие-нибудь скрытые устройства для подслушивания.

Это оказалось просто: немного далее в каменной стене нашлась деревянная панель размером с низкую дверь. За дверцей Джиневра обнаружила глубокую нишу, наружная стенка которой была ничем иным, как имитацией каменной стены. На самом деле это был тонкий деревянный щит, замаскированный с лицевой стороны плоским камнем. Из комнаты было невозможно догадаться, что в стене имеется фальшивая вставка. А посреди деревянного щита имелось маленькое окошечко, плотно закрытое заглушкой с ручками.

Джиневра осторожно извлекла прямоугольную досочку и наощупь обнаружила неровную каменную поверхность — заглушка имитировала один из больших кирпичей, из которых сложены внутренние стены замка. Отверстие прикрывалось тяжёлым гобеленом, но слышимость была прекрасной.

Тотчас же уха королевы достиг звук голоса.

— Я не верю дяде! — резко выговаривал знакомый голос. Это был Мордред собственной персоной. — Он обязательно постарается меня унизить и поставит против меня самых сильных своих бойцов. Ты должна помочь мне и снабдить меня магической силой!

— Ты же знаешь, что проклятый колдун Мерлин только и ждёт этого. — возразил голос Морганы. — Ему только повод дай обвинить нас в нечистой игре. Он обязательно будет искать в тебе признаки колдовства. Чего-чего, а на это у старика отменный нюх. У тебя хорошая выучка, и тебе не стоит бояться соперничества.

— Я не боюсь всяких молокососов! — вскипел Мордред. — Меня беспокоят эти артуровы любимцы! Уж они-то постараются ради своего короля! Им нет большей радости, чем унизить сына Уриенса!

— Но ведь Гавейн тоже сын короля Уэльса. — возразила Моргана.

— Гавейна скорее следует признать сыном самого Артура, нежели моего отца. — ухмыльнулся Мордред. — Он до того предан королю, что вовсе забыл своё подлинное родство. А во мне все видят претендента на трон. Я и правда не отрицаю этого. У короля нет наследника, и я единственный, кто достоин трона Британии. Так что, моя победа на турнире — это моя дорога к трону. Мать, ты должна помочь мне своими магическими силами.

— Я всей душой бы рада, но, говорю тебе, это опасно. Впрочем, я могу сделать иной ход — ослабить твоих противников.

— Как это?! — вскричал Мордред, забыв об осторожности.

— Тише! Не ори, у этих стен могут быть уши! — зашипела Моргана. — Так вот, накануне турнира будет открытый пир, где будут присутствовать все бойцы. Я накажу своему верному в этом замке человеку подлить в вино одно зелье. У него довольно хитрое свойство — это избирательная магия. Так вот, хуже они себя не почувствуют и рука их по-прежнему будет тверда, а глаз зорок. Но именно с тобой у них выйдет промашка. Любой их удар, направленный в тебя, скользнёт мимо. Для этого мне нужна прядь твоих волос.

— Да хоть все бери! — вскричал в восторге Мордред.

— А вот все как раз не надо. — с гаденьким смешком заметила Моргана. — Тебе, мой друг, следует сохранять красоту лица. Как только ты войдёшь в круг избранных рыцарей Стола, начни потихоньку притираться к королеве. Джиневра страшно честолюбива и не слишком любит брата нашего, короля Артура. Соблазнишь её и опозоришь.

— Невелика честь. — с сомнением заметил племянник короля. — После такого предательства ожидать преданности от своего двора?