Небесный лабиринт - Джилиан Рубинстайн

— Ого! — выдохнула она, — Какая красота!

Некоторое время все трое стояли неподвижно, загадочным образом объединенные судьбой лабиринта. «Мы сделали это, — подумал Бен. — Мы сделали это вместе, и доказательство лежит на ладони у Элейн — весомое и прекрасное. Впервые в жизни я одолел Даррена. Он больше никогда не сможет командовать мною».

Он поежился при воспоминании о том, через что им пришлось пройти. Теперь все это осталось позади, и Бен знал, что в будущем обязательно встретится с новыми страхами, но ему будет гораздо легче преодолевать их, не накапливая в подсознании горьких воспоминаний. Он подумал о своем брате. Если бы Даррен не был Дарреном, игра никогда не стала бы такой волнующей и интересной. Это поразительное открытие заставляло его совершенно по-другому взглянуть на жизнь. Бен все еще пытался осмыслить случившееся, когда Даррен протянул руку и мягко похлопал его по плечу.

— Пошли, — сказал он. — Отец наверняка беспокоится.

Бен оторвал взгляд от Небесного лабиринта и посмотрел на старшего брата.

— Ты растешь, — прошептал он. Он протер глаза, словно у него было что-то неладно со зрением, а когда снова открыл их, Даррен вернулся к своему нормальному росту.

«Ну что ж, — подумал Бен, тоже похлопав брата по плечу, — Когда-нибудь я сравняюсь с ним, это уж точно!»

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Загородную поездку вряд ли можно было назвать удачной. От плавания под парусом пришлось отказаться из-за непогоды, а ленч устроили прямо в автомобилях. Затем, поскольку Эндрю и Пол промокли насквозь, а дождь все не ослабевал, Кейт и Грэхем решили возвращаться по домам. Оба отца были слегка обескуражены, но остальные выглядели необычно умиротворенными, хотя Бен и Элейн засыпали на ходу, Эндрю дрожал от холода, а на лицах Пола и Даррена блуждали мечтательные улыбки, как будто их подвергли очень тонкой лоботомии.

— Кто с кем поедет? — поинтересовался Кейт.

За ленчем Джон говорил очень мало. На яхте он сумел на короткое время забыть о Марио, но как только плавание закончилось, он снова забеспокоился.

— Вы можете высадить меня у госпиталя? — упавшим голосом спросил он.

— Я пойду с тобой, — торопливо добавил Эндрю.

— Врачи оставят тебя там, если ты появишься в таком виде, — заметил его отчим. — Сначала тебе нужно поехать домой и переодеться.

— Ах да, я и забыл. Ладно, зайду попозже. — Эндрю перегнулся на сиденье и зашептал на ухо Джону: — Можешь не беспокоиться, с Марио все в порядке.

— Почему бы нам не взять Линду? — спросил Пол у своего отца. — Она может немного погостить у нас, а потом мы отвезем ее домой.

— О'кей, — согласилась Линда, явно польщенная этим предложением.

«Ну что ж, по крайней мере, все получили то, что хотели», — устало подумала Элейн. Умом она понимала, что следовало бы быть на седьмом небе от счастья, но почему-то не могла радоваться. Она страшно устала. Решение загадки Небесного лабиринта, насколько она могла видеть, ничего не решило для нее в реальной жизни. «Пожалуй, Даррен больше не будет нападать на Бена, — подумала она, взглянув на братьев, честно поделивших пакет с картофельными чипсами, — И наверное, Бен научится отстаивать свое мнение. У Эндрю и Пола тоже все будет в порядке». В этот момент Эндрю и Пол убирали остатки ленча, проявляя чудеса взаимопомощи: они швырялись друг в друга пакетами и стаканчиками, прежде чем отправить их в мусорный бачок. Элейн нащупала в кармане джинсов серебряный медальон, полученный от Бена. Прикосновение прохладного металла немного утешило ее, но она не надеялась, что это может на самом деле что-нибудь изменить.

Сборы прошли быстро: все торопились попасть домой. Чувствуя себя все более и более несчастной, Элейн свернулась в клубок на заднем сиденье «нимбуса». Ей не хотелось разговаривать с Беном, но она все же была благодарна за его присутствие рядом с ней. Они не успели проехать и двух километров, как она провалилась в глубокий сон.

Элейн с трудом выплыла из моря увлекательных сновидений, не вполне еще представляя себе, кто она такая и где находится. Бен тряс ее за плечо. Ей пришлось несколько секунд смотреть на его лицо, прежде чем понять, что к чему.

— Проснись, Элли! — говорил он, — Мы приехали к тебе.

Она выбралась из машины, расправив затекшие ноги. Все тело ныло, голова не соображала. Грэхем припарковался неподалеку от ворот дома Филдсов. Он не смог подъехать ближе, потому что там уже стоял автомобиль: довольно потрепанная «юта» с проржавевшими дверными ручками. Элейн сразу же узнала эту машину, и в ней вспыхнула радость, причинившая почти физическую боль. Она забыла попрощаться с Челлизами и поблагодарить их за поездку. Она даже не закрыла за собой дверцу автомобиля. С криком «Папа! Папа!» она побежала к крыльцу.

Дверь распахнулась настежь, и ее отец вышел на порог.

— Тетя Джейн позвонила ему, — рассказывала она остальным, когда они собрались в палате Марио после уроков на следующий день, — Мое поведение сильно беспокоило ее, и она решила, что мне нужно встретиться с отцом. Теперь он останется здесь, по крайней мере, до марта. Он считает, что я должна ходить на занятия к Шез Кристи.

— Потрясающе! — произнес Бен. — Как тебе удалось это провернуть?

— Я просто сказала ему. Сказала, что хочу заниматься танцами, и объяснила, чего я хочу от него. Я действительно говорила с ним, и он действительно слушал! Раньше у нас никогда так не получалось. А потом… — речь Элейн становилась бессвязной от восторга, — а потом он сказал «о'кей». Он сказал, что понимает, как это важно для меня, поэтому он собирается отказаться от другой работы и постарается найти что-нибудь поблизости. Разумеется, мне пришлось извиниться перед тетей Джейн за массу вещей. Но знаете что странно? Как только все начали слушать меня, мне стало по-настоящему жаль, что я доставляла им столько хлопот. В общем, я остаюсь здесь до марта, а после этого — кто знает?

— Давай посмотрим, во что превратился Небесный лабиринт, — предложил Марио, спустив ноги с кровати. В своей новой синей пижаме он выглядел удивительно опрятно, даже элегантно.

Элейн вынула медальон из кармана и протянула ему. Некоторое время все в молчании смотрели на маленький диск.

— Трудно поверить, что там можно было погибнуть, правда? — тихо спросил Марио. — Забавно, что все твои игры, Эндрю, заканчиваются одинаково. Как ты думаешь, это имеет какое-то отношение к твоей личности?

— Это не имеет ни малейшего отношения к моей личности, — с важным видом ответил Эндрю. — Все дело в великом профессоре Ито, создателе этих игр, а не во мне. Знаете, у меня появилось сильное желание написать ему и спросить, какого черта он там себе думает?!

— Отличная идея. Давай я напишу ему, ладно? Будет хоть какое-то занятие… если бы вы знали, до чего я устал торчать здесь!

— Я и не знал, что ты умеешь писать.

— Ха-ха-ха, очень остроумно. Тогда я продиктую письмо одной из своих горничных. Эй, сестра, неси бумагу и ручку!

— Ты можешь отослать обратно пустой диск, — заметил Бен, протягивая компакт-диск.

— Ты включал программу? — поинтересовался Эндрю.

— Да, вчера вечером, — Бен немного помедлил под выжидающими взглядами остальных. — Она выдала счет — процент исследованной площади лабиринта, количество жизней, которые мы потеряли, и количество активированных Стражей. Затем появилось некое сообщение, как после «Космических демонов»…

— А ты говорил, что я все выдумал! — быстро вставил Эндрю.

— …«Поздравляем с успешным завершением игры. Чтобы получить следующую игру серии, верните пустой диск по этому адресу». — Бен с сокрушенным видом пожал плечами, посмотрел на Эндрю и рассмеялся.

— И я полагаю, ты не успел записать адрес? — грозно спросил Эндрю.

— Честно говоря, успел в последний момент. — Он протянул листок бумаги.

— Старина профессор так же хитер, как и гениален! — воскликнул Эндрю, взглянув на каракули Бена. — Это не тот адрес, по которому я посылал «Космических демонов». Держи, Марс! Не теряй ни в коем случае!

Бен театрально застонал.

— Окажи мне услугу, не отправляй письмо прямо сейчас. Дай нам пару недель, чтобы прийти в себя.

— А как насчет медальона? — спросил Марио, подбросив диск на ладони, — Его тоже нужно вернуть?

— Нет, это принадлежит Безумной Мыши, — возразил Бен, — Отныне она будет его хранительницей.

Он взял медальон и протянул его Элейн.

КОРОТКО ОБ АВТОРЕ

Джилиан Рубинстайн родилась в Англии, там же закончила школу и университет. Она много путешествовала, а затем стала писать публицистические статьи, печаталась как кинокритик в Австралии и в Лондоне. Поселившись в Сиднее, она позже переехала в Аделаиду, где и живет со своим мужем, сыном, двумя дочерьми, собакой, кошкой и еще десятком мелких зверюшек.