Великая Отечественная. Хотели ли русские войны? - Марк Солонин

Несомненно, Гитлер верил, что план «Барбаросса» прославит нацистскую Германию. Ибо план был рассчитан на молниеносную победу, на блицкриг. Ведь любой здравомыслящий стратег не будет планировать войну на длительный срок. Поэтому блицкриг всегда был в почете у агрессоров. Теория блицкрига была разработана в начале XX века и положена в основу военной стратегии Германии. Она обосновывала возможность избежать затяжной войны, исключить борьбу на два фронта, разгромить противников поодиночке и достичь победы при наличии меньших, чем у них, экономических и военных потенциалов за счет массированного применения новейшего оружия и боевой техники. При этом упор делался на использование танковых соединений, механизированной пехоты и пикирующих бомбардировщиков люфтваффе. Совместными усилиями танки, мотопехота и авиация должны были проломить брешь в обороне противника, прорваться в тыл, разгромить узлы управления и связи. Очень схоже с теорией глубокой операции, разработанной в 30-е годы прошлого века в Красной армии.

Однако Гитлер и штаб оперативного руководства Верховного главнокомандования вооруженных сил (ОКВ — от нем. Oberkommandos der Wehrmacht — Верховное Главнокомандование вермахта) не учли или не захотели учесть то, что характер войны в XX веке серьезно изменился. Массовые, многомиллионные армии, высокий уровень фортификации, новая боевая техника и оружие, наличие значительных стратегических резервов требовали иного подхода при разработке плана войны. Расчет на скорую победу был возможен только против слабого противника, имевшего небольшую территорию и недостаточные людские ресурсы и материальные средства. Таковым Гитлер считал Советский Союз. Основания для этого, скажем прямо, были, о чем пойдет речь ниже. Однако они не были определяющими, и новый «властелин» жестоко просчитался, недооценив военно-экономический и морально-политический потенциалы Советского Союза, его возможности по наращиванию боевой мощи Красной армии, а также факторы времени и пространства.

Итак, что же предусматривал “Barbarossa Fall”?

Прежде чем подписать этот план, в Генеральном штабе сухопутных войск Германии с 29 ноября по 7 декабря 1940 г. была проведена военная игра под руководством первого оберквартирмейстера генерал-майора Ф. Паулюса (будущего генерал-фельдмаршала, потерпевшего сокрушительное поражение под Сталинградом). На этой игре проверялись конкретные наработки к плану войны с Советским Союзом. На первом этапе разыгрывалось вторжение войск вермахта в приграничную полосу СССР, проводилось «обсуждение оперативных возможностей после достижения первой оперативной цели»[73]. На втором этапе отрабатывались действия германских войск при их наступлении до рубежа Минск, Киев, а на третьем — за этим рубежом[74].

Результаты военной игры были обсуждены 13 декабря с высшим командным составом и учтены в окончательном варианте плана нападения на СССР, в директиве № 21 от 18 декабря 1940 г.[75]. В ней вооруженным силам Германии ставилась задача «разгромить Советскую Россию в ходе одной кратковременной кампании». Замысел состоял в том, чтобы быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот расколоть фронт главных сил Красной армии, сосредоточенных в западной части России, и, используя этот прорыв, уничтожить разобщенные группировки советских войск. При этом основные силы Красной армии намечалось уничтожить западнее линии Западная Двина, Днепр, не допустив их отхода в глубь страны. В дальнейшем планировалось овладеть главными стратегическими объектами — Москвой, Ленинградом, Центральным промышленным районом, Донбассом и выйти на линию Архангельск, Волга, Астрахань. Конечная цель кампании состояла в создании «заградительного барьера против азиатской России по линии Волга, Астрахань».

Решающая роль в осуществлении этого замысла отводилась танковым войскам и авиации. Первый удар планировалось нанести силами группы армий «Север» (16-я, 18-я армии и 4-я танковая группа) из Восточной Пруссии на Ленинград. Всего 29 дивизий, в том числе 6 танковых и моторизованных. Наступление группы армий «Север» поддерживал 1-й воздушный флот, имевший 1070 боевых самолетов. Второй удар наносили войска группы армий «Центр» (4-я и 9-я армии, 2-я и 3-я танковые группы) из района Варшавы на Минск, Смоленск и далее на Москву. Всего на центральном направлении было сосредоточено 50 дивизий, в том числе 15 танковых и моторизованных, а также 2 моторизованные бригады. Действия группы армий «Центр» поддерживались 2-м воздушным флотом, насчитывавшим до 1680 боевых самолетов. Третий удар предусматривалось нанести группой армий «Юг» (немецкие 6, 17, 11-я армии, 1-я танковая группа, румынские 3-я и 4-я армии и подвижный венгерский корпус) из района Люблина на Житомир, Киев и далее на Донбасс. Всего на этом направлении были задействованы 57 дивизий, в том числе 9 танковых и моторизованных, и 13 бригад. Поддержка группы армий «Юг» возлагалась на немецкий 4-й воздушный флот (около 800 самолетов) и румынские военно-воздушные силы (до 500 самолетов).

План военного нападения на Советский Союз был умело прикрыт дезинформационными мероприятиями. По указанию Гитлера начальник Генерального штаба Верховного главнокомандования генерал-фельдмаршал В. Кейтель подписал 15 февраля 1941 г. специальную «Директиву по дезинформации противника». В соответствии с нею отдел разведки и контрразведки штаба разработал и осуществил многочисленные акции по распространению ложных слухов и сведений. Перемещение войск на восток подавалось «в свете величайшего в истории дезинформационного маневра с целью отвлечения внимания от последних приготовлений к вторжению в Англию». Были напечатаны и распространены в массовом количестве топографические материалы по Англии. К войскам прикомандировывались переводчики английского языка. Одновременно подготавливалось «оцепление» некоторых районов на побережье проливов Ла-Манш, Па-де-Кале и в Норвегии, а также распространялись сведения о мнимом авиадесантном корпусе. На побережье устанавливались ложные ракетные батареи. В войсках циркулировали сведения в двух вариантах: в первом — что они идут на отдых перед вторжением в Англию, во втором — что немецкие соединения будут пропущены через советскую территорию для выступления против Индии. Чтобы подкрепить версию о высадке десанта в Англию, были разработаны специальные операции под кодовыми названиями «Акула» и «Гарпун». Пропаганда целиком обрушилась на Англию и прекратила свои обычные выпады против Советского Союза. Как всегда, в работу включились дипломаты.

В связи с решением Гитлера расширить масштабы операции «Марита» (нападение на Грецию) в план операции «Барбаросса» 7 апреля были внесены изменения, предусматривавшие перенесение ее начала на более поздний срок и завершение всех подготовительных мероприятий приблизительно к 22 июня 1941 г. В этот день, согласно решению принятому 30 апреля на совещании высшего командного состава вермахта, намечалось начать восточный поход. Главнокомандующий Сухопутными войсками генерал-фельдмаршал В. Браухич заверил фюрера, что Красная армия будет разбита в ходе «ожесточенных приграничных сражений» за четыре недели, после чего «нужно будет считаться лишь с незначительным сопротивлением»[76]. В свою очередь начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Ф.Гальдер заявил: «Советская Россия все равно, что оконное стекло: нужно только раз ударить кулаком, и она вся разлетится на куски»[77].

По утверждению всех высших военных руководителей того времени Генеральный штаб Красной армии не располагал данными о планах вероятного противника. Вернее, советская разведка сумела добыть определенную, но не всю, информацию о подготовке к нападению на СССР.

Но не это было главным в тяжелом исходе приграничных сражений летом 1941 г. Величайший вождь всех времен и народов И. В. Сталин в конце 1940 — начале 1941 г. стоял на распутье — нападать или обороняться? Раздумывал он долго, так долго, что пришлось летом сорок первого заплатить высокую цену за нерешительность. И, если кто-то верит, что решения в то время принимались коллегиально, то это глубокое заблуждение. Вождь всегда бывает один, и только он вершит делами, даже если у него имеется в кармане запасный вариант — коллегиальный орган. Мы еще скажем о том, что был вариант — нанести упреждающий удар по готовому к нападению агрессору. Почему-то все этого стыдятся: как бы не обвинили в агрессии! Какой, спросим, агрессии? Германские войска к 22 июня 1941 г. не находились на своей территории, а на захваченной ими земле в результате нападения на Польшу или на земле своих союзников. И если бы Красная армия нанесла упреждающий удар, то он не пришелся бы по германской территории. Ведь никто же не будет ждать того момента, когда змея совершит бросок и ужалит. Самый лучший способ защиты — нанести удар по изготовившемуся к броску гаду, или, в крайнем случае, убежать, если, конечно удастся.