Война 1812 года в рублях, предательствах, скандалах - Евсей Гречена

К этому он добавляет, что подобные отряды «скорее должны быть многочисленны, чем сильны, и так организованы, чтобы было возможно объединение нескольких отрядов для выполнения более крупных предприятий».

Если следовать логике Клаузевица, партизаны — это небольшие армейские отряды, отличающиеся от некоей «взявшейся за оружие части населения». Но тогда — что же такое это последнее? Это могут быть и организованные из гражданского населения «дружины самообороны», и «партии поселян», и «внутреннее охранное войско», которое охраняет ту или иную территорию не только от противника, но также от русских мародеров.

В. И. Боярский в специальном исследовании о партизанах четко различает понятия «партизанство-повстанчество» и «партизанство войскового типа».

Он же пишет:

«Партизанство есть первая возможность и первое средство слабейшей стороны вести самостоятельную борьбу».

На наш взгляд, партизаны и партизанская война (партизанство) — это, как говорится, две большие разницы. Партизанская война — это удары по тылам противника, мелкие неожиданные нападения, засады и т. д. Такую войну может вести как гражданское население, так и армия. Так, например, воевали против русских войск в русско-шведской войне 1808–1809 гг., но тогда против русских так воевала армия, а армия — это не партизаны в классическом современном понимании этого слова.

Партизанами (партизанами-повстанцами) же уже давно принято называть «вооруженные отряды гражданского населения, которое действует против врага».

В связи с этим армейские отряды, воевавшие в тылу Великой армии Наполеона, вели партизанскую войну, но не были партизанами. Это скорее были отряды регулярной армии, выполнявшие специальные диверсионные задания.

Соответственно самый знаменитый ныне русский герой-партизан 1812 года, подполковник Ахтырского гусарского полка Денис Давыдов, строго говоря, не был партизаном. Просто он за пять дней до Бородинского сражения предложил князю Багратиону идею диверсионного отряда, который действовал бы в тылу неприятельской армии.

Д. В. Давыдов написал тогда князю Багратиону:

«Ваше сиятельство! Вам известно, что я, оставя место адъютанта вашего, столь лестное для моего самолюбия <…> имел предметом партизанскую службу и по силам лет моих, и по опытности, и, если смею сказать, по отваге моей <…> Вы мой единственный благодетель; позвольте мне предстать к вам для объяснений моих намерений; если они будут вам угодны, употребите меня по желанию моему и будьте надежны, что тот, который носит звание адъютанта Багратиона пять лет сряду, тот поддержит честь сию со всею ревностию, какой бедственное положение любезного нашего Отечества требует».

Быстрые успехи Дениса Давыдова, безусловно, сделали его героем войны, но не сделали партизаном. Он как был офицером-дворянином, служившим в армии, так им и остался, дослужившись в конечно итоге до чина генерал-лейтенанта.

К сожалению, в нашей переполненной всевозможными фальсификациями истории не стали героями-партизанами войны 1812 года генерал Винценгероде, полковник Бенкендорф, майор Прендель и некоторые другие. Наверное, у них просто были «не те» фамилии. То ли дело — Денис Давыдов, Ермолай Четвертаков и Герасим Курин!

Но Денис Давыдов, как мы уже говорили, пришел со своим предложением к князю Багратиону за несколько дней до Бородинского сражения.

22 августа вечером Багратион вызвал к себе Давыдова и сказал ему, передавая мнение Кутузова:

— Светлейший согласился послать для пробы одну партию в тыл французской армии, но, полагая предприятие это неверным, определяет на него только 50 гусар и 150 казаков, он хочет, чтоб ты сам взялся за это.

Давыдов вспылил:

— Вы уже знаете, князь, что я готов, но людей мало!

На что последовал ответ:

— Он более не дает.

Вот такой состоялся любопытный диалог, результатом которого стал следующий документ:

Ахтырского гусарского полка господину подполковнику Давыдову. С получения сего извольте взять сто пятьдесят казаков от генерал-майора Карпова и пятьдесят гусар Ахтырского гусарского полка. Предписываю вам употреблять все меры, беспокоить неприятеля со стороны нашего левого фланга и стараться забирать их фуражиров не с фланга его, а в средине и в тылу; расстраивать обозы, парки, ломать переправы и отнимать все способы; словом сказать, я уверен, что, сделав вам такую важную доверенность, вы почтитесь доказать вашу расторопность и усердие и тем оправдаете мой выбор; впрочем, как и на словах я вам делал мои приказания, вам должно только меня обо всем рапортовать, а более никого; рапорты же ваши присылать ко мне тогда, когда будете удобный иметь случай, о движениях ваших никому не должно ведать, и старайтесь иметь их в самой непроницаемой тайности. Что ж касается до продовольствия команды вашей, вы должны иметь сами о ней попечение.

Генерал от инфантерии князь Багратион.

Подчеркнем еще раз, что происходило все это 22 августа (3 сентября) 1812 года. При этом отряд того же Фердинанда фон Винценгероде был отряжен Барклаем де Толли для действий в тылах противника еще под Смоленском. Таким образом, первый армейский партизанский отряд был создан в конце июля, и именно перу Барклая де Толли принадлежит первая инструкция о действиях партизан в тылу врага.

19 (31) августа генерал Винценгероде уже докладывал:

Положение неприятельской армии, на левом фланге и в тылу коей находится уже несколько недель мой малой корпус и которую храбрые казаки мои обеспокоивают и день и ночь, конечно, не очень блистательно. На всех дорогах находятся шайки грабителей и мародеров французской армии, часто даже под предводительством их офицеров; они весьма дурно одеты, совсем почти оборваны, дурно кормлены и конные имеют весьма плохих лошадей, и ежели их атакуешь решительно, то они почти не защищаются. В продолжение 10-и или 12-и дней я взял 300 человек в плен, в числе коих 10 офицеров, и все оное не стоило нам 30-и человек убитыми и ранеными <…>

В найденных бумагах на адъютанте генерала Пино, которой следовал с донесениями в главную квартиру французской армии, с удовольствием усмотрел я, что неприятель полагает, что мой корпус составлен из 1000 кирасир, 1000 драгун и 3000 казаков, хотя он состоит только из 1300 человек.

Тем не менее советский историк Л. Г. Бескровный выдает нам по этому поводу потрясающий пассаж: «В конце августа кроме отряда Давыдова был сформирован также отряд Винценгероде, в который вошло 3200 человек».

В конце августа?.. Также?.. С точки зрения исторической справедливости это выглядит примерно так же, как Абрам Исаакович Левин «повторил подвиг Александра Матросова» на целый год раньше самого А. М. Матросова (первый закрыл своим телом амбразуру немецкого дзота 22 февраля 1942 года, а второй — 27 февраля 1943 года).

Тем не менее именно Дениса Давыдова Е. В. Тарле, а вслед за ним и многие другие историки называют «главным пионером партизанского движения».

На самом же деле отряд Винценгероде уже в первых боях в районе Витебска взял около тысячи пленных. Соответственно именно Фердинанда Федоровича, начавшего службу в гессенской и австрийской армиях, но в 1797 году перешедшего на русскую службу, следует (абстрагируясь от терминологических игр) считать первым партизаном войны 1812 года.

Этот человек, кстати, при вступлении Наполеона в Москву занял со своим отрядом Тверскую дорогу. Узнав, что Наполеон, уходя из Москвы, приказал маршалу Мортье взорвать Кремль, он отправился к нему для переговоров, но был взят в плен. И его едва не расстреляли, так как он был родом из Гессена, входившего в состав Вестфальского королевства Жерома Бонапарта. Только личное вмешательство императора Александра спасло Винценгероде от смерти.

Еще один из упомянутых героев звался Виктором Антоновичем Пренделем, происходил он из тирольских дворян и свободно владел восемью языками. Этот человек родился в 1766 году, в войне 1812 года он сражался под Смоленском, а потом поступил в распоряжение генерала Винценгероде, а несколько позже сам стал командовать армейским партизанским отрядом. За отличие в этом он был пожалован чином подполковника.

Ну, и конечно же нельзя не отметить графа Александра Христофоровича Бенкендорфа, будущего шефа жандармов и начальника так называемого Третьего отделения. Войну 1812 года он начал флигель-адъютантом при императоре Александре, осуществляя связь главного командования с армией князя Багратиона. Затем он командовал авангардом отряда генерала Винценгероде, а после ухода Наполеона из Москвы был назначен ее комендантом. В разных делах он взял в плен трех генералов и более шести тысяч нижних чинов.