НА СЛУЖБЕ РОССИИ - Аркадий Столыпин

Со своей стороны, круги, близкие к НТС, подводят первые итоги:

“Размышления над Венгерской революцией, над осмыслением революции вообще, являются не последней проблемой, над которой думают многие представители нашей молодежи. Характерен пример тех московских студентов, которые, обращаясь во время фестиваля к группе иностранных студентов, пожелали запечатлеть на магнитофонной пленке свое возмущение тем, что наша армия должна была в Венгрии выполнять роль карателей” (“Посев”, 27 октября 1957г.).

Пробуждение молодежи. В ответ на это — все те же методы: репрессии и чистки. В одном лишь Ленинграде из высших учебных заведений исключено в 1957 году 4.300 студентов. Несмотря на зажим, – появление недозволенной литературы. Время Венгерской революции – это время первых подпольных журналов в России. Советская печать сама об этом свидетельствует {См. 1-е приложение к этой главе}.

Столкнувшись с действительностью, “молекулярная теория” оказалась жизненной. Приняла, однако, на первых порах несколько анархический характер. Без общей целенаправленности. Без нужных в условиях тоталитаризма определенных тактических методов.

Не настала ли пора для зарубежного руководства НТС пересмотреть свою тактику и стратегию?

Предпосылки к Лорским решениям

Для изменения тактики и стратегии следует учесть, что происходит в лагере власти. Там – сведение послесталинских счетов (сперва расправа над главными сталинскими чекистами во главе с Берия, потом падение Маленкова, молотовской “антипартийной группы”, Жукова… позднее Булганина). В периоды такой внутрипартийной грызни тоталитаризм всегда слабеет.

В условиях временного ослабления диктатуры — первые открытые схватки с гебистами… Например, беспорядки 12 октября 1955 года на спортивном стадионе в Ереване. Просталинская (по внешней форме) демонстрация студентов и старших школьников в Тбилиси 7 марта 1956 года. Там молодежь публично срывает портреты Хрущева, Булганина, Микояна и др.

Но что скрывается в народной толще под такими бурлениями на поверхности? Чтобы судить об этом, одни показания новейших эмигрантов и крупицы правды, проскальзывающих в советской печати, недостаточны.

Во второй половине пятидесятьк годов работа в наших оккупационных войсках начинает идти на убыль. По внешним, не зависящим от НТС причинам. Скоро пресловутая Берлинская стена отделит почти полностью свободную часть города от тоталитарного мира…

Зато завязываются постепенно и крепнут связи иные. Примерно с 1956 года в связи с “мирным сосуществованием” начинается в Западной Европе “организованный” (и ограниченный) приток советских туристов. Учащается приезд спортивных команд, артистических групп… Гости из России тщательно “проверенные”. Но и тут бывают плодотворные встречи. Приезжие еще боятся везти с собою запретную литературу в Россию. Читают на месте. Встречаются с членами НТС, избегнув на короткое время попечительства гебистских “нянек”.

Особенно ценна, начиная с этого времени, работа среди моряков советского военного и торгового флотов. Тут для гебистов работа сложнее, чем с туристами и членами различных делегаций. Тех сравнительно легко подобрать по признаку благонадежности. А пойди, узнай, что у тысяч матросов, да и офицеров, творится в душе!

Итак, начиная с середины пятидесятых годов, наши корабли посещают все чаще различные порты мира. Во многих пунктах, несмотря на чинимые преграды, — встречи моряков с членами нашей организации. Ранее значительная часть кадров Союза, разбросанная за морями и океанами, была на отлете. Жила зачастую без непосредственного живого дела.

Теперь же она постепенно втягивается в прямую, насущную борьбу. Налаживает контакт, устанавливает порою длительную связь с молодежью России, служащей на флоте. Такая работа организуется в США, в Канаде, в Латинской Америке, в Австралии и, разумеется, в различных уголках Европы… Члены организации оживляются, оставаясь на месте, не отказываясь от работы, не прерывая учебы… Но такого члена НТС, получившего новый опыт, легче использовать потом в местах, более близких к родной земле; быть может, даже в самой России…

Работа с моряками вскоре приносит плоды {См. 2-е приложение к этой главе}. В июле 1956 года НТС выпускает первый номер издаваемой специально для наших моряков газеты “Вахта свободы”. На Лубянке — признаки беспокойства. В советской печати предостерегающие и угрожающие статьи {См. 3-е приложение к этой главе}. Узнаются кое-какие подробности: “Во время одной из встреч с моряками Балтийского флота установлено, что на судах заграничного плавания, во время политзанятий, замполиты читают “разъяснительные лекции” на тему о том, что из себя представляет НТС” (“Посев”, 7 января 1955 г.).

26 января 1957 года в “Водном транспорте” появляется отчет о собрании моряков в Калиниградском клубе. Тема доклада — “Тлетворная деятельность НТС”!

НТС не оставляет без своего внимания и крупных чекистов, появляющихся на Западе… Весна 1956 года. Возглавитель КГБ генерал-полковник Серов в Англии. 24 марта газета “Дейли мейль” сообщает:

“Группа свободных русских прорвала вчера вечером кордон, охранявший генерал-полковника Серова. По тщательно подготовленному плану они ворвались в советское посольство в Кенсингтоне (где Серов остановился) и засыпали его антисоветской литературой. Эта группа принадлежит к Национальному Союзу российских солидаристов”… Немедленно после этого – советская нота протеста против “провокационных действий” членов НТС в Англии. Нота – не первая и не последняя… {См. 4-е приложение к этой главе}

Вместе с рядом дипломатических нот — внезапно возросший интерес к НТС советской печати. Тактика, повторявшаяся не раз: то полное замалчивание, то поднимающаяся ввысь волна обвинений и нецензурной ругани. Вот, наглядности ради, уточнения, касающиеся поднявшейся волны того времени. Статей об НТС в советской прессе: 1953 г. – одна, 1954 г. – семь, 1955 г. – три, 1956 г. – четырнадцать, 1957 г. — тридцать четыре (это то, что учтено; на самом деле, очевидно, было больше). Итак, можно было тогда констатировать: “Горделивый “обет молчания” был нарушен в декабре прошлого — в январе нынешнего года, когда “Известия”, “Труд”, “Водный транспорт” и другие газеты почти одновременно напечатали статьи, в которых запестрело слово НТС” (“Посев”, 3 февраля 1957 г.)… Названия статей изысканные: “Ядовитые пауки”, “НТСовские приказчики и американские купцы”, “Осиное гнездо”… {См. 5-е приложение к этой главе}

Ценное признание сделано самим Никитой Сергеевичем Хрущевым. 14 сентября 1957 года, в беседе с московским корреспондентом агентства “Юнайтед пресс” Шапиро, он заявляет: “Возьмите к примеру листовки, которые забрасываются империалистами к нам и в другие социалистические страны. Что же Вы думаете, неужели мы должны “признавать” такие “течения”, разрешать небольшой группе озлобленных людей, продавшихся империалистам, распространять из-за рубежа свою грязную и гнусную стряпню? Или позволить, быть может, таким типам без роду без племени организовать свое грязное “течение” внутри нашей страны?”.

Лорские решения

Перемена тактики и стратегии НТС происходит не сразу. Кропотливая подготовительная работа. Ведется по интуиции, без предварительного ясного видения (по крайней мере, для многих членов организации) , к каким новым формам борьбы, к каким новым горизонтам движется Союз.

7 июля 1957 года (после произведенного в Руководящем круге референдума) Союз переименован. Был Национально-Трудовым Союзом. Стал Народно-Трудовым Союзом. Причина переименования? Утрата в стране представления о том, что такое “Нация”… Понятие “Народ” более ясно и доходчиво… Переименование, следовательно, – практическая уступка духу времени, уступка в пользу терминологии современного советского гражданина. Должно ли, в связи с этой уступкой, солидаристическое учение о нации отойти на задний план?.. Правда, несмотря на совершенную перемену, ставшее широко известным сокращенное название организации — НТС – остается {См. 6-е приложение к этой главе}.

В те же переходные годы готовится текст нового Устава организации. Замысел заключается в том, что такой Устав должен быть единым для зарубежных и внутрироссийских членов НТС. Для внутрироссийских групп организации — по мере того, как таковые начнут выявляться.

Разрабатывается также новый текст Программы НТС. Принимаются при этом поправки и пожелания, приходящие из России. От членов организации, находящихся там. Идейная оторванность, наступившая с конца войны, таким образом, постепенно уменьшается. Новая Программа будет окончательно утверждена 5 ноября 1959 года.