Пояс Ипполиты - Аркадий Крупняков

- Эй, Агаэт! Иди сюда! Ты почему не спешишь поделиться со мной своими успехами?

- Я не хотел мешать вашей беседе. Да и какие у меня успехи.

- Откуда у тебя, дражайший коной, такие красивые штаны?- спросила, хитро прищурив глаза, Атосса.

- Это трофей,— пробормотал Агаэт и хотел отойти.

- Постой, погоди,- отец ухватил его руку - Насколько я понимаю — это женские штаны.

- Такие носят только амазонки,- добавила Атосса.- Не хочешь ли ты, мой юный друг, сказать, что их отдала тебе ой-ропата?

- У нас в степи об этом обычно не спрашивают. Я бы хотел поговорить с тобой наедине, отец.

- Пойдем, Атосса. Мы спустимся в подвал - там обещали нам дать вина.

Тира и Атосса отошли, Агат посадил сына рядом, спросил:

- Правда ли это? Женщины обычно знают, что говорят. Ты уснул там на скотном дворе, и девчонка улизнула в твоих штанах.

- Это неправда, отец. Я сам отпустил ее.

- Значит, вы спали вместе?

- Я очень люблю ее, отец.

- Почему же ты не показал ее мне?

- Ты бы убил ее, я знаю.

- Плохо знаешь, сын мой. Если она скоро будет матерью моего внука...

- Значит, ты не гневаешься на нас?!

- Она красивая? Сильная? Ловкая?

- Позволь, я поскачу туда?! Мы приедем, и ты увидишь сам! - Я выеду с рассвета.

- Не спеши. Ты же не вольный склот, чтобы красть женщин тайно. Ты коной всей пританаисской степи. Надо приготовить подарок.

- Я подарю ей лучшего коня!

- Да не ей, а царице. Отца и мать, я полагаю, амазонка не знает. Бери сотню молодых скифов, выберите в степи два самых больших табуна, и подари нашим соседкам. Тогда им не нужно будет красть чужих лошадей. Ты - царевич, и подарок должен быть царским. Выбери самых красивых скифов. Может, амазонки захотят породниться с нами. Иди.

Жизнь на новом месте налаживалась. Место решили начать Новая Фермоскира, но название это не нравилось. Молодые амазонки стали звать город Камышовой Фермоскирой, а попросту - Камыши. Они хоть и не привыкли к работе, но устраивали свою жизнь со старанием. Сделали жилье, навесы для сотенных конюшен, а скоро появились кони.

Лошадей раздали амазонкам. Всем, конечно, не хватило, но радость в камышовом поселении была великая. Коней вычистили, остригли гривы, укоротили хвосты — амазонки снова почувствовали себя наездницами. Кони намного облегчили труд, жизнь в поселении пошла веселее.

Годейра продолжала упорядочивать жизнь сотен. Был снова создан Совет Шести. В него вошли: Годейра, Гелона, Беата, ферида, Лаэрта и Бакид.

Совет после долгих споров постановил забыть все шесть заветов Ипполиты и строить Новую Фермоскиру по-новому. Мужчин в поселение допускать, при набегах их не убивать, а если появятся у амазонок дети, мальчиков отдавать отцам, а девочек- Лаэрте и Фериде на воспитание. Надумали также построить храм и молиться там не Ипполите, а богине Деметре. Это на будущее. В набеги не ходить, пока амазонское воинство не окрепнет; храмов не строить, пока Гелона не узнает все про Деметру. Богиню эту предложил Бакид, сказав, что Деметре поклоняются не только эллины, но и многие скифы, синды и меоты.

Против этого было восстала Беата, но ей на Совете сказали, что пономархе пока хватит дел по добыче лошадей. Молодым амазонкам обещали ввести агапевессу, когда в набегах будут добыты мужчины. Как проводить агапевессу при новых порядках, никто не знал, надеялись, что будущее подскажет, как. Ферида после Совета зашла к царице, но ее остановили У входа и сказали, что Годейра просила ее не беспокоить -она думает о новой агапевессе. Ферида решительно оттолкнула стражницу и вошла в покой, говоря:

- Я расскажу ей такое, что она сразу забудет про мужиков.

- О чем ты хочешь рассказать, благородная Ферида? Я слушаю.

- Ты одна?

- Тут Беата? Говори.

- Ты знаешь, что Атосса послала разведку в Фермоскиру?

- Перисад говорил мне, что туда уплыла Агнесса...

- Агнесса в Тиритаке, в постели у боспорского царевича. Она обманула мать - послала вместо себя Мелету.

- Что хочет знать Атосса о Фермоскире? Я думаю, Агнесса выболтала тебе?

- Главное, что беспокоит старуху - это золотой Кумир Девы и пояс Ипполиты.

- Но его же нет! - воскликнула Беата.

- Есть! Атосса изготовила его, израсходовав на украшение все свои сокровища.

- Стало быть...

- Стало быть, она пошлет туда Перисада с его флотом, и они выкрадут пояс и Деву, а в ней много золота, слоновой кости и серебра.

- Перисад предан мне,- как-то неуверенно сказала Годейра.

- Держи карман шире, подруга,- Беата сплюнула в сторону.- Когда он узнает про золото...

- Атосса женит его на дочке,- сказала Ферида,- они ринутся туда сразу же.

- Им надо помешать,- решительно сказала Годейра.- Но как?

- Я прошу тебя помнить, царица,- тихо произнесла слепая,- нам надо бы спасти от Атоссы мою внучку Мелету. Как только она вернется, эта змея ее умертвит.

- Ты права, Ферида,- нам рано думать об агапевессах...

В покои вбежала Лаэрта.

- Царица, позволь сказать Беате?

- Говори.

- Полемарха, беда! Из конюшен пришла весть — твоя Лебея, а с нею и Гипаретта, не вернулись из похода.

- Я их оставила в засаде у озера! - воскликнула Беата, вскочив.- Их искали?

- Ищут второй день.

- Поедем к озеру,-спокойно сказала царица - Там должны быть следы. Дорогой поговорим. Гелона, прикажи подать нам лошадей.

- Охрану будешь брать, Великая?!

- Не нужно. Никто не должен знать...

Лебея и Гипаретта ехали по степи рядом. Поводья опущены, кони идут тихо.

- О чем думаешь, подруга? - спросила Гипаретта, когда они молча проехали не менее часа.

- О любви.

- Но почему так мрачно твое лицо? Любовь - радость!

- Для меня эта любовь — первая и последняя. Скоро я умру.

- Не думай так. Теперь законы Фермоскиры не так суровы. Да и твоя мать полемарха — неужели она пошлет тебя на смерть?

- Она пошлет меня под суд. А это хуже смерти. Это позор. Все узнают... Я не вынесу. Почему я не думала об этом при Агаэте. Я в ту ночь забыла все на свете.

- Ты думаешь умереть до встречи с матерью?

- Да. Здесь, в степи.

- Как, хотела бы я знать?

- Я все обдумала. Скоро озеро, где мы были пленены. Я заплыву на середину...

- А я буду смотреть, как ты гибнешь? Я уйду на дно за тобой.

- Во всем виновата я.

- По законам Фермоскиры...

- Законы эти древние и мудрые. Они нас оберегали от любви. А любовь женщины — самое страшное, как я теперь поняла. Смерть и любовь - две вечные подруги.

- Я ведь тоже люблю своего Борака. Утонем вместе.

Лебея покачала головой, но ничего не сказала. Кони по-прежнему шли размеренным шагом. Больше говорить ни о чем не хотелось.