Зверолов - Владимир Поселягин

«Это хорошо. Значит, патологоанатом не обратил внимания на красненькую точку на груди, видимо менты ему все уши прожужжали, что это естественная смерть. Бывают и такие раздолбаи. Честно говоря, я на это и надеялся, попался бы фанат своей работы и по миллиметру бы исследовал тело старика, он бы понял, как тот умер… После вскрытия, естественно».

Под конец перелета я сложил газету и просто смотрел в иллюминатор. Там внизу как раз была железная дорога, по которой ползла крохотная змея состава. Правда из-за высоты я не мог понять, какого — то ли пассажирского, то ли товарного. Хотя по длине вроде пассажирский, товарный подлиннее будет. Наверное, я в этом не особо разбираюсь.

Наконец, я заметил, что мы стали снижаться, и я стал приготавливаться (пристегивать ремни). Через двадцать минут мы сели. Получив свой багаж, я спокойно прошел через здание аэровокзала и вышел наружу. Подойдя к стоянке такси, мысленно порадовался, что появился тут одним из первых, и сел в пустую машину.

— В гостиницу «Россия», голубчик.

— Сейчас, ждите пока. Сейчас люди повалят, а у нас пустые сидячие места.

— Хм, логично.

Честно говоря, меня заметно раздражала эта привычка таксистов использовать свои машины для дополнительного дохода как маршрутки, но конфликтовать я не стал. Корочек пригрозить нет, а брать его на испуг не стоило, вонять начнет, по характеру и манере говорить водителя было видно.

Наконец, водитель удовлетворился, что у него на заднем сиденье уместилось четыре человека, да еще с двумя детьми, и отъехал от вокзала. По городу мы катались довольно долго, даже стемнеть успело, пока не остановились у нового гостиничного комплекса «Россия».

— С вас два рубля двадцать копеек, — увидев протянутый рубль, он возмутился. — Но я сказал два рубля?!

— Я тебя не просил возить меня по всему городу, — холодно ответил я. — Прямой путь от аэропорта до гостиницы выходит как раз рубль. У тебя такси, а не маршрутный автобус. Будешь бузить, я расскажу, как ты обсчитал других своих пассажиров и навариваешься в этих аферах.

Подхватив чемодан, что стоял рядом под ногами, я вышел из машины и направился ко входу в гостиницу по небольшой площади, засаженной цветами и освещаемой уличными фонарями. Сзади взвыл мотор и, взвизгнув покрышками, такси с нервным водителем скрылось в переплетении улиц. Пройдя в фойе гостиницы, я прямиком направился к стойке портье, где стояли двое. Женщина, что разговаривала по телефону, и мужчина. Судя по одежде, женщина была постояльцем, а вот мужчина служащим.

— Чем могу быть полезен? — поинтересовался он у меня, когда я остановился у стойки, поставив чемодан на пол.

— У меня бронь. Игорь Соколов. Одноместный номер на сегодняшнее число.

Портье быстро пролистал журнал и кивнул:

— Такая бронь действительно есть… Но, к сожалению, свободных одноместных номеров у нас нет.

Молниеносно выбросив руку, я схватил служащего за удавку-галстук и, подтянув к себе через стойку, прошипел в лицо:

— Меня заверили при бронировании, что проблем нет, и я получу одноместный номер. Так что ищи лучше, голубчик, если не хочешь быть поломанным.

— Я милицию вызову, — прохрипел тот.

— Ага, давай, а я скажу, что ты аферист и пытался получить с меня взятку, — я отпустил его, отчего тот едва устоял на ногах. Вымогатель поправлял галстук и пытался отдышаться. Его лицо было красным от перенапряжения. В это время из бокового помещения, находившегося за стойкой, вышел другой мужчина и, заметив, как мы смотрим друг на друга, он привлек к себе внимание вопросом:

— Что-то не так, Ираклий?

— Всё нормально, — влез я. — Ваш служащий подбирает мне лучший одноместный номер согласно броне. Не так ли?

Тот только кивнул и не глядя взял за спиной с держателя ключ с биркой. Мастер.

— Это, конечно же, лучший номер? — покачал я ключ перед собой. — Ведь если это не так, я спущусь, и будьте уверены… Ираклий ведь, кажется?.. очень расстроится, что я буду разочарован… Будьте уверены.

— Паспорт, пожалуйста, — протянул тот руку, под пронзительным взглядом явно старшего служащего. Пока Ираклий записывал мои данные, служащий вернулся обратно. Быстро обернувшись, Ираклий взял мой ключ, что лежал на стойке, и быстро заменил его другим, и всё это не поднимая головы под мое одобрительное хмыканье.

Зная манеру таких вот работников зарабатывать в летний сезон, я, будучи не в самом хорошем расположении духа, решил не тратить деньги, а опустить его на землю и настроение себе улучшить. Ведь как? Сделал гадость другому, в данном случае заслуженно, и настроение поднимается.

Забрав паспорт и ключ, я подхватил чемодан, подмигнул женщине, что, продолжая держать трубку у уха, с интересом наблюдала за нашим с портье общением, и направился к лифту. Мой номер находился на четвертом этаже, подниматься по лестнице я не желал.

Номер мне понравился, окно выходило на площадь, хотя планировка была стандартная. Приняв душ в отдельном санузле, я, с обмотанным вокруг бедер полотенцем, смотрел в окно на ночной город. Красиво, между прочим.

Звонить контактеру, что отвечал за приемку груза и перевод его через пограничников, было поздновато, но я всё равно накинул свежие штаны и рубаху и спустился вниз к дежурному. Жаль, что мой номер был без телефона.

Портье неприязненно скользнул по мне взглядом, кивнул на просьбу позвонить и занялся другими клиентами.

Набрав номер, я стал ожидать, слушая гудки. Наконец с той стороны что-то щелкнуло, и ответил приятный баритон:

— У аппарата.

— Я от Алекса. Прибыл за грузом.

— Я понял. Можешь пока отдохнуть, груз прибывает завтра к вечеру, так что до послезавтра не получишь. Оставь свой номер, я позвоню и сообщу.

— Хорошо.

Продиктовав неизвестному собеседнику номер телефона гостиницы и сообщив, кого надо вызвать к телефону, я вернулся к себе и, переодевшись из домашней в выходную одежду, отдал дежурной по этажу другую, в которой ходил в последние дни, чтобы постирали, и направился на ночную прогулку по одному из самых красивых городов планеты.

На следующий день, после плотного обеда в ресторане гостиницы, я, неторопливо прогуливаясь, направился к станции метро, собираясь доехать до здания телеграфа и пообщаться с родными. Я еще утром отбил им телеграмму, и к часу они должны были ждать моего вызова. Так и оказалось. Когда нас соединили, я прошел в кабинку и, сняв трубку, услышал отца. Они с мамой и сестренками еще отдыхали. Так как кроме очередного отпуска они еще взяли неоплачиваемый, так как могли себе это позволить, то у них оставался еще целый месяц впереди.