Забудь меня (СИ) - Истомина Елена

— Успокойся, Марин. Сейчас все решим. Я еду. Приведи пока себя в порядок.

Первым делом, я сходила в туалет, наскоро приняла душ и закапала капли в глаза. Начала собирать Вещи готовясь, отправится вслед за дочерями, но Галя силой утащила меня на кухню покормить. Мне кусок в горло не лез, но я понимала, что надо. Силы мне очень нужны.

— Семен Альбертович, что и не ночевал сегодня дома? — виновато спросила я.

— Да какой там! Весь город на уши уже в восемь часов вечера поставил.

— А что ему сказали охранники из торгового центра?

— Сказали, что им очень хорошо заплатил частный детектив, чтобы проучить неверную жену. Номера машины, у твоих похитителей оказались липовыми. Подготовились.

— Откуда у Лены такие колоритные знакомые, мне интересно?

— Ооо! Это та еще птичка! С яхты на яхту у богачей кочует, — презрительно усмехнулась Галя. — Кирилл, вот ходит к ней каждый вечер, а я и не знаю, как подступиться и сказать, что она, мягко говоря, не стоит его внимания. Прям боюсь, что снова окрутит парня.

Уже не окрутит. Теперь это было точно понятно, но я, естественно, промолчала. Хотя, услышанное от Гали, меня весьма удивило. Я думала, что Лена реально по Кириллу с ума сходит и на такой шаг от искреннего отчаяния пошла. А так, выходит, вообще не пойми, что, ей-богу!

— Зачем ей Кирилл, при таком раскладе?

Да шобы был! Вот мое и не трогай!

Да, действительно. Такое поведение очень импонирует Лене.

Когда на кухню вошёл Семен Альбертович, я не усидела, подскочила.

— Вы пока кушайте, а я пойду вещи до собираю и поедем.

— Не нужно никуда ехать, Мариночка, успокойся. Я объявил ее машину в перехват, до Екатеринбурга они не доедут. Ночью, скорее всего, спали, так, что далеко не уехали. Девочек, привезут сюда. А Лена, получит срок за организацию похищения.

Я невольно вздрогнула, не ожидая такого поворота.

— Срок бы не хотелось, наверное, Лизе мама нужна, как ни крути.

— А вот о Лизе должна была думать она, и прежде, чем все это затевать! — деверь повысил тон, глаза его горели злобой. Так что я не решилась спорить с ним дальше.

Покоя не давала одна мысль, и я ее озвучила:

— А если она машину поменяла или поменяет? Давайте все же поедем! Пожалуйста!

Я ничего не могла с собой поделать, сердце просто кровью облевалось от тревоги за дочерей.

— Марин, выпей успокоительного, отдохни. Из аэропорта сюда уже едет Кирилл, вместе и решим, как быть.

Но я для себя уже все решила и была готова хоть пешком бежать за дочерями, до самого Екатеринбурга.

На сердце было очень неспокойно, и усидеть на месте, просто не представлялось возможным. Я металась по комнате, как зверь по клетке. Каждая минута, проведенная без дочерей, была ровна мучительной вечности.

Нина минуточку. Ни на секундочку! От себя их не отпущу! Только бы найти живыми и здоровыми!

— Марина! — я даже не успела еще обернуться на голос Кирилла, а уже оказалась в его крепких, горячих объятиях

Очень захотелось прижаться к нему всем телом. Расслабиться и расплакаться, выпуская скопившееся за все это время напряжение, но испугавшись, что в гостиную в любой момент могут войти, я поспешила отпрянуть от мужчины. Но он и не думал разжимать своих рук.

— Пусти!

— Все хорошо. Успокойся. — Мужчина ласково мне улыбнулся, внимательно всматриваясь в мое лицо. — Ты капли в глаза уже закапала? Противовирусное приняла? Ты же всю ночь на холоде была, жутко замерзла, наверное, надо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

О противовирусном я действительно не подумала, не до того было.

— Кирилл! Прошу тебя! Поедем следом за ними! Я не могу просто так сидеть и ждать! Я с ума сойду, — я таки не удержала слез. — Это невозможно.

— Тише, хорошая. — Кирилл пальцем нежно вытер мои слезы. — Их ищут уже по всей стране. Давай подождем до завтра, если их не привезут, вылетим в Екатеринбург первым же рейсом. Он в шесть часов вечера.

— Это же еще больше суток! Я не могу столько ждать! Мы за это время полпути уже преодолеем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Марин! Ты на себя посмотри! Тебя трясет, у тебя севший голос и опухшие глаза. Как всегда, бывает у тебя перед простудой. Хочешь по пути с воспалением легких свалиться? Только больше проблем наделаешь, нам всем! И девчонкам все равно не поможешь. Отлежись сегодня. Выпей противовирусного, выспись. К вечеру баньку истоплю, пропаришься.

Я на миг прислушалась к себе, поняла, что чувствую себя реально прескверно, но готова была держаться до последнего. Лишь бы как можно скорее увидеть дочерей.

— Я высплюсь в машине, мы возьмем с собой горячий чай с лимоном, и даже не спорь!

Кириллу оставалось только лишь смириться с моей решимостью и уступить.

Чтобы не отдыхать в дороге, он взял с нами Антона, крепкого, молодого парня из службы охраны генерала.

Мы торопились, как могли. Весь путь проделали на предельно допустимой скорости и все равно не успели

Глава 31

Слова сына ранили глубже самого длинного ножа. Он пусть не прямо, но вполне внятно доносил до меня ту истину, которую я знал и видел всегда. С самого первого дня. Просто не хотел официально признавать ее существование, озвучивать ее не хотел. Так как люблю сына, по-другому, конечно, но не меньше, чем жену.

А еще, с самого начала мне и самому было интересно ее проверить, насколько сильно она меня любит и насколько морально устойчива. Как скоро поведется на дерзость и настойчивость молодого нрава и тела.

Она не велась, упрямо сжимала руки, из последних сил иногда сдерживаясь, чтобы не навешать наглецу оплеух. Глотала слезы. А каждую ночь со мной неистовствовала в доказательство своей любви. И мне это чертовски нравилось! Заводило, будоражило! Добавляла огня в отношения.

Маришка доказала мне свою верность и преданность. Я даже был искренне благодарен за это сыну.

Но упрямец, весь в меня и не сдавался. Но марина научилась совершенно не обращать на него внимания. Она была моя. Полностью и безраздельно. Такая тихая, послушная, уютная и на все готовая, что лет через пять привыкнув к ней, как к любимому, уютному банному халату, который всегда под рукой. В сексе она тоже консервативна, только вечером и только в постили и я заскучал. Вследствие возраста, появились проблемы с эрекцией, и чтобы держаться бодрее и на плаву, мне пришлось завести отношения на стороне. Даже не отношения; ебля на пару раз с каждой, не больше. Завоевать очередную, довести до оргазма разными способами и кончать им в ротик, боже! Как же это, обжигающе, порочно. Крыше сносно! Снова чувствовал себя альфа самцом, как в семнадцать.

Перед мариной, конечно, немного чувствовал себя виноватым, понимал, что, если девочка узнает, я разобью ее такой идеальный, чистый мир. Сожгу ее наивное сердечко, наплюю в душу. Она была очень уверена в себе, за счет своей молодости и во мне. Считала меня идеальным, самым лучшем на свете. Говорила мне об этом каждый день. Искренне говорила, и таким я для нее и хотел оставаться всегда и несмотря ни на что. И поэтому, компенсируя свою вину, я старался угождать ей во всем в быту. Самые лучшие платья, шкатулки ломились от украшений, а туалетные столики от косметики. Трижды в год, летом, на майские и зимние праздники, выезжали отдыхать. Не жалел денег на ее хобби. Все в доме было завалено всякими формочками для выпечки, инструментами и шприцами. Не жалел денег даже для ее матери. Хоть ей-то уж точно ничем обязан не был.

Хотя… она же воспитала для меня самую чудесную на свете девочку. Мою любимую, девочку. Вернувшую меня к жизни в очень тяжелый момент, Марина, стала моим ангелом, моим спасением. Наши чудесные дочери, нескончаемым источником счастья для меня. Потерять их, я боялся больше всего на свете. А, как известно — то, чего больше всего боишься, по закону подлости однажды и случается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ведь каждый раз, когда трахал очередную шалаву у себя в кабинете, побаивался того, что неожиданно может нагрянуть жена. Но эти мысли лишь больше разогревали и будоражили, добавляя львиную долю кайфа.