Фантомы - Стюарт Вудс

— Ну спасибо, Денни. Сколько я тебе должна?

— О, пару сотен, я полагаю. И вот что я тебе скажу, давай я поставлю тебе хорошую систему охраны, скажем, сотен за восемнадцать — поверь, это дешево — и мне не придется здесь чистить. Поскольку они уже не смогут снова поставить тебе жучка.

— О, даже так? Но как же они тогда поставили жучка в другой дом?

— Только одним из двух способов, — доверительно сказал Берджес. — Или они знали код, что невероятно, или ваш приятель однажды позабыл включить систему тревоги, а им повезло.

— Скорее всего, второе, я думаю. На него похоже. Значит, точно, Денни, сделай мне вашу систему.

Она подошла к столику в прихожей и дала ему ключ.

— Для твоего удобства, — сказала она. — Я весь день и каждый день в офисе.

— Ну и правильно, Кэти, — сказал он, кладя ключ в карман. — Я постараюсь смонтировать ее в течение этой недели. Это как раз моя работа. А слушай, можно из этой ситуации выжать еще кое-что.

— И что же это?

— Давай я послежу за тобой несколько дней. Я вычислю, кто это, и немного с ним потолкую.

Она с минуту подумала над этим предложением.

— Нет, пока, во всяком случае, нет еще. Мне бы не хотелось, чтобы котел кипел сильнее. Хотя, как только я надумаю, я дам тебе знать.

— Да уж, дай. Я не прочь потолковать с ним.

— Спасибо, Денни.

Она выпустила его из дома и прислонилась к двери. После него она чувствовала себя лучше. На кой черт за ней следят и ставят жучки в доме? Она устало потащилась вверх по лестнице, вытирая волосы полотенцем, размышляя.

Глава 24

Гельдер проснулся мгновенно, боясь пошевелиться. Его разбудил шум, шум двигателей судна. Его щека, которой он лежал на пластиковом сиденье, была мокрой от пота, он не поднимал головы, пока его колыбель раскачивалась и подпрыгивала на месте швартовки, а потом успокоилась, когда шум двигателей удалился. Он сел. Внутри небольшой эллинг был слегка освещен светом, попадавшим снаружи. Он посмотрел на часы — только что миновало шесть часов по местному времени. Но вот шесть вечера или утра? Вечера, решил он, того самого дня, когда началось его задание.

Он почувствовал необходимость быстренько перебраться куда-нибудь в другое место — в этом эллинге ему не стоит находиться. Он расстегнул пластиковый пакет и наткнулся на нейлон. Поскольку сейчас вечер, он выбрал темный наряд — пиджак цвета морской волны с бронзовыми пуговицами, серые поношеные слаксы, черные мокасины, белую распашную рубашку, полосатый галстук. После такого заплыва он чувствовал себя чистым, хотя не мешало бы побриться. Не здесь, конечно. Он скрипнул дверью эллинга и осторожно огляделся. Ближайший дом был освещен, но вокруг никого не было. Он быстро двинулся по берегу прочь от эллинга, направляясь к калитке в высокой изгороди. Примерно через двадцать метров стоял другой дом. Тут должна быть дорога, подумал он, и она, видимо, проходит за этими домами. Он шел вдоль ограды, посматривая, не встретится ли кто. Он слышал удары ракетки по теннисному мячу и смех, затем он увидел за домом корт и пару играющих молодых людей. Если они и видели его, внимания не обратили.

Он вышел к гудронированному шоссе и посмотрел в обоих направлениях. А какая разница? Он определил местоположение по солнцу и двинулся в его направлении. Стокгольм должен быть на западе, а ему и нужно в Стокгольм, где он затеряется среди толпы. Он шел быстро, но не торопливо, как должен идти человек, который знает, куда ему надо, и который не паникует. Примерно через километр он вышел к перекрестку и к автобусной остановке с будкой на обочине. Он изучил расписание в рамочке — автобус на Стокгольм идет каждые двадцать минут. Хорошо. Он посмотрел в обе стороны дороги. Одна за другой прошли две машины, пешеходов же не было видно. Он присел в будке, открыл свою сумку и начал в ней копаться, распределяя имущество.

У него было — восемнадцать тысяч шведских крон, сто семьдесят долларов и тысяча долларов в туристских чеках, на которых он уже расписался как Карл Свенсон. У него был бумажник, кредитная карточка «Виза», карточка «Америкен Экспресс» — все потрепанное, но годное. У него был американский паспорт со штампом сегодняшней въездной визы и неиспользованный билет из Стокгольма до Нью-Йорка скандинавской авиакомпании «Эр Системз». Еще у него была смена одежды, туалетные принадлежности, его бумага для рисунков; еще карта Стокгольма и путеводитель по Швеции. Он был вооружен девятимиллиметровым автоматическим пистолетом с двумя обоймами. Все это он распихал по карманам, кроме пистолета и обойм. Они ему были не нужны, они казались чужеродными в его хозяйстве. Тем более, что свой путь из Швеции он не собирался проделывать с помощью стрельбы. Он сунул их обратно в сумку. При первой же возможности нужно от них избавиться. Из несессера он взял маленькую бритву, работающую на батарейках и быстро стал водить ею по лицу, затем тщательно причесался. Из зеркала в футляре от бритвы на него глянуло неожиданно нормальное лицо.

Подошел автобус, и он вскарабкался внутрь.

— На Стокгольм? — спросил он у водителя.

Мужчина кивнул.

— Шестнадцать крон, — сказал он по-английски.

Гельдер протянул ему пятидесятикроновую банкноту и получил сдачу, довольный, что водитель автоматически заговорил с ним по-английски. Он уселся чуть ли не в самом конце автобуса. В салоне находилось не более полудюжины пассажиров. Он был голоден как волк, но старался не думать об этом. Он развернул карту Стокгольма и тщательно рассмотрел ее, затем обратился к путеводителю. Он думал о том, где питаться, где скрываться, и еще — доки. Удовлетворенный тем, что разобрался с этим городом, он отдал должное усталости и вздремнул, удивляясь собственному спокойствию в таких условиях.

Он проснулся, когда въехали в предместье Стокгольма, и, зачарованный, рассматривал проносящиеся строения. Здесь все отличалось от советских городов. Все дома были опрятными и хорошо отделанными, в отличие от Москвы и Ленинграда, где в порядке содержались только общественные здания, да и то не все. И здесь было гораздо больше деревьев, чем он ожидал. В России во время Великой Отечественной войны деревья были вырублены на дрова в городах, и потом посадки были восстановлены лишь частично. Также его поразило огромное количество магазинов, и несмотря на то, что на улицах были толпы людей, очередей не наблюдалось. Движение было оживленным, но это были частные легковые автомобили, и никаких военных грузовиков.

На центральной автобусной станции он отыскал такси и попросил отвезти его в старую часть города. Он вышел недалеко от королевского дворца и побрел по узким улочкам старого города, ведущим отсчет своего времени, как ему было известно, аж с четырнадцатого столетия. Вскоре он дошел до маленькой гостиницы под названием «Лорд Нельсон». Свободных номеров не оказалось, но молодая женщина за стойкой позвонила в гостиницу за углом, принадлежавшую той же компании.

— Вам повезло, — сказала она. — У них как раз есть одноместный номер, от которого отказались. А вообще в это время года у нас битком набито.

Она выдала ему карточку отеля «Леди Гамильтон» и направление. Через несколько минут он уже был помещен в крошечный, едва ли больше каюты корабля номер, хоть и красивый. Он развесил одежду и задумался, что же делать с оружием. Открывая шкафы и столы, он наткнулся на крошечный холодильник, набитый пивом и спиртным. Сдвинув их, он положил пистолет и боеприпасы к задней стенке морозильника. Ему не хотелось думать, что шведы только тем и занимаются, что обыскивают комнаты американских туристов. Ведь там, у стойки, у него даже паспорт не спросили.

Покинув гостиницу, он отыскал ресторан, где волком набросился на обед из четырех блюд и бутылку вина. Затем, наевшийся и усталый, он добрел до своего номера и постели, слишком измученный, чтобы думать о чем-то кроме отдыха. Первая ночь Гельдера в свободном мире прошла без сновидений.

Глава 25

Рул проспала и теперь вынуждена была спешить, чтобы вовремя попасть на совещание ЕКСОМ ДВА. Конференц-зал был уже погружен во тьму, когда она вошла на цыпочках и заняла свое место. Пегрем из отдела Перспективного Анализа, стоя у экрана, на котором светился спутниковый снимок, что-то монотонно бубнил, объясняя.

— Здесь вы видите завод имени Ленина по производству самолетов во Пскове, в западной России, недалеко от эстонской и латвийской границы. Строительство завода началось четыре года назад, и уже больше двух лет он работает, хотя, по самым строгим нашим оценкам, далеко не на полную мощность. Это здание, почти в милю длиной и четверть мили шириной, достаточно велико для производства как раз военных самолетов — транспортов для перевозки войск самой большой численности. Завод построен только для этих целей, но из-за уменьшения заказов на строительство таких больших самолетов работы шли только на конструкторском уровне, в результате чего мы имеем вот что.