Война Невменяемого - Юрий Иванович

Только Желудь попытался пригнуть слишком приподнятые головы со словами:

– Кто бы они ни были, но нам лучше на глаза не показываться. Так что лежите гнилыми тряпочками и старайтесь не дышать. Вон видите, у них несколько шаманов прямо на траву попадали и отключились? Наверняка отделенным сознанием подались вслед за погоней.

А Вор меланхолично добавил:

– Хорошо, если вслед за погоней. Но если и тут порыскать решат, то в землю зарыться мы никак не успеем.

Воин чуть подумал и добавил:

– Чтобы нас увидеть, им достаточно только чуть выше подняться.

– Тогда спешно отползаем вон в те кусты, – скомандовал Желудь, чем вызвал недовольную гримасу на лице Пастуха:

– Чего пылить и греметь костями? Прятаться – только большие подозрения на себя возводить. Лежи и отдыхай, а там дальше посмотрим…

Глава 15

Поиск пищи

На следующий день самозваный корпус надзирателей воли перебрался на другое место. Новый лагерь разбили на более удобном с точки зрения обороны взгорье. Удобный выход на него существовал только один, и там без труда в случае боя можно держать неприступную оборону. Ко всему прочему, на взгорье и его окраинах стояло несколько рощиц и более десятка гигантских хаузпич, в которых болары могли замаскироваться полностью. Да и вести наблюдения оттуда им было намного удобнее.

Подобных лагерей в округе существовало превеликое множество, потому что расположить все службы большой стройки в населенных пунктах ордынцы и не мечтали. Каждое хозяйственное звено и его руководители насчитывали в своем составе невероятное количество людей, а посему располагались там, где им казалось наиболее удобным. В этом пыльном хаосе новый лагерь мнимого корпуса совершенно не бросался в глаза и не вызывал даже малейшего подозрения.

После обустройства все Эль-Митоланы, незадействованные в охране, устремились отделенными сознаниями в Шейтарову Балку и ее окрестности для поисков полостей и пещер. Найти подходящие места для окончательной передислокации всех сил легиона требовалось быстро. К тому же следовало учитывать, что еще придется создавать условия для незаметного перелета драконов на новые позиции. А ведь сотворение мрачной и беспросветной непогоды не только потребует огромного расхода магической энергии, которую потом к моменту атаки надо успеть восстановить, но и может вызвать нежелательные подозрения со стороны местных строителей. Как выяснила разведка, по приблизительным подсчетам, только шаманов в Шейтаровой Балке было не меньше тысячи. Все они отдавали свои силы на дробление скал, но ведь кто-то постоянно был занят и просмотром окрестностей в беглом режиме. Значит, наверняка среди них существовали и силы сыска или наружного наблюдения. Такие просто по своей должности будут обязаны заинтересоваться неожиданными и весьма редкими для здешнего климата изменениями погоды. Так что Эль-Митоланы легиона ни на какие другие дела не отвлекались, только поиск.

В связи с этим гораздо большую свободу получил лидер разумных растений и закрепленные за ним помощники из стаи. Тогда как Караг со своими подчиненными занимался разведкой, сопровождением людей при вылазках и оповещением о замеченных отделенных сознаниях противника, Спин полностью переключился на исследования воздействия жезлов на своих соплеменников. А попутно – ближней и дальней обороной нового лагеря.

Как и планировалось, основной упор при пробах и попытках воздействия жезлами делался на некоторые различия в подаваемых древними артефактами командах. Получалось, что при совместном употреблении драконьих и ордынских жезлов итоговая команда хоть ненамного, но менялась, и тогда лишенные воли болары испытывали определенную дезориентацию. Для проб и испытаний удалось выловить в густых лесах восемь диких собратьев и, пользуясь самыми простыми пищалками, доставить в лагерь.

Сказать, что накануне Спин расстроился, узнав про похищение Мирты, – значит ничего не сказать. Потому как он сразу решил, что в этом только его вина, утверждая, что, останься он со своими наилучшими воинами на день в лагере, баронету никто не смог бы выкрасть. Сколько его ни убеждали в бессмысленности такого самобичевания, лидер боларов продолжал упорствовать, заявляя во всеуслышание:

– Не стоило нам всем лететь в горы! Особенно мне! С розыском диких собратьев могли справиться двое, максимум трое. Зато все остальные оказали бы самую существенную помощь в задержании этих ублюдков.

Затих он и задумался только после того, как Невменяемый высказался со всей твердостью:

– Послушай, дружище, не трави душу! И запомни: во всем, что случилось, виноват только командир отряда. Подобную беду следовало предвидеть именно мне и соответственно предусмотреть самые действенные варианты защиты. Так что винить следует только меня…

Но скорей всего, именно от несогласия с командиром Спин на следующий день старался вести свои исследования только поблизости от лагеря. К слову сказать, результаты их становились все более и более оптимистическими. Чередуя и совмещая самые разные сигналы от управленческих жезлов, удалось понемногу выстроить схемы влияния и выяснить закономерности. Правильнее сказать: закономерные сбои в подаче и доходимости сигналов. И уже к вечеру дело с отдачей приказов пошло к явному усовершенствованию. Так, например, если шаманский жезл заставлял летающие растения тянуть камень, то при наложении сигнала драконьего жезла «Принять вправо» бол ары просто резко садились на землю. А при усилении этого сигнала еще тремя драконьими жезлами начинали тянуть камень в обратную сторону. Четкого знания происходящих при этом процессов экспериментаторы осознать не могли. Тем более выявить верные, гарантированные закономерности. Но и начальные результаты говорили о правильности исследований и перспективности выбранного направления.

В общем, если бы не вчерашние потери, то Спин был бы совершенно счастлив и доволен. А так его весь день преследовало некоторое раздражение и нервозность. Наверняка именно поэтому он не на шутку встревожился, когда один из помощников, отвечающих за дальнее наблюдение, поздним вечером примчался к нему на всей возможной скорости.

– Что случилось? – всполошился лидер, не дожидаясь доклада.

– Все спокойно и без экстренных происшествий, – сразу же успокоил помощник своего командира. – Только вот наши наблюдатели с той стороны заметили одну немаловажную странность.

– Конкретнее! – потребовал Спин.

– Ранним утром один из наблюдателей четко отметил вынырнувший фиолетовый комочек отделенного сознания. Причем тот вынырнул прямо из толщи скал. И зигзагами, словно в разведке, отправился в сторону нашего лагеря. Через час он вернулся по прямой и совершенно неожиданно вонзился в камни в том самом месте, откуда и появился. Наш наблюдатель тогда еще не придал этому событию особого значения. Но когда к нему прилетел сменщик, они посовещались и решили на всякий случай вдвоем более пристально понаблюдать за странным участком. Через несколько часов точно с того же места вновь вынырнуло чужое отделенное сознание и уже полностью целеустремленно понеслось к лагерю. Но теперь за ним следом, на достаточном расстоянии и высоте, полетел наш второй наблюдатель. Во второй раз чужак мотался среди шатров намного дольше и, только начав тускнеть от бессилия, одним всплеском унесся на прежнее место. Момент его вонзания в камни уловил оставшийся на месте первый дозорный. Из чего мы сделали вполне естественный вывод, что там существует полость или пещера, в которой очень тщательно замаскировался вражеский наблюдатель.